Юрий Князев
март 2016.
662

Есть ли у российской экономики запас прочности или нынешний кризис её добьет?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
4
2 ответа
Поделиться

Российская экономика сейчас находится в процессе кризисного сокращения, архаизации и потери конкурентоспособности. Однако это не значит, что она близка к краху. На конец 2015 года показатели подушевого ВВП в России соответствуют в реальных ценах уровню 2006 года, уровень средней зарплаты – 2007 году. При ожидаемых результатах экономики за 2016 год эти показатели отступят еще на год – к уровням 2005 и 2006 года соответственно. Эти годы не характеризовались существенными проблемами в экономике. В таком темпе у России есть куда отступать – на пике падения в 1999 году, когда казалось, что еще шаг, и экономика развалится, подушевой ВВП был на 21%, а средняя зарплата на 40% ниже уровней 2016 года.

Другое дело, что в России есть правительство и государственный бюджет, который сегодня (в расходной части) в реальных ценах находится на уровне 2007 года, но почти в два раза превышает (по уровню расходов) бюджет 1999–2000 годов. И если средняя зарплата или доходы домохозяйств могут сильно варьироваться и их получатели будут приспосабливаться к негативным изменениям, то сокращение доходов бюджета существенно уменьшает возможности заработка для групп влияния, которые привыкли к неэффективным расходам и большим, растущим посредническим и коррупционным доходам.

Эти группы влияния будут бороться за сохранение своих возможностей, не давая бюджету сокращаться. Этот процесс уже заметен – с пика расходы консолидированного бюджета упали в реальном выражении менее чем на 20%. Такая тенденция приведет к гипертрофии бюджетных расходов и росту налоговой нагрузки в России в ближайшие годы, которая в свою очередь будет замедлять экономическую активность в стране.

Группы влияния будут стремиться восполнить потери от сокращающихся бюджетных потоков за счет большего воздействия на государственные и негосударственные бизнесы, за счет повышения уровня собираемой ренты, состоящей из взяток, навязанного долевого участия, нерыночных продаж товаров и услуг и получения нерыночных преимуществ в конкуренции. Эти действия, на которые власть будет вынуждена пойти, чтобы не потерять поддержки групп влияния, будут еще больше тормозить экономику. Поэтому мы можем ожидать в ближайшие годы ускоряющегося сокращения экономики и опережающего (с учетом того, что налоги, собираемые от добычи и экспорта углеводородов, также будут сокращаться в силу падения объемов добычи и экспорта) сокращения бюджетных поступлений. Эта закрученная вниз спираль, с большой вероятностью, приведет страну к экономическому коллапсу. Но будет это не ранее чем через 3–4 года – именно столько надо, чтобы добраться до уровней 1999 года.

Полный текст

Помимо конкретных показателей, свидетельствующих, в частности, о степени остроты кризиса и динамике его развития, есть ещё тема психологического восприятия этих конкретных показателей и, в большей степени, общей ситуации со стороны простых граждан, предпринимателей, групп влияния - "стало хуже", "стало совсем плохо", "дальше некуда" или "пока ничего", "ещё терпимо". Эти настроения могут совсем не соотноситься с конкретными показателями экономики- переоценивать их или, наоборот, недооценивать. Поведение участников экономического процесса, обычно иррациональное, имеет большее значение нежели конкретные показатели при всей их безусловной важности.

Андрей Авраменкоотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
Ответить