Кто консультирует российское военное руководство по ситуации на Ближнем Востоке?

4116
3
0
5 октября
22:23
декабрь
2015

В ответе на этот вопрос очень важно разделять две части: 1) кто обладает экспертизой по Ближнему Востоку и 2) к чьему мнению прислушиваются в военном и политическом руководстве страны (у России же Президент является верховным главнокомандующим).

С точки зрения первого пункта (экспертизы), трудно не согласиться с ответами Карине и Евгения Яновича. Есть Институт востоковедения РАН, Институт Ближнего Востока. Есть ведомственные аналитические подразделения, и в МИДе, помимо департамента в центральном аппарате, есть, разумеется, большое количество аналитиков в посольствах в регионе. У военных есть свои аналитические возможности и в ГРУ, и в академических структурах Минобороны: Военная Академия Генерального Штаба, Военный университет, Военно-дипломатическая академия и др. Есть академические структуры широкого профиля Минобрнауки, МИД и РАН , где есть и ближневосточная экспертиза тоже: МГУ, СПбГУ, МГИМО, Дипакадемия, ИМЭМО, ИСКРАН и др. Специалисты этих структур в личном и институциональном качестве время от времени делятся своими знаниями с государством, в том числе с силовыми структурами. Частный бизнес привлекается существенно реже. В России культура частной внешнеполитической экспертизы пока не сложилась, а с иностранными (Stratfor, Eurasia Group) общаться трудно, потому что и у них, и у российских силовиков есть серьезные ограничения с точки зрения безопасности и вообще политичексих соображений.

Вторая часть гораздо интереснее. Кого действующие руководители всерьез слушают. Насколько я могу судить, никого они не слушают! В России всерьез и надолго укоренилась культура неумения пользоваться академической экспертизой, и российские интеллектуальные центры оторваны от практиков. В результате эксперты не умеют делиться знаниями в удобном прикладном формате, а практики не умеют привлекать внешних экспертов. Вот здесь kommersant.ru прекрасная статья эксперта Карнеги Александра Габуева о состоянии отечественной китаистики. С Ближним Востоком похожая ситуация на самом деле. Редкое исключение - это когда эксперты используются для "дипломатии вторых треков", т.е. экспертные встречи используются как канал коммуникации между государствами, чтобы озвучить то, что нельзя озвучить официально.

26
0
октябрь
2015

Запрос на подобные консультации, как правило, идёт из аппарата правительства, потому что у МИДа есть своя аналитическая служба. У нас есть Институт стратегических исследований - это основной консультант правительства, государство платит деньги экспертам. Там регулярно работают центры и отделы, выдающие аналитическую информацию.

У нас много академических институтов и политологических центров, которые возглавляются людьми вполне компетентными. Из государственных есть ещё Служба внешней разведки. Очень хорошая служба, насколько я помню, у пограничного ведомства. Оно подчиняется ФСБ, но в данном случае погранцы всегда дадут конкретную информацию. Ещё есть такой орган -- Совет Безопасности и антитеррористический центр СНГ, которые тоже продолжают заниматься этим. При этом Министерство обороны работает рука об руку с Генштабом, а у того есть Главное разведывательное управление, которое достаточно серьёзно работает в этом смысле. Координация всего осуществляется наверху, а ещё существует Администрация президента, где есть управление внешней политики, внутренней политики и так далее.

Госорганы и люди, которые находятся в подчинении, могут (может, и не намерено), но лоббировать интересы своих ведомств. Поэтому государственные органы обращаются за независимой экспертизой, чтобы сверить возможности; при этом государственные и негосударственные эксперты не видят материалов друг друга. Из известных независимых институтов -- Институт Ближнего Востока, его возглавляет Евгений Сатановский, который неплохо знает военно-политическую ситуацию по элитам и контрэлитам на Ближнем Востоке. Существует довольно известный центр, возглавляемый Багдасаровым, сам он эксперт по военно-политическим вопросам, связанным с Ближним, Средним Востоком и Средней Азией.

Ко мне несколько раз обращались за независимой экспертизой, когда я работала в Институте востоковедения. Обращались в связи со сложной внутриполитической ситуацией в странах СНГ, в частности, Казахстана. Моя независимая экспертная оценка не соответствовала тем аналитическим запискам, которые получили заказчики от госорганов. Тем не менее, моя точка зрения, без сомнения, была учтена, к любому независимому взгляду, идущему вразрез, всегда особенное внимание.

20
0
октябрь
2015

В правительстве России есть МИД, там есть арабисты и целый замминистра — Михаил Богданов, чья карьера начиналась, кстати, в Сирии. У правительства существует масса различных организаций и структур, вроде разведывательных и международных торговых палат, у каждой из которых свои источники информации, поэтому правительство России этот информационный блок получает.

Если ЦРУ надо будет это узнать, оно зашлёт своих ребят ко мне, я их знаю, мы посидим-поговорим, я им расскажу. Если израильскому Моссаду — тоже самое.

0
1
Если вы знаете ответ на этот вопрос и можете аргументированно его обосновать, не стесняйтесь высказаться
Ответить самому
Выбрать эксперта