Почему любительская лингвистика (Алексеев, Задорнов, Чудинов, верования неоязычников и т. д.) так популярна и как ей противостоять?

3500
1
0
25 октября
19:34
Фотография: derzhava-sveta.webnode.ru
октябрь
2015

И о причинах популярности, и о том, как противостоять, лучше всего сказал Андрей Зализняк в статье «О профессиональной и любительской лингвистике» (elementy.ru) и продолжающей ее книге «Из заметок о любительской лингвистике».

Основных причины две. Первая сродни той, по которой в соцсетях появилось множество популярных поэтов-дилетантов (я где-то писал об этом на TheQuestion): людям кажется, что язык, на котором они всю жизнь говорят, — это, в отличие от музыки, живописи или инженерного дела, что-то, чему не надо специально учиться, что интуитивно понятно и так. Игнорируя опыт ученых, установивших правила языковых преобразований — фонетических, грамматических, лексических, — эти люди, наткнувшись на случайное созвучие, воображают, что сделали большое открытие. Рациональные контраргументы в расчет не берутся: лингвист-любитель, такой, как академик Фоменко, может сделать вывод, что Ирландия и Россия — одно и то же, потому что в английских (!) словах Irish и Russia якобы общий костяк согласных. Ему не приходит в голову соображение, что это не так, что он сравнивает существительное с прилагательным и что в эту же аналогию можно подставить любое другое географическое название с этими согласными: почему бы не отождествить Россию или Ирландию с горой Рашмор или Пруссией? Такие выкладки кажутся привлекательными, потому что производят на дилетантов впечатление серьезной науки, которая притом оказывается довольно нехитра и объясняет что-то важное. Кроме того, ее освящает авторитет «написанного в книгах» и «сказанного по телевизору», а в случае Фоменко — еще и то, что автор Новой хронологии — академик (правда, в совсем другой области).

Вторая причина — националистическая. Всякое национальное движение проходит через стадию — или, лучше сказать, на каком-то уровне занимается теоретизированием в области доказательств того, что именно его народ — самый древний, исконный, наследующий мудрость предков, близкий к Богу (и, возможно, в силу этого обладающий правом на господство — если не во всем мире, то на конкретной территории). Примеров множество, такие явления естественны при всяком межнациональном конфликте, а при переходе его из тлеющей в горящую стадию они становятся частью, как сейчас говорят, информационной войны. Опять же: лингвисту-любителю, отстаивающему на основании лингвистических аргументов первородство своего народа, не приходит в голову, что то же самое теми же методами может делать его сосед и соперник. Если же он натыкается на его аргументацию, то находятся какие-нибудь внелингвистические причины ее отмести, хотя обе аргументации равно нелепы. Для доказательства древности не гнушаются порой и подделками, вроде Велесовой книги или Ура-Линды, или откровенным безумием, вроде выискивания рун в природных объектах (Чудинов умудрился найти славянские надписи даже на поверхности Солнца). По этому поводу Зализняк, между прочим, пишет: «Надо заметить, что потребность в такого рода мифах обычно возникает у представителей тех народов, которым в ходе истории приходилось страдать от притеснений со стороны более могущественных соседей и которым нужны какие-то дополнительные моральные опоры для самоутверждения. И весьма плачевно подобное проявление комплекса неполноценности у российских авторов».

Таким образом, любительская лингвистика — это еще и зеркало национальных неврозов. Противостоять им может в первую очередь просвещение, уважительное и доходчивое объяснение фактов, причем не только языкознания, но и истории.

Лев ОборинОтвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
79
3
Если вы знаете ответ на этот вопрос и можете аргументированно его обосновать, не стесняйтесь высказаться
Ответить самому
Выбрать эксперта