О чем может говорить тот факт, что Путина поддерживают такие достойные люди, как Михалков, Тимати, а в оппозиции — Звягинцев и Серебряков?

Ответить
Ответить
Комментировать
8
Подписаться
9
9 ответов
Поделиться

Тимати и Звягинцев вообще несовместимы. Тимати, может быть, формально популярнее Звягинцева, но их нельзя сравнивать. Все равно, что сравнивать черную икру с черным хлебом: черный хлеб популярнее черной икры, но это не значит, что он лучше. Это разные вещи.

Путин эстетически неприемлем для многих, в том числе для меня. Но это не означает, что он неприемлем в принципе, потому что время идет и эти эстетические приоритеты немного смещаются.

Тимати и Михалков очень зависимы от государственного финансирования. А Андрей Звягинцев абсолютно независим от него, поскольку его поддерживают независимые источники с помощью продюсера Александра Роднянского, который их обеспечивает. Поэтому он может говорить правду, а Тимати и Михалков — не могут, так как зависят от государственного бюджета. И называть их позицию полностью непредвзятой нельзя. Не знаю, что они думают на самом деле, но хотелось бы с ними пообщаться и узнать.

50
-6

А как Тимати зависим от государства?

+1
Ответить

Абсолютно.

0
Ответить

Действительно, много кому, но не Тимати. Но много кому (из не поддерживающих Путина) и не срывали. Логика?

+1
Ответить
Ещё 6 комментариев

Значит ли это, что не срывают только музыкантам-доверенным лицам?

0
Ответить

Логики Вашей не понял. В чем Тимати зависит от государства? Если только в отсутствии срывов концертов, то почему количество музыкантов без сорванных концертов больше, чем количество музыкантов-доверенных лиц?

+1
Ответить

Не очень удачное сравнение с черной икрой и хлебом. Звягинцев и Серебряков тоже режиссеры очень разного плана, но они заставляют задуматься о жизни. Тимати - это безмозглая попса. Тех кто не думает в этой стране всегда было больше чем думающих. Не очень хотелось бы и Михалкова ставить в один ряд с Тимати, но видимо вопршающему виднее Последний фильм , который у Михалкова можно было смотреть с эстетическим удовольсвием был "Сибирский цирюльник". Потомнастал кризис жанра Иногда люди поддерживают влать  просто , чтобыне потерять статус . Бунтарем актуально быть по молодости.

+1
Ответить

Не у всех, кто находится в оппозиции к власти срывают концерты. Это правда. Но, если ты не поддерживаешь власть - ты в попадаешь в "зону риска". Это и есть зависимость от власти.

+2
Ответить

Этим приемом: "Накажи одного, чтобы другие боялись", власть, кстати, пользуется повсеместно.

0
Ответить

Михалков, Тимати достойные люди? ну вы и даёте! Особенно Михалков. Это не сын ли главнго совеиского "гимнюка"?

0
Ответить
Прокомментировать

О чём может говорить то,что вы считаете Тимати и Михалкова достойными людьми?(если это шутка/сарказм,то прошу прощения за мои слова)

Я не совсем понимаю,в чём заслуги Тимати,Михалкова? Я не помню,что бы у них были номинации на Грэмми,в отличии от Левиафана,который был номинирован на Оскар,как лучший фильм на иностранном языке.

Я понимаю,что у каждого свои вкусы,но я хотя бы для расширения кругозора посмотрел обзор на любой фильм Михалкова на канале Badcomedian'a. Я понимаю,что у Тимати,у Михалкова действительно есть фанбаза,которая ходит на фильмы не по принуждению,а искренне.

Против Тимати и его лейбла говорит сомнительная реклама,накрутки на роликах,против Михалкова-история.

С другой стороны опальные деятели искусства предстают нам в образе жертвы режима,когда не ставят их спектакли и фильмы,закрывают театры,даже садят в тюрьму.

Я считаю,что в какой-то степени дружба с властями со стороны того же Тимати,лишь взаимновыгодный союз(поддержка=деньги).

P.S. забыл про Оскар Михалкова в 95 году.

21
-6

не помню,что бы у них были номинации на Оскар или Грэмми,в отличии от Левиафана,который был номинирован на Оскар,как лучший фильм на иностранном языке.

Вы таки не поверите, но как раз Михалков не только был номинирован, но даже получил Оскар.

+4
Ответить

Дурак наверное ещё хороший фильм, не то что у кремлевкого Михалкова

-5
Ответить

Один Оскар, а сколько ещё Михалоскоров)

0
Ответить
Прокомментировать

Это может говорить о щедром спонсировании государством вышеназванных деятелей (в случае с Михалковым - "налог на болванки"), а также о сформировавшемся за эти годы принципе: за Путина - будешь в шоколаде, активно против - начнутся проблемы.

Для сравнения, в однозначно демократических странах (Западная Европа, Северная Америка и др.) один актер - за Демпартию, другой - за республиканцев, ништяки по политической линии не перепадают ни первому, ни второму. Точнее, с точностью до наоборот: первый и второй любимым партиям свои кровные деньги жертвуют.

13
0

Вообще-то в Голливуде почти все актёры - за Демпартию. За респов голосуют единицы, в основном крутые парни из прошлого типа Чака Норриса или Клинта Иствуда

0
Ответить
Прокомментировать

Цитирую полностью статью Дмитрия Глуховского, она все объясняет:

Когда власть оказывается в руках у самозванцев, способов больше никогда не расставаться с ней у этих самозванцев два: через ложь и через насилие.

Петр Саруханов / «Новая газета». Перейти на сайт художника

Под насилием мы не обязательно понимаем массовые репрессии — вполне эффективны будут и точечные. Через демонстрацию силы и способности этой силой без колебаний пользоваться для защиты своей власти самозванцы пытаются запугать и деморализовать любую оппозицию. Семнадцатый — не тридцать седьмой, в эпоху телевидения избыточны ночные воронки и ГУЛАГ, достаточно убить пару видных оппозиционеров и посадить пару известных вольнодумцев, чтобы прочие оппозиционеры стали вести себя поскромней, а вольнодумцы попридержали языки. Таково преимущество информационного общества над индустриальным.

Но ложь, под которой мы понимаем тотальную дезинформацию населения, в информационном обществе является еще более эффективным инструментом узурпации и удержания узурпированной власти.

Ложь — это не просто искажение сведений о происходящем в стране и в мире. Это не только намеренное запутывание и обман политиком населения, оппонентов и собственных сторонников касательно своих намерений, чтобы купировать любые попытки противодействия. Это еще и создание виртуальной мифологической среды, которой самозванцы подменяют объективную реальность. Лишенное доступа к правдивой картине внешнего мира население получает картину упрощенную, извращенную, с неверно расставленными эмоциональными акцентами — и при этом акцентами крайне мощными, связанными с национальными и культурными мифами и архетипами — настолько сильными, что они могут полностью блокировать способность обычного человека к критическому анализу ситуации.

Созданием, раздуванием или имитацией войны с новым или извечным противником (фашисты, чеченцы, евреи, либералы, националисты, гомосексуалисты, американцы, албанцы, сербы, армяне, тутси) самозванцы за очень короткий срок могут перевести массовое сознание в режим военного времени, в котором населению навязывается мышление «мы или они» и выбор «с нами или против нас». Возглавляя эту войну, самозванцы консолидируют за собой большинство за счет демонизации и ущемления реального (тутси) или символического (американцы) обозначенного врага. Делается это всякий раз исключительно в интересах самозванцев и в целях удержания ими власти. Война становится для самозванцев источником легитимности. Их никто не выбирал, но военное время и не предполагает выборов.

Тут, казалось бы, все просто: есть угнетатели (даже если в современном мире угнетение сводится к узурпации государственных ресурсов группкой случайных лиц), и есть угнетаемые (хотя бы просто лишенные своего законного права на часть богатств своей страны). Угнетатели дезориентируют народ, стараясь удержать власть как можно дольше. Народ проживает в воображаемой реальности и борется с воображаемым врагом, вместо того, чтобы осознать настоящий источник своих бед и причины своей ущемленности.

Но есть в этой системе и третий элемент, который в нашей стране принято называть интеллигенцией. Интеллигенция — благодаря образованию и профессиональным навыкам критического анализа — прекрасно понимает, что именно происходит в стране. Хотя она воспитывалась в том же культурном, историческом и архетипическом контексте, она не является его заложником. Она знает, что такое миф, и способна отличить его от реальности, в особенности когда миф этот является безыскусным и безвкусным новоделом. Она умеет отличить фашистов в Киеве сорок первого от «фашистов» в Киеве в две тысячи четырнадцатом. Она знает слово «аншлюс». У нее более долгосрочная и более точная память. Умение проводить исторические параллели не дает ей удивляться каждому новому кульбиту власти и принимать его за чистую монету. А приближенность к власти и приблизительное понимание механизмом ее устройства не дает ей относиться к власти как к чему-то сакральному.

Если вкратце, интеллигенция приблизительно понимает, как все устроено на самом деле.

С меньшим количеством деталей и более романтично, чем понимают люди во власти, но зато более объективно и отстраненно. Именно поэтому именно интеллигенция представляет для власти особенную опасность: важнейший для самозванцев инструмент удержания власти — ложь — в отношении интеллигенции работает гораздо хуже.

Больше того, без помощи интеллигенции власть не сможет воссоздавать и применять этот инструмент. Обычный узурпатор — будь он по-военному бесхитростен или по-спецслужбистскому хитер — обычно человек не творческий. Он не умеет ни синтезировать, ни распространять мифы. Последним деятелем в нашей, например, истории, сочетавшим в себе оба начала, был Владимир Ленин. Его предшественники и последователи нуждались в помощи и поддержке интеллигенции (на более ранних этапах — духовенства) для охмурения, оболванивания, разложения и подчинения себе народа.

Расхожий литературный сюжет о продаже души дьяволу именно потому настолько расхож, что любой проживающий в авторитарном государстве интеллигент, разобравшийся в меру доступного в несправедливостях мироустройства и снискавший себе мало-мальскую славу властителя дум, однажды получает приглашение. Ему предлагают оставить попытки критического анализа и поставить свой талант на службу «Отечеству» — то есть той группе лиц, которая в данный момент удерживает в нем власть, угнетая и дезинформируя народ.

Дьявол как образ, избираемый тонкими творческими натурами для описания своего искушения, тут очень точен — и происходит именно от того, что

они, суки, все прекрасно понимают. Понимают, у кого брать деньги и от кого принимать ордена, у кого петь на корпоративах и победных концертах.

От кого принимать удары веничком — вместо плети. Понимают, за кого агитировать — и против кого.

Понимают все журналисты-артисты-художники-режиссеры-писатели. Музейные кураторы, медийные ораторы, историки, лирики и физики. Это все умные люди, они ведь не родились интеллигенцией, они ею стали. И если они сумели добиться в своей высококонкурентной среде достаточного успеха, чтобы быть замеченными властью, значит, им хватит ума и для того, чтобы понять, чего именно эта власть от них хочет.

Хочет: чтобы закрыли глаза на ложь и на насилие, чтобы помогали убедительнее и изящнее лгать. Чтобы противопоставили себя (вслед за властью) народу и повернулись против него. И, наконец (что делает это пафосное сравнение вполне уже точным), чтобы сами поверили в ложь, отказавшись от себя прежних. Вот это уж настоящая дьявольщина, без гипербол.

Не все из них и колеблются-то даже: многие сами обивают властные пороги, как коммивояжеры, обходя кабинеты со своей душой, ища тот департамент пре­исподней, где ею заинтересуются и предложат сходную цену. А те, кого переклинивает от когнитивного диссонанса, находят себе и оправдания, и объяснения. Это все только дело времени, а за аргументами у умного человека, понимающего сложность мироустройства и умеющего все поставить в контекст, не станет. Тем более что альтернатива удару веничком — удар плетью. Достаточно высечь и одного, чтобы другие призадумались.

Что же нам, осудить вшивую интеллигенцию? Нет, не станем. Всем хочется жить, и всем хочется жить хорошо.

А для личного героизма нужны совсем уж серьезные основания: если враги, к примеру, сожгут родную хату — тогда да, тогда придется; а если это просто теледиктатура, как у нас, — то ничего страшного, тогда и диссонанс-то терпимый. Споем, станцуем, попарим, попиарим.

Но с собой-то можно ведь честным быть, а? Хотя бы с самим собой? Чтобы как бы и душу продать, но и фигу в кармане не разжимать? Эта фига в кармане ведь и есть самая популярная у нас форма сопротивления самозванцам и узурпаторам.

Виктор Руденкоотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
7
0
Прокомментировать

О том, что, когда у тебя милионы на счету, легко не замечать всеобъемлющую коррупцию, очереди в поликлиниках, старушек, роющихся в мусорках чтобы выжить.

6
0

Богатый человек с милионами, никогда не поймет бедных людей. Это факт.

0
Ответить
Прокомментировать
Читать ещё 4 ответа
Ответить
Читайте также на Яндекс.Кью
Читайте также на Яндекс.Кью