Виктор Сергеев
декабрь 2018.
1192

Объясните, пожалуйста, доступно: что такое феноменологический метод?

Ответить
Ответить
Комментировать
1
Подписаться
5
3 ответа
Поделиться

У меня есть заметка "Феноменология для чайников на примере чайников", где я попытался всё изложить как можно более доступно. Если у вас остаются вопросы, можете задать их тут или там.

Юрий Тихонравовотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
8
0

Феноменологический метод позволяет мне осмыслить смерть, как она дана в ощущении мне. Позволяет ли он осмыслить, как смерть дана в ощущении вам?

0
Ответить

Если задуматься, смерть как таковая вообще не дана в ощущениях. Это именно некий смысл, который возникает на базе ощущений. Точнее сказать, смерть дана вам или мне в целостном опыте, куда входит и осмысление. Мы также даны в опыте друг другу. Смерть другого дана вам или мне в той мере, в какой дан этот другой. Смерть близкого человека, например, дана не так, как смерть едва знакомого. Всё, таким образом, зависит от того, чем был тот или иной человек в вашей жизни.

+1
Ответить
Ещё 4 комментария

Ок, я несколько неясно выразился. Смерть дана нам в опыте, в том числе смерть других. Я могу исследовать, как смерть Васи дана в опыте мне. Могу ли я исследовать, как она дана в опыте вам? И таким образом устанавливать нечто, что присуще смерти в опыте вообще, независимо о того, чей это опыт.

0
Ответить

Да, можете. Во-первых, я же дан вам в опыте. Значит, и мои переживания смерти тоже в той или иной мере даны. Во-вторых, мы можем общаться и я могу попытаться передать свой опыт через некоторые выразительные средства. Тут в свои права вступает другой метод - герменевтика. Герменевтику и феноменологию в разное время пробовали соединить Шпет, Хайдеггер, Гадамер, Рикёр, Хабермас.

+2
Ответить

То есть гевменевтика именно что пытается преодолеть некоторый барьер между вашим опытом и моим и максимально приблизить то, как ваш опыт (рассказ о нем) дан мне в моем опыте к тому, как ваш опыт дан вам, если я правильно понимаю. Ок, ясно, спасибо.

0
Ответить

В целом да. Милости прошу.

0
Ответить

Юрий, спасибо за статью, она прояснила вопрос. А чем отличается феноменология Гуссерля и Хайдегерра?

0
Ответить

Если просто и кратко, Гуссерль о познании, Хайдеггер о бытии. У Гуссерля опыт всегда о чём-то и вещи всегда в опыте ("чистый опыт" и "вещи сами по себе" не рассматриваются), а у Хайддеггера само противопоставление опыта и вещей вызывает вопросы, но всякое бытие всегда для другого бытия ("чистое бытие" или "бытие само по себе" не рассматривается).

+2
Ответить
Ещё 1 комментарий

Спасибо

0
Ответить
Прокомментировать

Объясните, пожалуйста, доступно: что такое феноменологический метод?

Исходя из гуссерлевского идеала "Философии как строгой науки" и лозунга «Назад, к самим вещам!», современный (т.е. не знающий интеллектуального и культурного контекста возникновения идей феноменологической философии на рубеже XIX-XX вв.) читатель может ожидать, что "феноменологический метод" и есть некий новый научный метод исследования внешнего предметного (материального, объективного и т.д.) мира. Однако вектор гуссерлевской мысли направлен в прямо противоположную сторону - в сторону сознания. Поскольку вещи внешнего (для исследователя) мира, будь то физические объекты и процессы, психические феномены, культурные ценности и смыслы, - это:

(1) "вещи" для сознания исследователя, т.е. данные ему (сознанию) как предметы (предмет - буквально, то, что пред-ме(т), "передо мной"), и

(2) "вещи сознания" исследователя, т.е. производные от сознания (его направленности [интенциональности], структуры, активности) в не меньшей степени, чем от внешнего мира и его обстоятельств.

Это обстоятельство открывается исследователем в непосредственном созерцании (изнутри его), т.е. как интуитивно самоочевидное и самодостоверное описание (дескрипция), не требующее внешнего объяснения, но само потенциально могущее стать объяснительным и конститутивным (устанавливающим) принципом для всех остальных "внешних" вещей. Потенциально - потому, что предварительно необходима большая, непростая и непривычная для классического мышления (в силу необходимости удержания сознания в такой феноменологической установке) работа по рефлексии сознанием своего собственного актуального опыта.

Процедуры (и требования к их осуществлению) сознания по достижению феноменологической установки и составляют содержание феноменологического метода. Описание и характеристики этих процедур различаются как у самого Э. Гуссерля в работах разного времени, так и у его учеников, достаточно свободно интерпретирующих основные понятия феноменологии применительно к предметам своих конкретных исследований. Столь же множественны и исследовательские оценки феноменологических процедур. Поэтому нижеследующее – некая усредненная и схематизированная номенклатура понятий и определений, характеризующих метод как «приближение» сознания к «чистому сознанию» посредством последовательной дескрипции стадий такого очищения.

Рефлексия – обращение сознания от того, что в нем дано (внешний предмет), на восприятие данного, на сам акт такой данности. Рефлексия открывает, что то, что дано в сознании, дано благодаря принципиальной направленности сознания на что-то вообще – т.е. интенциональности сознания.

Методическое эпохе – воздержание от предварительных суждений о реальном мире как «наивных», нерелевантных феноменологическому («строго-философскому») исследованию.

Феноменологическое эпохе – операциональная основа нижеследующих редукций, последовательное «заключение в скобки» суждений о феноменах сознания, трансцендентных (т.е. внешних) искомому феноменологией «чистому сознанию».

Феноменолого-психологическая редукция – внешний пространственно-временной мир, как он дан в «естественной установке» и в традиционных науках (естественных, социальных, гуманитарных), так или иначе на ней основанных, редуцируется к психическим переживаниям конкретного субъекта как к эмпирическим фактам, представляющим познавательную ценность для феноменолога безотносительно к правдивости или иллюзорности содержания этих фактов.

Связана ли эмпирически переживаемая мною боль с реальной травмой или она имеет фантомный характер, восприятие этой боли есть факт, подлежащий наблюдению и дескрипции с целью выявления сущностной структуры восприятия.

Эйдетическая редукция – очистка феноменов сознания от фактичности; редукция конкретного субъекта и эмпирических фактов его переживаний, имеющих пространственно-временную привязку («здесь и сейчас») и поэтому относительных в своей истинности, к их вневременным и всеобщим сущностям (эйдосам). Эйдосы не выводятся из фактов и не постулируются как внеположные им (отдельные от них). Эйдосы даются в акте идеации, т.е. непосредственно усматриваются в рефлексируемых фактах (восприятиях, переживаниях) как условие их возможности – как условие, позволяющее им случиться и быть опознанными в качестве этого восприятия.

Переживая в текущий момент (в обед) зубную боль (1), я сопоставляю ее с памятью от боли (2), испытанной в детстве при посещении зубного и радуясь, что мои уже взрослые визиты к стоматологу были не столь болезненны (3), все же иронизирую над собственным переживанием, когда вспоминаю боль (4), испытанную жертвами «героя», виденного лет 15 назад фильма ужасов «Дантист». На фоне этих переживаний я почти забыл пустяковую боль (5), которую испытал сегодня утром, обжегши нёбо слишком горячим чаем. Но за всеми этими переживаниями мне не удается забыть свою боль (6) душевную от предстоящего в конце рабочего дня служебного разговора с сотрудником по поводу его неудовлетворительной работы, которую он уже несколько дней спекулятивно оправдывает тем, что у него болят (7) зубы.

Во всех случаях феноменолог опознает боль как ту или иную конкретную и одновременно как отдельное воплощение боли вообще поскольку имеет (может выделить) в основании этих феноменов идею (эйдос, сущностное представление) боли.

Трансцендентальная редукция – дальнейшее очищение сознания от последних следов его связанности с трансцендентными ему (внесознательными) феноменами, т.е. с любыми формами субъективности и предметности. Сознание совершенно перестает быть «чьим-либо» и «о чем-либо» (какими бы отвлеченными и абстрактными ни были эти «кто-то» и «что-то»), открывается как «чистое», абсолютное, универсальное, трансцендентальное сознание. Теперь оно представляет собой коррелятивную ноэма-ноэтическую структуру, где ноэма – принципиальная возможность (и таким образом ирреальность) предмета в сознании, «чистый смысл» или «чистое содержание» потенциального предмета. А ноэза – чистое (т.е. очищенное от предметного содержания) реальное переживание, переживание как таковое.

Возможность имеющей место здесь и сейчас боли как моего переживания и восприятия болезнетворного воздействия на меня внешнего фактора определена той же, разделяемой мною с любым иным сознательным субъектом, устроенностью сознания, конкретным случаем которого является мое сознание и эмпирическим проявлением которого является мое текущее переживание.

Разобрав таким образом вещи (мир) и сознание до фундаментальных оснований, полную обратную сборку Э. Гуссерль не смог/не успел сделать, как, впрочем, и его ученики. Зато критическая, преодолевающая традиционные нерефлексивные установки мышления (даже в науке), установка феноменологии оказалась весьма плодотворной в отдельных областях, творчески развитых последователями: в психологии (К. Ясперс), эстетике (Р. Ингартен), социологии (А. Щюц), онтологии (Ж-П. Сартр) и др.

В качестве блестящего примера живого выполнения если не буквы, то духа феноменологического метода назову Мераба Мамардашвили: читать любой из циклов лекций (о Прусте, о Декарте, о Канте и др.).

Ну и примеры поскромнее - парочка собственных ответов :) Хотя бы эти:  https://thequestion.ru/questions/362891/answer-anchor/answer/513954#answer513954-anchor,https://thequestion.ru/questions/453815/answer-anchor/answer/652136#answer652136-anchor

Успехов! :)

6
-2
Прокомментировать

Тоже интересно стало. Первое впечатление о феномене феноменологии — никто не может её толком объяснить. 

А когда при чтении объяснения что-то не ясно — тут одно из двух: либо тебе чего-то не понимаешь, либо объясняющему чего-то не ясно — или всё сразу. Нельзя упускать из виду феномен испорченного телефона — некоторые ответы выше оставляют впечатление, что кто-то из тех, кто отвечает, думая, что знает ответ — не до конца сам понимает, что именно он знает.

В таких случаях самое правильное — обращаться к первоисточнику, чтобы не оказаться жертвой плохого пересказа. Но я Гуссерля читать пока не начал, а попробовал, всё же, сложить какое-то впечатление из более доступных источников.

В любом случае, разбираться — дело благородное, поэтому напишу, что у меня сложилось в голове на основе всего, что я проглядел по ссылкам в Гугле и из поста Тихонравова.

Феноменология — это платоновский идеализм, у которого отрезали весь идеализм.

Здесь я сделаю отступление про платоновский идеализм, чтобы объяснить менее понятный предмет через призму более понятного предмета.

Платон довёл до крайности способность сознания к классификации: если человек видит, например, в каталоге «Икеи», Hoff и белорусской мебельной фабрики два десятка разных стульев и, несмотря на радикальные отличия между ними всё же не путает стулья с кастрюлями даже когда разница между стульями чуть ли не больше, чем между некоторыми стульями и некоторыми кастрюлями — это потому что у человека есть некое базовое представление о стуле, общая идея о том, что такое стул. 

Поэтому и «идеализм» — не от слова «идеал», а от слова идея. существует некий эталонный стул, образец в виде идеи стула.

И т.д. — все явления, которые мы способны воспринять, являются проекциями универсальных идей из мира идей на нашу реальность.

Экстремизм Платона заключается в том, что, вместо предположения, что общую идею каждого предмета и явления формирует для себя каждый человек сам, с ними сталкиваясь — идеи, на самом деле централизованы, существуют в своём мире идей, а мы с ним потихоньку знакомимся. То есть, нет 100 представлений о том, что есть стул — есть одна универсальная идея стула в мире идей, и тот, кто первый с ней познакомился — затем знакомит с ней окружающих. 

Чтобы было не так метафизично — можно толковать это как метафору языка. То есть, речь не об астрале и сумраке, а банальных словах: вот слово «стул» как раз и есть пример существующей независимо от нас «идеи стула» из мира идей — мира слов.  

Тем не менее, платоновский идеализм подразумевает мир, в котором классифицируемость опыта возведена в абсолют: всё, наблюдаемое в реале, относится к чему-либо в идеале. Ничего уникального, непонятного или размытого не может существовать: либо овца, либо бык, а когда непонятно — значит, овцебык. У всего есть свой ярлык. 

Платоновский идеализм — это взгляд на мир, сфокусированный на сходствах между явлениями, ищущий паттерны, чтобы раскладывать всё по полочкам. 

Феноменология же полностью игнорирует пласт «идей» — не отрицает, что явления можно классифицировать, а избегает этого, фокусируясь не на сходствах явлений, а на их отличиях — что делает их уникальными, каждый опыт контакта с ними уникальным. 

Пример феноменологического мышления — отрицание половой идентичности как социального конструкта. С точки зрения феноменологии, как я понимаю, вообще все идеи — не пришли к нам из мира идей, а придуманы кем-то и навязываются обществом, мешая замечать уникальность исключений. 

Вот тот же пол: по Платону, есть идея мужчины и идея женщины — по ним мы окружающих и меряем, относя к одному или другому полу. Но эта классификация постоянно оказывается дискриминирующей: если есть «настоящая женщина» и «настоящий мужчина», то есть и «ненастоящие» — для которых этот «идеализм» оборачивается дискриминацией: «ты не мужик», «да что ж ты за баба-то такая».

А если начать расширять оба понятия, чтобы влезли все — они начнут неизбежно пересекаться и мешать друг другу. И универсального критерия просто нет: даже хромосомы вам не помогут, потому что тут в дело вступают трансгендеры. 

И, чтобы никого не обижать, проще от этих гендерных идентичностей вообще отказаться. Все мы люди, все мы человеки. Отказавшись от гендерной классификации, гуссерлианец для каждого человека заводит свою мерку, принимая его максимально, каким он есть, не загоняя его ни в какие предустановленные «идейные» рамки. 

В этом я вижу моральную силу феноменологии — любая классификация всегда подразумевает огрубление, линию отреза, за которой — извините, вы объекты и наблюдаемые явления из другой категории. 

Собственно, это и есть то, как я сейчас, на этой стадии знакомства с предметом, вижу феноменологию: феноменология — это не очередная идея, объясняющая устройства мира, а, скорее, моральная позиция, критическая точка зрения на утерю субъективного фактора, фактора уникальности каждого пережитого человеком опыта существующими идеями объяснения устройства мира.

Феноменология не отрицает систематизируемость и упорядочиваемость реальности — просто она не берёт их в расчёт. 

Например, страдание. Никто не страдает уникально — все мы испытываем боль по одному и тому же набору поводов и из одной и той же палитры ощущений. 

Это объяснение. Но в нём нет сострадания. И, с точки зрения человека, который испытывает боль, оно бесполезно — для каждого своя боль уникальна. 

Конечно, системный подход необходим: без классификации и систематизации страдания невозможно было бы появление болеутоляющих. 

Но не всякая боль лечится, и тем, кто с этим регулярно сталкивается — например, специалистам психологической поддержки: даже если к ним подряд обратятся сто человек с абсолютно идентичной проблемой «подросток-несчастнаялюбовь-суицид-наркомания» —эта информация никак не поможет ни страждущим перестать страдать, ни специалистам — делать свою работу — поэтому мысли о том, что «у всех одно и то же» отметаются — и каждый случай рассматривается как уникальный. Это суть феноменологии и этика феноменологии — то, что я пока сумел понять.

Феноменологический метод

До этого я уже дошёл по касательной, словив ещё более общее впечатление.

Как я понял, феноменологический метод — это не самостоятельная методология, а фильтр, этический фильтр, который можно наложить на любой существующий метод любых исследований, связанных с человеком с целью усиления значимости субъективных сторон вопроса, индивидуальных факторов. 

Поэтому правильнее его называть даже не методом — у слова method есть и другие варианты перевода, более нюансированные, чем дословный — поскольку метода, как такового, тут нет, а подход.

Иными словами, феноменологический метод — это феноменологический подход к существующим методам любых исследований, связанных с человеком.

А феноменологический подход — это подход с упором на индивидуальность.

Короче говоря, феноменологический метод (подход) заключается в очеловечивании методов.

А чтоб совсем хорошее вышло определение:

Феноменологический подход заключается в очеловечивании методов с целью повышения их точности.

«Исследований, связанных с человеком» — потому что феноменология — это субъективизм, возведённый в абсолют. Если в предмете исследования нет человека, то нет и субъективной стороны вопроса, которая может упускаться из виду традиционными методиками. 

Иными словами методику вычисления средней температуры Земли в Меловом периоде можно попытаться очеловечить — но повышения точности результатов это не даст.

Тогда как в социологии, психологии и миллионе других наук и предметов изучения феноменологический метод повышает точность результатов. 

Скажем, метод систематизации рабочей силы: резюме. Есть типовая схема: контакты, основные данные, опыт работы, достижения, пожелания, бла-бла-бла.

Очень многие люди от этого страдают и чувствуют, что не могут себя в рамках этих полей подать верно. 

Феноменологический метод поиска сотрудников: 

I уровень. Резюме + сопроводительное письмо. 

II уровень. Пустая станица без граф. Каждый пишет своё резюме как считает нужным, что считает нужным. Но это тоже недостаточно феноменологично, потому что ограничивает людей текстовым способом выражения мысли, дискриминируя в пользу тех, кто лучше владеет письменным словом. 

III уровень. Произвольная форма и формат подачи резюме. 

Разумеется, сферический феноменологический метод в вакууме вообще заключается в уничтожении любых исследований, т.к. отрицает систематизацию. 

Поэтому на практике, как я понял, под феноменологическим методом подразумевается усовершенствование существующих методологий человеко-ориентированных исследований, с целью более тонкого считывания и фиксирования в результатах исследования индивидуальных особенностей человека. 

То есть, условно, I уровень: добавить к форме отправки резюме на сайте поле для сопроводительного письма — и расширить систематизацию резюме критериями, применяемыми к сопроводительным письмам — например, инициативность, красноречие и т.д. 

Дополнения и поправки принимаются, но попытки выпендриться оценены не будут.

Это мой первый подход к теме. Целью подхода было не «узнать всё», а узнать что-то, но достаточно цельно, чтобы понимать, что из чего следует и чем обосновывается.

Точность словотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
2
-3

"Моих, впрочем, много есть сочинений: «Женитьба Фигаро», «Роберт-Дьявол», «Норма». Уж и названий даже не помню. И все случаем: я не хотел писать, но театральная дирекция говорит: «Пожалуйста, братец, напиши что-нибудь». Думаю себе, пожалуй, изволь, братец! И тут же в один вечер, кажется, всё написал, всех изумил. У меня легкость необыкновенная в мыслях" (Н.В. Гоголь. Ревизор)

0
Ответить

Типичный расклад:

  1. юзер листает длинный ответ, не совсем понимая, как к нему относиться;
  2. видит цитату с саркастическим намёком первым же комментарием к ответу;
  3. выдыхает: ответ — хуйня, автору минус, идём дальше.
    Вопрос: кому (автору ответа, комментатору, юзеру) этот контакт принёс пользу?
+1
Ответить
Ещё 2 комментария

Отнюдь, уважаемый Егор К.

пп. 1-2 - Обратная интроекция, т.е. приписывание мне чужих ("типичных", а может быть вполне Ваших собственных) мотивов и намерений.

п. 3 - Неправда: ответ Ваш я не оценивал, тем более матерно, минус Вам не ставил, мимо вопроса не пробегаю - ответ будет позже.

"Польза контакта" - за автора вопроса говорить не могу (как впрочем и Вы); пользу для Вас отношу в будущее (недалекое, если вдруг разговор продолжится в конструктивном режиме, или отдаленное, когда Вы сами начнёте ценить профессионализм и основательность не меньше энтузиазма и напористости); польза для меня - тема для меня профессионально значимая и заслуживающая защиты от квазипонимания, продемонстрированного Вами.

Критическая направленность моего комментария-цитаты ("лёгкость мысли необычайная") - не сколько против содержания Ваших рассуждений (оно просто не имеет отношения к феноменологии), сколько против позы самонадеянной уверенности, которуюдемонстрирует Ваш ответ: никто не может толком объяснить, поэтому я погуглил и сейчас пофантазирую... Действительно хлестаковщина какая-то. И это, кстати, абсолютно нефеноменологическая установка.

Всего доброго.

-1
Ответить

пп. 1-2 - Обратная интроекция, т.е. приписывание мне чужих ("типичных", а может быть вполне Ваших собственных) мотивов и намерений.

Или банальная ваша невнимательность: автор ответа — я, комментатор с саркастичной цитатой — вы, юзер — всякий, кто это прочитает. 

Так что все три пункта неправда — чтобы понять, что вы меня неправильно поняли, достаточно лишь прочитать, что там написано.

"Польза контакта" - за автора вопроса говорить не могу (как впрочем и Вы)

Про автора вопроса речи и не шло. 

пользу для Вас

Правильный ответ: никакой пользы. Ваш саркастический комментарий ничего не дал вам, ничего не дал мне, стал поводом потратить время на ещё несколько комментов и, ко всему вдобавок, может сбивать с толку мимопроходящих пользователей. 

Люди ведут себя так, будто интернет ждёт шуток в комментах — но они не ведут ни к чему, кроме лайков в лучшем случае — и флуда в худшем. Интересные разговоры с чужих острот не начинаются, бесед с положительной суммой не производят — скорее, с нулевой, а чаще с отрицательной даже. 

против позы самонадеянной уверенности,

Иными словами, ответ вы тоже не прочитали. Зачем читать, когда можно сострить? Потом не прочитать ответ и выкатить ответам по пунктам на комментарий, который, как вам показалось, тут написан.

Не постеснявшись выкатить вагон суждений ad hominem без оснований, вроде этого: 

Вы сами начнёте ценить профессионализм и основательность

(А-а-а, это, должно быть, и есть «обратная интроекция». Да, похоже)

квазипонимания, продемонстрированного Вами

Прошу, продолжайте. Я закончил свой ответ, который вы не стали читать, ведь вам сразу стало «всё ясно» просьбой поправлять и дополнять. Но это пока ближайшее из написанного вами к разговору по существу. 

И это, кстати, абсолютно нефеноменологическая установка.

И это тоже, пожалуйста, разверните, а то меня крайне смущает то, как вы употребили этот термин тут.

Честно, если вам кажется, что культура общения — это браться отчитывать кого-то в интернете за тон ответа, переходить на личности, отвечать на комментарии не читая, принимать чужой интерес за самонадеянность, а самонадеянность — за вызов, осуждать комментарии не вникая, но зато писать «Вы» с большой буквы — нет.

Это банальное ханженство и образованщина, сударь. 

Я, конечно, подожду вашей критики по существу моего ответа — потому что мне не лень было почитать, подумать, и изложить — а вы даже первого осилить не смогли. 

Но пока впечатление вахтёра от науки у меня от вашего ответа абсолютно цельное. Узнали, как вам показалось, человека по внешним признакам, классифицировали, осудили — к вопросу о действительно нефеноменологичном поведении.

Два комментария — и ноль вклада в беседу. Аккуратнее, подумайте, прежде, чем выбираться в следующий раз из подсобки на свет, когда за душой — один прочитанный «Ревизор», так что вы ещё подписали, откуда цитата, чтобы точно заметили, что вы Гоголя открывали.

И не трудитесь оскорбляться даже. Этим вы свой срам уже тоже не прикроете.

+1
Ответить
Прокомментировать
Ответить