Андрей Бирюков
июль 2018.
1158

Что самое курьёзное происходило на рабочем месте повара?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
5
2 ответа
Поделиться

Эта история была не у меня, а у одного из коллег на предыдущем месте работы. 

Было давно в одном из отелей. Там жесткая охрана, и вынести что-либо было невозможно, но они выносили портфелями. Суть была в том, что они собирали в сумки еду и шли к заднему выходу, где был подъезд машин, а там их уже ждал грузовик. В него они бросали портфели с едой, и все. С чистой совестью выходили через главный выход. Машина ждала на соседней улице, они подходили, брали сумки и шли домой. И там же корпоратив: накрыт стол, на нем только вино, никакой водки. Ребята придумали хитрость: звонят коллеге, он идет в магазин, там покупает пару ящиков водки, едет в отель и говорит, типа, вот, «мне звонили с пати и попросили 2 ящика снега». Ему дают два ящика снега! Он в эти ящики на улице запихнул водку. Ну и вот он это все привозит, на КПП смотрят содержимое — а там действительно снег. Ящики забрали, все поставили под стол, и тут к ним подходит начальство и говорит, мол, наливай. А те идут в отказ, типа, вы чего, о чем вообще, а начальство: «Мы знаем, что повара никогда не приходят без 40° алкоголя. Если его нельзя пронести, вы обязательно придумаете как. Наливай».

14
-2
Прокомментировать

Заходя в цех, важно потоптаться на специальном дезинфицирующем обувь мокром коврике, хорошенько вымыть руки мылом, вытереть их насухо и надеть одноразовые силиконовые перчатки. Конечно, все эти правила никто не соблюдал. Коврик часто оставался сухим (да и сам коврик появился спустя полгода моей работы в ресторане), шапочки надевали все, кроме самых главных поваров, а про перчатки будто никто и не знал. Особенно летом, когда было очень душно, а кондиционеры на кухне никто, конечно, не устанавливает. Во время дождя часто капало с потолка: говорили, что крыша прохудилась, а чинить ее никто не собирался, ведь это недешево. Просто ставили ведро на пол, и в него капала вода. Ведро наполнилось – вылили воду, набираем дальше. Считаю, что такой подход – полное неуважение к сотрудникам, которые тоже люди, мечтающие о прохладе от кондиционера в жаркий день и о чистых сухих полах – в дождливый. Я уже не говорю о размерах цеха: очень узкий, маленький и обшарпанный. Находиться там втроём – уже дискомфортно. Приходилось открывать окошко, в которое часто залетали мухи, комары и даже крыса заходила иногда!

Но главного повара не любили все: ведь он самоутверждался за счет унижения молодых неопытных поваров прилюдно. Также поступала и главная кондитер. Все это очень неприятно и было как страшный сон. За год работы на кухне ресторана я скорее приобрела терпение и выдержку, нежели какие-то новые знания и навыки. Удовольствия работы в общепите – тоже ноль. Однако есть пара человек, с которыми приятно иногда пообщаться. И за это спасибо ресторану, ведь именно там я с ними и познакомилась.

Кстати, мой кондитерский цех был местом выплеска эмоций: все приходили поплакать именно ко мне, в мой закуток, в случае срыва и усталости. Как правило, это были девочки-официанты. Было здорово, потому что когда ты чувствуешь себя значимым, понимаешь, что, видимо, не зря ты тут. А если ещё и пироженкой угостить плачущую девочку, то все вставало уж наверняка на свои места.

Подробнее о главном поваре. Это был толстый таджик, который любил смотреть в глаза каждому из новеньких молоденьких поваров и демонстративно обмакивать свой палец в миску со свежеприготовленным соусом, а затем облизывать его. Палец был, конечно же, без перчатки. Когда-то давно он был простым бедным таджиком у себя на родине. Но он придумал план и переехал в большой город в России. Настоящая таджикская жена, трое сыновей, карьера шеф-повара. Он вырос с самых низов: чистил картошку где-то несколько месяцев. Потом его старания заметили и вот, теперь он — шеф. То ли теперь он зазнался, то ли забыл, как тяжело быть молодым поваром — таджик, как я говорила, самоутверждался за счет каждого сотрудника на кухне, унижая его. Конечно, с управляющей и другими шеф-поварами он был чрезмерно любезен: целовал их при встрече, улыбался и смеялся… Нам же он показывал фото своих деток с телефона, рассказывал, что его жена сидит дома целыми днями и готовит ему ужин. Рассказывал с гордостью, что избивает ее периодически, если она делает что-то, что не устраивает его. Например, на курсы записалась кулинарные: «Нашла, где учиться кулинарии! Она у меня получит по башке опять, если не прекратит туда ходить!».

Я всегда любила готовить сладости, давно пеку домашние тортики, иногда для друзей. И подумала, почему бы не попробовать себя на производстве? Друзья предложили работу в ресторане, и я рванула в новую жизнь. Сейчас я считаю, что все было зря. Потраченное время, нервы, лишние килограммы (а ведь их трудно не набрать, пробуя вкусняшки постоянно). На тот момент я была полна сил. Меня приняли радушно, как я понимаю сейчас, это было только из-за того, что работать толком было некому. На тот момент главным кондитером и моим начальником на кухне был человек, который любил алкоголь. Щуплый и горбатый на вид и скользкий и лицемерный по характеру, он быстро попытался обучить меня всему, что знает. Я записывала все в тетрадочку, а на мой вопрос про технологические карты он отмахивался и говорил, что все это фигня. Через полгода его уволили за запой в три дня, а меня повысили на его место: я заслужила эту должность своим упорством и старанием. И тут начался просто кошмар. Повышение пришлось на начало марта. Я осталась совсем одна наедине со своей тетрадкой с рецептами и новой должностью. Шеф-кондитер, неприметная и неприятная женщина с ботоксом в лице и силиконом в губах, начала громко кричать и унижать меня прилюдно, когда увидела тетрадочку. Она распечатала мне все рецепты в технологических картах. Спасибо, конечно, но переучиваться практически некогда. Однако я делала все, что могла.

Итак, 8 марта. В ресторане ажиотаж. Все хотят купить домашнее печенье в виде цветочков в подарок прекрасным дамам и отведать домашнего чизкейка. На кухне одна я. Помочь некому. Стоп-лист огромный — это такой лист, в котором написаны позиции, которые нельзя заказать, ведь их нет. С самого утра и до глубокой ночи я пыталась успеть сделать максимально, но оно быстро заканчивалось, и все шло по кругу день за днём. Меня очень полюбили в ресторане. Все видели мое трудолюбие. Исключение составляли управляющие рестораном: шеф-повар и шеф-кондитер. Им не нравилось, что я не успеваю. Удивительно, правда? Я просила дать мне помощника, но никто не хотел работать за копейки. Я же тоже была недовольна своим заработком, однако он вырос с повышением меня в должности, а также переработки неплохо оплачивались.

К июню после очередного скандала с неугомонной шеф-кондитером, которую раздражал любой мой вопрос и просьба о помощи в рецептах, я приняла решение уходить. Последней каплей стал ее повышенный голос. Считаю, что ни один человек в мире ни по какой причине не имеет право повышать голос на другого. Голову с плеч всем орущим. Но тут хитрая управляющая надавила на мое ярко выраженное тщеславие, сдабривая свою речь похвалой и благодарностью в мою честь. Она была права, но как я потом поняла, она была лицемерна и не считала меня такой классной, какой я действительно была. Проще говоря, она уговорила меня остаться и продолжать бороться. Действительно, ведь в ресторане все из сладкого держалось на мне, меня ценил и любил коллектив. Если я уйду, то все рухнет. Конечно, найдут человека, но это будет не сразу ведь. Я хорошо все взвесила и осталась работать до конца лета. Ко мне пришла в помощь су-шеф из фабрики, она же в итоге, кстати, и осталась за главного после моего ухода в августе.

15
-7

Треш какой! Это в какую же вас помойку угораздило попасть где шеф - ТАДЖИК, а Вас без образования и опыта ставят главным кондитером?

0
Ответить
Прокомментировать
Ответить
Читайте также на Яндекс.Кью
Читайте также на Яндекс.Кью