Ответить
The Question
апрель 2015.
2127

Куликовская битва была борьбой за независимость Московской Руси или частью золотоордынской междоусобицы?

ИсторияНаука
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
8
2 ответа
Поделиться

Версий по поводу Куликовской битвы вообще много - и первые из них относятся ко времени самой битвы (или чуть позже - "Задонщина", "Сказание о Мамаевом побоище"). Когда задается вопрос "чем был(а)?", мы всегда должны выставить дополнительный вопрос - "для кого?". Так вот, для последующих поколений русских книжников Куликовская битва была безусловно битвой за свободу от безбожных агарян, что впоследствии переняли первые русские историки, на которых опираются первые русские учебные пособия. С политической точки зрения для московского князя Дмитрия Донского это может быть и попыткой освободиться, и попыткой не платить дань нелегитимному правителю (потом же может и легитимный придти - да через два года, в 1382 году, и пришел). Для окрестных князей и бояр - это была первая битва, в которой войска со всех концов Руси выступали против нашествия из вне не под литовским стягом, а под московским, т.е. Куликовская битва для них была зримым проявлением амбиций Москвы как всероссийского центра собирания земель, который через 100 лет не только избавится от ига, но и у главного своего конкурента, Литвы, отберет часть земель - Чернигов, Новгород-Северский, и татар заставит дань платить, а казанского хана чуть ли не своим вассалом сделает и преемственность с Византией явственно обозначит. Но если говорить про 14 век, то после Куликовской битвы ни у кого уже больше не возникало даже мысли о том, что Москву можно сдвинуть с владимирского великого княжения, а потому Дмитрию Донскому удалось сделать вещь беспрецедентную - передать "общие" владения всех владимирских (т.е. в том числе - тверских, нижегородских, ярославских, суздальских и т.д.) князей по завещанию своему сыну, т.е. с Москвой уже никто за титул (читай -ярлык) спорить не будет.

Если коротко и не ударяться в патриотизм, то Куликовская битва была пусть и крупной, но все же рядовой стычкой из эпохи средних веков, почти никакого отношения к русской истории не имеющая.

Это уже потом московские монахи-пиарщики и советские пропагандисты раздули из рядовой разборки между двумя монголами патриотический пеплум.

На Куликовом поле Москва воевала на стороне Тохтамыша — законного правителя Золотой Орды против сепаратиста — Мамая, который от этой самой Орды попытался откусить самый лакомый кусок.

Последнее, что Дмитрию Московскому было нужно, так это скидывать некое мифическое «иго» и воевать за независимость.

Позиция вассала и данника Орды была чрезвычайно выгодна Дмитрию как держателю ярлыка.

Под «крышей» Орды можно было не опасаться внешних врагов в лице Польши, Литвы (которая руками Мамая как раз и сделала попытку зайти на Русь) и спокойно разбираться с врагами внутренними: Суздалем, Смоленском, Рязанью и, особенно, Тверью.

Более того, в случае поражения Тохтамыша Орда вообще перестала бы существовать как государство и гораздо раньше вступила бы в период раздробленности. Это было не в интересах не только Москвы, но и остальных русских земель.

Потеряв ордынскую «крышу», раздробленная и не готовая противостоять внешним врагам Русь, сразу же попала в новую вассальную зависимость, но новые польские и литовские хозяева были бы не такими сговорчивыми как ханы, особенно в вопросах религиозных и денежных.

Вот и получается, что на Куликовом поле объединенное (вассальной зависимостью) русское войско воевало на стороне (и под руководством) одних монголов против других монголов.

Никакой битвы за свободу не было и быть не могло. А, то что какой-то ордынский начальник решил сходить на Русь за мздой, так то было вполне рядовым явлением. И за такие вылазки монголы иногда таки мзды получали. Взять хотя бы битву на Воже за 2 года до Куликовской.