Рустам Юлбарисов
8 декабря 22:20.
3455

Что Людмила Алексеева сделала для России?

Ответить
Ответить
Комментировать
3
Подписаться
4
2 ответа
Поделиться

Людмила Алексеева – одна из тех наших выдающихся соотечественниц, кто на протяжении полувека говорила нам о том, что у нас есть права и есть свободы, которые надо защищать. И она не только говорила, но и активно своими действиями их защищала. Она из тех людей, кто словом и делом формировал у нас правосознание и гражданскую ответственность.

Она не была из числа революционеров, которых интересует только вечная борьба. Она ни в кого не бросала бомбы и не стреляла в чиновников из-за угла, как это делали народовольцы и эсеры. Нет, она была думающим и совестливым человеком, который очень хорошо понимал последствия бесправия и несвободы и на протяжении 50 лет она со своими соратниками-правозащитниками напоминала нам об этих последствиях и выступала в защиту тех, у кого права и свобода отбирались. Ее голос был хорошо слышен и власть его боялась.

Людмила Алексеева - это одна из самых значительных фигур в советском диссидентском и российском правозащитном движении.

Она в числе тех, кто начал диссидентское движение в 1966 своими выступлениями в защиту писателей А.Синявского и Ю.Даниэля, судимых и осужденных тогда за произведения, признанные «антисоветскими».

В 1968 она стала первой машинисткой, начавшей печатать правозащитный сборник статей «Хроника текущих событий». Копировальных аппаратов тогда не было, печатать в типографии такие вещи было нельзя – единственным способом распространения информации были машинописные тексты, которых надо было печатать очень много.

В 1977 эмигрировала в США, где продолжила правозащитную деятельность, и вернулась в Россию в 1993 и тоже продолжила выступать в защиту гражданских прав и свобод.

С 1996 возглавляла Московскую Хельсинкскую группу – одну из ведущих правозащитных организаций в России. В 2002-2012 и вновь с 3 декабря 2018 участвовала в работе Совета по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте РФ.

Откуда в казалось бы монолитной политической системе могли появиться диссиденты? Вот как об этом рассказала сама Л.Алексеева в своих воспоминаниях «Поколение оттепели»:

«В юные годы будущие советские руководители и будущие диссиденты сидели за партами в одинаковых классах, слушали учителей, преподававших по стандартной методике одни и те же предметы, и каждый день видели перед собой образ Сталина. Не было школы, где не стояли бы его бюсты и не висели портреты. На знаменитой фотографии 1936 года улыбающийся в усы Иосиф Виссарионович держит огромный букет и темноволосую девочку в матроске. Сияющая малышка обнимает вождя как отца родного: «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство!»

Я родилась в 1927-м, через три года после его прихода к власти. В 1937-м, когда мне было десять лет, из нашего дома в Москве начали исчезать люди. Я не видела в этом ничего особенного и не задавала вопросов. Я не знала другой жизни.

Поворотные вехи в истории моего поколения можно обозначить точными датами, иногда даже часами и минутами. Первое на моей памяти историческое событие произошло 22 июня 1941 года, ровно в 4 часа утра, — Германия напала на Советский Союз. В школе нам говорили, что наша армия непобедима. Теперь эта армия отступала к Москве, теряя сотни тысяч солдат. И у нас впервые зародилось сомнение — неужели учителя могли ошибаться?

Война окончилась, но сомнения остались. Не ослабевало смутное ощущение: что-то не так. Я не чувствовала себя счастливой и не видела вокруг людей, которых можно было назвать счастливыми. Если революция 1917 года совершалась ради счастливого будущего, то где оно, это будущее? В чем же дело? Что-то не то с системой или с нашими руководителями? А может, я какая-то не такая? Откуда у меня эти мысли? Ими даже поделиться не с кем.

5 марта 1953 года радио объявило о смерти Сталина. Как и большинство людей, я расплакалась. Плакала от беспомощности, оттого, что не могла представить, что́ теперь с нами будет. Плакала, потому что чувствовала — к лучшему или к худшему, эпоха закончилась.

Не имея представления о другой жизни, мы оказались совершенно не готовы к периоду либерализации, получившему впоследствии название «оттепель», по одноименной повести Ильи Эренбурга.

25 февраля 1956 года, когда мне было около тридцати, Хрущев потряс делегатов XX съезда Коммунистической партии и весь народ разоблачением Сталина. Великий вождь оказался преступником. Этот съезд положил конец одиноким попыткам подвергнуть сомнению советский строй. Люди переставали бояться, начали высказывать свои мнения, делиться информацией, обсуждать волнующие их вопросы. По вечерам мы собирались в тесных квартирах, читали стихи, предавались воспоминаниям, обменивались новостями. В результате возникала реальная картина того, что происходит в стране. То было время нашего пробуждения.

Руководителей и наставников у нас не было, мы могли учиться только друг у друга. «Оттепель» стала для нас временем поиска альтернативной системы ценностей, собственного мировоззрения. Пережив сталинизм, мы уже не смогли бы принять никакое «прогрессивное» учение, навязываемое сверху.

Стремясь избавиться от сталинской доктрины коллективизма, мы постепенно осознавали, что мы не винтики в государственной машине, не безликие члены «коллектива». Каждый из нас — единственный в своем роде, и каждый имеет право быть самим собой. Не спрашивая разрешений у партии и правительства, мы стали рассуждать и делать выводы: писатели имеют право писать, что они хотят, читатели имеют право выбирать, что им читать, и каждый из нас имеет право говорить то, что думает.

Не мы изобрели стремление к свободе, мы только заново открыли его для себя, в своей стране. По милости «вождя и учителя» мы даже не знали, что на Западе подобные идеи существовали веками. Мы почти ничего не знали о политической философии, отличной от большевистского варианта коммунизма.

Люди начинали жить по новой морали, и делали это ради самих себя. Правительство продолжало упорствовать в своей приверженности коллективизму. По мере того как каждый из нас обретал свою индивидуальность, общество постепенно все больше отдалялось от властей. Тем не менее мы оставались лояльными гражданами. Я не знала ни одного противника социализма в нашей стране, хотя нас и возмущала негуманность нашего общества. Мы подхватили лозунги чехословацких реформаторов, которые вели свою борьбу со сталинизмом. Мы разделяли близкую нам идею «социализма с человеческим лицом». Надежды «пражской весны» нашли отклик в Москве.

Ночью 21 августа 1968 года советские войска вошли в Чехословакию — подавляя реформы в братской стране, власти спасали коммунистическую идеологию у себя дома. Вторжение ознаменовало конец «оттепели». Теперь каждый из нас должен был сделать выбор: следовать линии партии и делать профессиональную карьеру; забыть о карьере и тихо ждать следующей «оттепели» или продолжать жить как при «оттепели» со всеми вытекающими отсюда последствиями — сломанной карьерой и участью отверженных.

Немногие выбрали третий путь, и я горжусь тем, что была среди них. Отвергнутые и властями и обществом, мы жили в своем маленьком замкнутом кругу. Мы не сразу заметили, что наша борьба за свободу личности от государства стала борьбой за права человека — не только для нас самих и наших друзей, но и для всех сограждан. Многие дорого заплатили за эту борьбу, проведя годы в тюрьмах и лагерях. Некоторые были вынуждены эмигрировать, и я — в их числе. И все же я убеждена, что наша судьба была не хуже, чем у большинства современников, которые провели эти годы, продвигаясь по служебной лестнице и соглашаясь с неизбежностью компромиссов, или у тех, кто просто ждал, пытаясь жить «по правилам», не принимая ни ту, ни другую сторону».

Светлая ей память!

Андрей Авраменкоотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
34

Вопрос как это объяснить обычным людям?

+3
Ответить

Этих людей уже ничем не спасти. 

+10
Ответить

Это человек который Родине ничего хорошего не сделал. Это ОНО то есть зло.

-6
Ответить

Прекрасный ответ!

+3
Ответить

может и правду говорит как начинала, но не очень верится

0
Ответить
Ещё 7 комментариев

Через таких, как эта дама капитализм пролезал в СССР.

+3
Ответить

 Гражданка США, мать, муж и сын которой похоронены в Вашингтоне, и ее прах будет там же. Кого конкретно защитила эта правозащитница? Что она для России сделала полезного?

+1
Ответить

Ольга Туханина

9 декабря в 15:51 · 

В Мосгордуме предложили увековечить имя Людмилы Алексеевой.

Ей поют панегирики. Все: депутаты, чиновники. Её любил президент. Володин сказал, что она была настоящей патриоткой России.

Это как-то сразу аннулирует мой собственный патриотизм. Если Алексеева - да, то я, выходит, нет.

Сразу вспоминаю другую диссидентку и правозащитницу. Ирину Ратушинскую. Она отсидела (в отличие от Алексеевой) семь лет в СССР. Её отдал Рейгану Горбачёв на встрече в Рейкьявике.

Ира никогда не принимала никакого другого гражданства. Хотя и предлагали. Никогда не выступала против своей страны. Никогда её не принимали в высоких кабинетах.

Когда она умерла, Дума по этому поводу не скорбела. Ни о каких улицах, названных её именем, речь не шла.

Она была не продажна - в отличие от.

Она Алексееву очень не любила. Умерла раньше (и гораздо меньше лет ей было).

Для меня она и есть - образец. Но не для нашего нынешнего государства.

Два мира - две старости, две смерти. Два Шапиро.

На этом всё и проявляется.

Комментарии: 75

Репосты: 71

+2
Ответить

неочень поверю что Людмилы Алексеевы сделали добро,зачем надо было уничтожать Советский Союз и Соц Лагерь.она сидела за решёткой.без обид но это так.

0
Ответить

долиберальничали почти до развала РФ.

0
Ответить

Ничего. Вредная старуха. Очередной ренегат и оборотень. Тридцать - это уже возраст. Значит она попала в общество, где промыли мозги девице. Собственным умом такого не понять.

-2
Ответить

смоталась  в  америку  .вот  герой  СССр.

0
Ответить
Прокомментировать

думаю, что ничего хорошего,как и все остальные правозащитники. недаром у всех у них родня живет в основном в америке и в англии, а для них самих главной трагедией всей их жизни было то, что они родились в россии или в ссср, а еще хуже, если были по происхождению русскими.

-1
Прокомментировать
Ответить