Ответить
The Question
март 2015.
13166

Изменяла ли Гончарова Пушкину?

ИсторияКультураИскусство и культураНаука
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
0
2 ответа
Поделиться

Судя по дошедшим до нас документам и рассказам современников об обстоятельствах семейной жизни Пушкиных, нет: как и замужняя героиня пушкинского романа в стихах, Наталья Николаевна была век ему верна.

До начала истории с Жоржем Дантесом, завязавшейся зимой 1836 года, ее репутация не подвергалась сомнению даже пристрастными современниками, а сам Пушкин в майском письме весело шутил, что она «кого-то» довела до отчаяния «своим кокетством и жестокостию», то есть очевидной неприступностью.

Столь же решительно неприступно Наталья Николаевна повела себя и при первой попытке Дантеса объясниться ей в своих чувствах – об этом сам Дантес писал своему приемному отцу барону Геккерну в середине февраля 1836 года. Поначалу влюбленность и поклонение молодого блестящего кавалергарда явно льстили «первой романтической красавице» Петербурга, но, когда настойчивость Дантеса, не чуждавшегося интриг с участием Геккерна, перешла пределы светских приличий, Наталья Николаевна оказалась почти в отчаянном положении, особенно после получения Пушкиным 4 ноября 1836 года известного «диплома Ордена Рогоносцев».

Этому событию, по-видимому, предшествовало подстроенное Дантесом свидание с Натальей Николаевной в доме Идалии Полетики, которая пригласила ее к себе, а сама уехала, и жене поэта едва «удалось избегнуть настойчивого преследования Дантеса» (об этом эпизоде известно из воспоминаний княгини Веры Вяземской и сестры Натальи Николаевны – Александрины Гончаровой-Фризенгоф).

Из писем самого Пушкина и близких к нему людей явно следует, что сам поэт был уверен в невиновности жены:, – стремление защитить ее и свою честь, как хорошо известно, и привело к роковой дуэли на Черной речке. Не сомневались в супружеской добродетельности Натальи Николаевны и хорошо знавшие семью Пушкина Карамзины и Вяземские, в некоторых письмах винившие ее за легкомыслие и неосторожное кокетство, но не за что-то большее.

Апокрифические же рассказы о том, что Пушкин будто бы не раз заставал жену наедине с Дантесом или даже подслушал в темноте их поцелуи, – в основном поздние анекдоты, имеющие явные литературные образцы.

Не подтверждается известными фактами и другой устойчивый домысел, будто бы история с Дантесом была лишь прикрытием для высочайшего увлечения Натальей Николаевной самим императором Николаем I. Судя по всему, этот слух возник вокруг имени жены поэта уже позднее, в начале 1840-х годов, накануне второго замужества Натальи Николаевны, через семь лет после гибели Пушкина вышедшей замуж на генерала Петра Ланского. Но и в этом случае домысел не заслуживает сильного доверия. В ноябре 1836 года никто не сомневался, что анонимный пасквиль «Ордена Рогоносцев» намекает на историю с Дантесом. Более того, в 1836 году Наталья Hиколаевна вообще ни разу не виделась с царем с марта, когда она перестала выезжать из-за беременности, и вплоть до первого бала нового зимнего сезона, состоявшегося 15 ноября в Аничковом дворце.

У меня  были знакомые  женщины, учителя, пушкинистки, которые готовы были поклясться, что нет.  Основным аргументом у них  было - когда же ей было изменять, если она каждый год  была на сносях.   Это конечно внушает. Вот если бы Пушкин пользовался бы презервативами.. Вот тогда можно было бы о чем то говорить, а так..   Я не знаю. Да черт его знает, что там было на квартире у Полетики.  Кто там может поручиться, тем более, что судя по всему, тогда Наталья Николаевна не была беременна, а  Жорж Дантес был  так красив.  Может и  было. А может и нет.  Пушкин ведь не на это обиделся, причем настолько и два раза, и в последний раз настолько,  что дал убить себя на дуэли. Но  это уже другой вопрос.  Тут не в женщинах дело, как мне кажется. Как бы им этого не хотелось