Hank 12
февраль 2016.
409

Если не было Брежневского застоя что было бы с СССР?

ИсторияОбщество
Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
1
3 ответа
Поделиться

Брежневский застой явился реакцией партноменклатуры на резкие изменения, сделанные Хрущевым. Основная цель смены Хрущева состояла в желании закрепить то устойчивое состояние, которое устраивало большую часть верхушки страны и, по возможности, ничего не менять и "не раскачивать лодку".
При этом, нельзя сказать, чтобы Брежневский период делали какие-то другие люди, пришедшие вместе с новым генсеком. Костяк Политбюро все это время был достаточно стабилен. Из 30 (примерно) членов Политбюро за 18 лет Брежневской эпохи (с октября 1964 по ноябрь 1982 года) ушло 13 человек (не считая Хрущева и Брежнева), причем за первую половину этого периода только трое, а остальные 10 - за вторые 9 лет (из них 4 просто умерли). Причем сам Брежнев стал членом Политбюро в 1957 году, за 7 лет до "свержения" Хрущева.
Так что вопрос о том, что было бы если бы застоя удалось избежать, очень похож на вопрос, а если бы ваши мама и папа родили бы не вас, а гения и смогли бы его воспитать, как бы он изменил мир?
Увы, Брежневский период был порожден предыдущей историей страны. Его активные участники были воспитаны этой историей, и сами принимали в ней участие. Именно поэтому, когда встал вопрос о том, что нужны изменения, затрагивающие саму систему, никто из них не рискнул ничего менять. В этом и была суть застоя.
Интересное о философии Почему Сократ говорил, что «любви женщины следует более бояться, чем ненависти мужчины»?Что такое парадокс убитого дедушки?Что такое «Кочерга Витгенштейна» и почему она так важна для философии?Узнать больше

Николай Кульбакаотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии

Это вопрос о советских моделях управления экономикой и их результативности: если б не было «брежневской», то тогда какая? В нашей истории всего было 3 модели развития экономики – НЭП, вводившая рынок; сталинская, основанная на физическом насилии; хрущевско-брежневское планирование. Они сильно различаются по содержанию и результатам.

«Брежневская» эпоха стала пиком развития советской системы (не будем говорить о социализме – это в Скандинавии), периодом её расцвета. Всё, чего эта система могла достичь, она достигла именно при Брежневе. А если бы этой эпохи не было? Посмотрим на возможные альтернативы.

НЭП, вынужденно введённый большевиками в условиях острейшего экономического кризиса и голода, под угрозой потери ими власти, стимулировал экономический рост за счёт внутреннего спроса. НЭПовская модель дала наилучшие результаты, притом в кратчайшие сроки. Результат: достаток и выход на более-менее нормальное экономическое развитие. Эта модель работала на человека, делая его как потребителя центральным звеном в экономике, что неизбежно потянуло бы за собой видоизменение и политической структуры власти, а это подрывало партийную диктатуру. В этом случае требовал ответа вопрос: зачем тогда власть захватывали в октябре 1917 г.? Именно поэтому эта модель была свёрнута после того, как её реализация позволила преодолеть разруху и насытить страну товарами. Вскоре после НЭПа страна возвращается в тотальный дефицит, который сталинская модель пытается преодолеть уже за счёт насилия.

Сталин демонтировал НЭП, параллельно выстраивая режим несменяемой личной власти. В создании такого режима был его главный интерес. Сталин видел в НЭПе угрозу, а не инструмент экономического развития. Из его выступления в Краснопресненском райкоме партии 02.12.1923: «…у нас нэп, мы допустили капитализм…нас обволакивает новая атмосфера зарождающейся и растущей буржуазии, которая ещё не так сильна, но которая уже сумела побить некоторые наши кооперативы и торговые органы в деле внутренней торговли». Экономика росла, возведено много промышленных предприятий. Рабская армия ГУЛАга внесла свой вклад в экономику, а шарашки – в научно-техническое развитие. Результат: после смерти Сталина советское руководство молчаливо, но единодушно отказывается от сталинской формы насилия. Маленков уже в течение 1953 г. говорит о необходимости заботы о людях и удовлетворения их потребностей в товарах и продуктах питания. Значит, было признано, что эта модель нежизнеспособна.

Смерть Сталина создавала теоретическую возможность возврата к НЭПу. Других моделей управления до 1953 г., кроме силовой и нэповской, не было. Но советское руководство не рассматривает НЭП как альтернативу. Дело в том, что к этому времени страна успешно преодолела вторую разруху, послевоенную (в основном, за счёт немецких репараций) и такой острейшей ситуации, как в начале 20-х, уже не было. Кроме того, концепции рынка и частной собственности к этому времени криминализированы до уровня антисоветской агитации. Выросло целое поколение уже при советской власти и воспитанное на неприятии «буржуазных» ценностей.

Выбирается третья модель – директивное планирование. Госплан существовал и раньше, но теперь его роль и функции кардинально меняются, расширяются. Начинается широкомасштабное планирование всего и вся. Госплан принимает на себя такую же роль в развитии советской экономики, как свободные цены и функция спроса/предложения - в экономике рыночной. Надо отдать должное, Госплан подводит под эту работу приличную научную основу: планирование ведётся на основе усложняющегося экономико-математического моделирования. Хрущёв вмешивается в это планирование, создаёт сумятицу, а кроме того в личном плане груб. За это его и смещают. Но модель развития остаётся прежней – планирование. Результат: невиданный для советской системы уровень экономического развития и благополучия населения.

Но за пределами возможностей Госплана было 2 принципиально важные проблемы: 1) Госплан не мог планировать/предвидеть ни технически, ни политически противоречия даже в экономике, не говоря уже о социально-политической сфере; 2) Госплан не мог планировать русло научно-технического прогресса – он не мог запланировать производство компьютеров, мобильных телефонов, развитие интернет-торговли. С 1970-х гг. развитый мир уже входил в информационный век, а в СССР информация рассматривалась как фактор государственной безопасности. Информация из-за рубежа (газеты, журналы) секретилась, большая часть данных о развитии собственной страны тоже секретилась. Телефаксы, как и копиры, устанавливались только в самых важных ведомствах и доступ к ним строго регулировался. Как новый век мог войти в жизнь страны?

Расцвет системы в брежневский период сопровождался стремительным нарастанием проблем (в чём ничего необычного нет для любой системы), которые, однако, не находили своего решения, потому что они лежали за пределами системы. Косыгинские реформы были однобокими и дали немногое. Андропов уже будучи генсеком в знаковой статье в «Коммунисте» в 1983 г. говорил о том, что «мы не знаем той страны, в которой живём».

К 1985 г. стало ясно, что страна находится в кризисе. Горбачёв, следуя советам наиболее продвинутых советских экономистов, пытается найти выход в улучшении планирования и регулировании отношений между предприятиями и т.п. Ничего не сработало, и он убеждается в необходимости перехода к некоей квазиНЭПовской модели.

В силу сказанного трудно ответить на заданный вопрос, если рассматривать брежневский период как часть хрущёвско-брежневской модели планирования: сталинская модель была дискредитирована сама собой, НЭП криминализирован как концепция.

Для сравнения: Китай также отказался от насильственной модели, существовавшей при Мао, но перешёл непосредственно к «НЭПу». Компартия сохраняет свои властные позиции при функционирующем рынке и частной собственности на протяжении вот уже 37 лет. Как это получилось? В своей модели китайцы нашли решение проблемы сменяемости личной власти (председатель КНР избирается не более чем на 2 срока, без «подряд») при сохранении власти партии во всех органах госвласти и даже в коммерческих компаниях (парткомы). Судя по всему, этот механизм пока функционирует и является приемлемым для китайцев. Каждый недовольный деятельностью конкретного председателя КНР знает, что это – максимум на 10 лет. Была ли возможность в СССР сделать нечто подобное? Очевидно, что была. Большевики сознательно отказались от этой модели развития в 20-е и 50-е гг., но всё равно пришли к ней в конце 90-х.

Ветер века дул всё-таки не в наши паруса.

Андрей Авраменкоотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии

Если бы не было Брежневского застоя, СССР мог бы качнуться раньше. При Брежневе социалистическое государство обрело устойчивую сбалансированную форму. Называлось она "реальный социализм" (автор термина член Политбюро, секретарь ЦК КПСС Б.Н.Пономарев). Говорили, что "реальный социализм" хоть и не совсем то, что придумали Маркс-Энгельс-Ленин, но лучше капитализма. Все было ясно и расписано: дефицит, воровство, снабжение харчами через Москву, огромная оборонная промышленность - самая эффективная отрасль страны, странное сельское хозяйство, плохая бытовая техника. Как абсолютизм принял совершенную форму при Николае I, так социализм достиг совершенства при Брежневе. Долго это, понятно, продолжатся не могло, харчи кончились. Наступила "пятилетка в четыре генсека", когда надеялись поправить дела, а затем и развал СССР.

Ответить