Андрей Смыков
сентябрь 2015.
6380

Почему для одних 90-е — «лихие и ужасные», а для других — «время свободы и счастья»?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
11
7 ответов
Поделиться

Люди оценивают не только свое текущее состояние, но и "производную", то, как ситуация будет развиваться дальше. В 90х многим было действительно тяжело, привычный мир разрушался, бедность, криминал, но люди надеялись на то, что новая политическая система через какое-то время сделает нашу страну лучше. Некоторые, немногие получили действительно в это время колоссальные возможности, сориентировавшись в новой реальности, а большинство просто наивно надеялось на демократию и западные ценности. Частично эти надежды действительно оправдались, внезапно рыночная экономика оказалась гораздо эффективнее плановой. Ну и цены на нефть помогли, и у многих людей появились такие вещи, о которых они раньше и не мечтали. А вот с демократией получился полный наивняк, по сути она так и не сформировалась. Вроде как у нас появилась правильная и хорошая конституция, но люди так и не осознали собственную ответственность за власть, необходимость критичного к ней отношения, выборов и сменяемости. Те, кто сейчас пугает "лихими 90ми", сами вышли из них и закрепились под лозунгами "стабильности". Ну а сейчас и "стабильность" дала трещины, и что будет дальше - непонятно. Возможно, и новые 90е.

13
-1
Прокомментировать

Это дискредитация 90-х и одновременно оправдание тех результатов, которые мы имеем сейчас. Ведь слова «лихие 90-е» стали особенно часто звучать, когда в 2012-2014 годах в России начался спад, а потом стагнация экономики. 90-е действительно не были благополучными. Это были годы трансформационного кризиса, когда экономика перестраивалась, причем перестраивалась в основном своими силами, хотя государство содействовало тем, что придерживало динамику денежной массы и так далее. Главной задачей было обеспечить функционирование рыночной экономики. И это было обеспечено. Но ситуация была сложная. Поэтому лично я считаю, что те программные задачи, которые были намечены на время трансформационного кризиса, были решены. Дальше мы получили рост, обеспеченный факторами — нефть плюс становление рынка и в совокупности лучшее его функционирование. А затем мы перешли к спаду, потому что экономика исчерпала те возможности, которые возникли у нее после реформ и подорожания нефти. Сейчас вопрос заключается в том, когда начнется новый подъем и что будет для этого сделано.

9
-1
Прокомментировать

Потому что одним в 90-е было 30, а другим 10. В 30 нужно было защищать Белый Дом, торговать на рынке и отбиваться от рэкитиров, А в 10 кругом были свобода и счастье.

6
-3
Прокомментировать

Есть лишь один объективный показатель - демография. Лихие были годы или хорошие, судить надо по тому, прибавилось население или убавилось. И ельцинские девяностые по этому единственному объективному критерию даже хуже, чем Вторая Мировая: невозвратных потерь в живой силе столько же, а в промышленности значительно больше.

5
-4
Прокомментировать

В 1990 году я поступила в университет на истфак. Даже на обычную, не повышенную стипендию можно было проковыряться: стипендия с тройками - 60 рублей, четыре-пять - 75, у отличников - 90. Комплексный обед в университетской столовой - 40 копеек, а хлеб и горчица бесплатно, можно брать сколько хочешь. И на "сачке" можно было курить. И отменили все истматы-диаматы, а вместо марксового политэка нам молодые преподы с экономфака читали курс экономикс. Потом в кабинете профкома мои однокурсники скупали ваучеры и барыжили акциями. К тому времени стипендия была уже порядка 800 тысяч рублей, но ее хватало на неделю жизни. Зато в гостинице "Москва" открыли мороженое "Пингвин" - такие разноцветные шарики в вафельных стаканчиках. И после библиотеки мы заруливали туда за 2-3 шариками - правда, очередь была минут на полчаса. Я ходила в маминой старой юбке, маминых сапогах, самовязаной шапке-трубе (модная!). Денег в семье не было вообще. А главное - было непонятно - чему учиться, куда бечь? И никто не объяснил же, дурёхе. Помню, подруга внезапно говорит: "Слушай, есть такая крутая штука - называется паблик рилейшнз, публичные отношения. Это как реклама, только без денег. За этим будущее". Я не поверила - что за фигня, какая может быть реклама без денег?
В воздухе носилась идея денег. Все чем-то торговали. Кто попрактичнее, катался в Польшу, туда шоколадки и кипятильники, обратно барахло. Остальные торговали вагонами. Звонит человек и говорит: "Есть вагон тушенки. У тебя есть покупатель?" И ты начинал звонить каким-то людям и искать покупателя на вагон тушенки. А есть эта тушенка и как продавец тебе гарантирует твой процент в этой цепочке - никто не задумывался. Но кто-то же и зарабатывал, наверное. Моего любимого одноклассника, с которым я 6 лет просидела за одной партой, убили жестоко, те же люди расправились с семьей его брата - они вместе работали, небольшая компания была по производству автомобильных масел. Одного моего однокурсника убили классическим способом - ноги в тазик с цементом и в воду. 

В общем, это было дикое, варварское время. Не было вообще никаких ориентиров - было непонятно, за что бороться, куда себя двигать, чему учиться, в какую партию вступать, к кому прислоняться? Я натворила глупостей, совершила все ошибки, которые могла. Но осталась живой и почти в своем уме. Не хотела бы вернуться в 90-е. Хотя если б мне тогда мои нынешние мозги - я бы сумела сделать все правильно и не слишком испортить карму.

1
0
Прокомментировать
Читать ещё 2 ответа
Ответить
Читайте также на Яндекс.Кью
Читайте также на Яндекс.Кью