Где (если так можно выразиться) на современной литературной карте находится поэт Владимир Козлов (главред Эксперт-Юга)?

233
1
0
24 сентября
00:51
сентябрь
2015

На современную литературную карту есть разные взгляды — примерно как и на географическую: нам, например, видится, что мы в Москве (или хоть в Ростове) находимся в центре картины, а какая-нибудь Патагония — далеко-далеко на краю, но патагонцам это ведь видится по-другому, верно?

Из того места, откуда смотрю на современную литературную карту я, стихи Владимира Козлова видятся неуклюжими перепевами выдающихся образцов полувековой давности — доотъездного Бродского, Евгения Рейна начала 70-х и т. д.: одна беда — что поэтика эта выглядит сегодня застывшей и не имеющей никакого потенциала дальнейшего развития, другая — что поэт Козлов с ней плохо справляется. Ну например, из первого попавшегося стихотворения:

Трясется Крещатик от топота ног.

Вещает с майдана языческий бог.

Сегодня — гуляния, завтра — мятеж.

В вечерних газетах одни да и те ж.

А в архитектуре запахло Москвой.

Горилка культуру ведет за собой.

Дивчина судьбину несет в подоле,

пока над землей, под землей, на земле

с гулом торгуют заморским шитьем —

в новую жизнь полагается в нем.

— Историософия с геополитикой тут довольно примитивные, по типу «ничто не ново под луной», с чисто поэтической же точки зрения возникает стойкое ощущение, что автор не справляется с техническими задачами: перебой ритма (усечение анакрусы) в последних двух стихах ничем не мотивировано, столь же необъяснимо внезапное появление в пятом стихе прошедшего времени глагола (на фоне настоящего времени до и после), в корявом обороте «одни да и те ж» явно лишнее «да» притянуто за уши ради попадания в размер (и вообще требуется заметное усилие, чтобы понять, о ком или о чём речь — одни и те же персонажи в новостях каждого дня? или узкий круг журналюг, ежевечерне морочащих людям головы?), со словом «шитьё» тоже выходит кикс (оно употребляется в нескольких близких значениях, и ни одно не подходит полностью: или это характеристика отделки одежды, «блузка с золотым шитьём», и тогда этим шитьём нельзя отдельно от блузки торговать, или это продукт работы, вещь целиком, но тогда она незаконченная, неготовая, то, что ещё шьётся, причём вручную, и торговать им тоже ещё нельзя).

Но, конечно, я не сомневаюсь, что поэт Козлов сам себя видит совершенно по-другому: благородным рыцарем доброй традиции, противостоящим разрушительной волне авангардистов и прочих постмодернистов. Ибо карту с Патагонией в центре тоже можно нарисовать.

11
0
Если вы знаете ответ на этот вопрос и можете аргументированно его обосновать, не стесняйтесь высказаться
Ответить самому
Выбрать эксперта