Какой смысл произведения и концовки Франца Кафки «Процесс»?

22118
1
0
14 сентября
17:57
сентябрь
2015

Мммм. Мне всегда казалось, что сложность прозы Кафки несколько преувеличена, в том числе, за счет флера безумия, окружающего образ писателя в массовом сознании. Впервые взявшись читать то или иное произведение Кафки, читатель, благодаря гуляющим по интернету мемам про человека-жука и про «Любовь – это нож, которым я копаюсь в себе», заранее предчувствует столкновение с чем-то непостижимым, необъяснимым, чудовищным.

Открывая «Процесс», мы прыгаем с места в карьер и сразу встречаем героя, который внезапно обнаруживает, что попал под арест. И если поначалу он худо-бедно сопротивляется таинственным незнакомцам, то впоследствии круговорот допросов, обтекаемых фраз и душных комнат затягивает Йозефа К. так глубоко, что его попытки защитить себя выглядят все более вялыми, путаными, бессмысленными. Начавшись с абсурда – ну как, казалось бы, человек может не знать, за что его арестовали? и как судебная система может не дать ему внятный ответ на этот вопрос? – история им же и заканчивается: Йозеф К. погибает на импровизированном эшафоте, так и не разобравшись, что именно вменяется ему в вину.

Герой Кафки оказывается в центре самого страшного кошмара любого человека: событиями в «Процессе» управляют не все эти похожие друг на друга чинуши, а некая загадочная сила - ужасная в своей неопределенности. Никто не знает, что случится с ним завтра, в какой процесс он попадет и чем этот процесс завершится – говорит нам Кафка. Он безжалостно облекает в слова наш самый сильный страх - страх неизвестности. Поэтому к концу романа читатель приходит в таком душевном раздрае, что ему, как правило, уже наплевать, за что на самом деле поплатился жизнью Йозеф К.

Тем не менее, мы, в отличие от Йозефа К., вполне можем противостоять мрачному гению Кафки, на время отложив все свои страхи - рациональные и иррациональные. И с этой перспективы открывается множество трактовок романа. Я приведу лишь самые очевидные.

Первая: «Процесс» - это метафора человеческой жизни. Неслучайно действие романа начинается в день рождения Йозефа К., а слово «суд» созвучно слову «судьба». К сожалению, не владею немецким языком, поэтому не могу утверждать, что эта своеобразная паронимия сохраняется и в нем. С рождения и до самой смерти человек неизбежно ощущает себя объектом суда: его судят и друзья, и враги, и общество, и сущность, называемая Богом. Вероятно, в случае с «Процессом» мы должны говорить, в первую очередь, о процессе суда над самим собой.

Йозефа К. ведь не упекают мгновенно в тюрьму, а позволяют ему жить относительно привычной жизнью. Тюрьму создает вокруг себя он сам, постоянно возвращаясь к мысли о процессе, задыхаясь от всепоглощающего чувства вины. Вина, по Кафке, вообще определяет человеческое бытие. Да и сознание - тоже. И тут уже вам решать, как оценивать смерть Йозефа К. в финале книги – как наказание или как награду, избавление от мучений.

С другой стороны, Йозеф К. действительно может быть преступником. Людям ведь свойственно совершать дурные поступки и отказываться нести за них ответственность. Сложно поверить в то, что к тридцати годам герой не сделал никому ничего плохого. Правда, тяжести совершенного им преступления мы не знаем: он мог убить человека, а мог прихлопнуть муху. Любое твое действие может быть признано преступным - в зависимости от того, кто вершит над тобой суд. Учитывая наличие в романе библейских аллюзий, Кафка явно намекает здесь на христианские догматы. А значит, "Процесс" - еще и религиозно-философское произведение.

Кроме того, следует помнить, что «Процесс» был написан на заре Первой мировой войны, когда общество предчувствовало глобальные перемены. Отдельные личности ощущали причастность к этим переменам, считали себя теми, кто творит историю. Йозеф К., напротив, пассивен, он – маленький человек, который видит значительно дальше своего носа и в глубине души понимает, что историю творят безжалостные, неуправляемые массы. Отдельно взятому человеку бесполезно сопротивляться этому процессу.

И конечно, русский читатель, сталкивавшийся с родной судебной системой, неизбежно узнает в герое Кафки себя. Попробуйте поделить с неожиданно объявившимися дальними родственниками квартиру умершей бабушки в центре Москвы – вам еще и не так грустненько будет, ну.

82
2
Если вы знаете ответ на этот вопрос и можете аргументированно его обосновать, не стесняйтесь высказаться
Ответить самому
Выбрать эксперта