Олег Шоров
14 марта 23:09.
36

Какие цели приследовали авторы законопроекта о декриминализации домашнего насилия?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
2
2 ответа
Поделиться

 Конспирологическая теория: в условиях длительного кризиса тощают  семейные финансы, виснет на шее дополнительная работа, переутомление, раздражительность. В это время на youtube и в сериалах - две машины на семью, доктор Хаус для заболевшей бабушки, комната для сына на втором этаже.

 Что может стать нашим ответом оборзевшей Вандербильдихе? Традиционные ценности! Не просто серый от усталости муж, а глава семьи! Даже не так, во как: Глава Семьи !!! В ихних Америках такого не выпускают лет 50!

 Для мужчин тоже нужна поддержка  государства в это трудное время. Уважение жены как к Главе Семьи!!! 

Государство о семье позаботились на совесть, в отличие от грязных феминисток, правозащитников и прочих толерастов!!!!! Целый закон написало!

АВТОР ВОПРОСА ОДОБРИЛ ЭТОТ ОТВЕТ

Приведу альтернативную и непопулярную точку зрения. Пока ещё не знаю, как к ней относиться. Опасаюсь только, что всех остальных необходимых шагов предпринято не будет, и комплексно проблема не будет решаться. Это именно мнение, а о целях авторов законопроекта там ничего не сказано, это уже отдельная история. Итак:

Екатерина Шульман считает, что проблема — в недостаточной проработанности правовой базы, а сама декриминализация домашнего насилия — это хороший и правильный шаг. Потому что уголовную статью обычно заводить отказываются, и жертвы под уголовку супругов вести не хотят, и штраф фактически жертва платит сама, а лишение свободы на 2 года для близкого человека её испугает. Теперь же заявления будут принимать гораздо более охотно. Вот интервью:

https://echo.msk.ru/programs/personalno/1916946-echo/

Значит, вот эти вот побои в отношении близких лиц как предмет 116-й статьи, прожили у нас чрезвычайно недолго. Эта норма была принята в июле 2016 года, вот сейчас отменена. То есть несколько месяцев.

Соответственно, никакой статистики относительно эффективности этой новой нормы у нас нету: работала ли она? успели кого-то по ней привлечь или нет? Мы не знаем.

Что мы знаем? Значит, 116-я статья, побои, причинение боли без ущерба здоровью – это статья Уголовного кодекса, которая относилась к статьям частного обвинения. Что это значит? Это значит, что тот человек, который подает заявление, берет на себя тяжесть сбора доказательств, привлечения свидетелей и, соответственно, представления своих интересов в суде. Он может иметь адвоката, но следствие ведет он сам, а не полиция как в остальных случаях.

Значит, вот в этот вот короткий период с июля до нынешнего момента и в настоящее время тоже, поскольку это еще не стало федеральным законом, вот эти вот побои в отношении близких лиц – они были предметом частно-публичного обвинения. Это промежуточная некая стадия, там участвуют, все-таки, органы следствия, а не только сам обвиняемый.

Значит, относительно 116-й статьи в целом надо сказать, что она плохая, мутная. Ее декриминализация – это шаг вперед. Это хорошая была мера со стороны Верховного суда, который был автором вот этого комплекса предложений о декриминализации в том числе и статьи 116-й.

Значит, во-первых. Декриминализация – это не отмена наказания, как думают многие дорогие товарищи телезрители. Не думайте так. Уж если на то пошло, то, что вы имеете в виду, называется «депинализацией», отменой наказания. Декриминализация – это отмена уголовной ответственности.

(…)

Значит, говорить, что разрешили депутаты всех бить, это, опять же, как публицистический прием, как привлечение внимания к проблеме. Это, наверное, тоже хорошо и правильно. Вообще вся та общественная дискуссия, которая развернулась вокруг семейного насилия, сама по себе благотворна. Я думаю, что она приведет к позитивным результатам. Я скажу позже, к каким именно хорошо бы, чтобы она привела. Но! По факту это неправда.

Эти самые побои являются предметом Административного кодекса. Административное судопроизводство по многим параметрам для жертвы выгоднее, чем уголовное. Уголовное судопроизводство долгое, дорогое и долго тянется. Административное гораздо короче, и там нет вот этой вот тяжести частного обвинения, в которой жертва должна сама собирать доказательную базу. В случаях с семейным насилием вообще частное обвинение совершенно нивелирует любое действие этой статьи.

С семейным насилием проблема не в тяжести санкции как таковой. Ну, по 116-й в старой версии было наказание до 2-х лет лишения свободы. На практике суды чрезвычайно редко применяли вообще лишение свободы по этой статье. Самое популярное наказание по 116-й – это штраф. В ситуации с семейным насилием это не просто мало, это хуже, чем ничего. В значительном числе тех случаев, когда муж бьет жену, она его еще и содержит.


(…)


― Либо штраф платится из общего семейного бюджета, что тоже здорово, либо просто… Поскольку, опять же, в значительном числе этих случаев речь идет о людях, которые не работают, то, соответственно, она его кормит, она же за него и штраф платит. При этом всё это время он не изолируется, никуда из дома не девается, они продолжают жить вместе. То есть криминализация в этом случае не достигает совершенно никаких целей.

Значит, тюремное наказание, даже если предположить, что оно будет применяться, тоже не то, чтобы хороший метод, потому что если бы суды охотно назначали, например, такое большое лишение свободы, то это могло бы остановить значительное число обращающихся, потому что не каждый хочет посадить своего близкого человека на 2 года.

Штраф вообще за преступления против личности – это какой-то дикий пережиток Русской правды, прошу прощения. Это вот какие-то такие, раннефеодальные нормы: «А кто кому глаз выбьет, тот, значит, столько-то таланов серебра за это заплатит, часть в казну, часть пострадавшему». Как, опять же, в Русской правде – кто читал, тот знает.

Идеальным наказанием за проявление семейного насилия является, на мой взгляд, административный арест 5, 10, 15 суток. Это разлучает жертву и насильника. Это дает ему (ей), кто он там есть, время, что называется, охолонуть, подумать над своим поведением. Это достаточно неприятное наказание, но это не год в тюрьме. Это не десоциализирует человека, но это, что называется, дает ему возможность как-то пересмотреть свое поведение.

(…)

Я думаю, что большинство из тех, кто пишут заявления на своих родственников, хотят именно этого, чтобы его забрали и чтобы он там где-нибудь там посидел (опять же, его(ее) – по-разному бывает). Это как раз предмет Кодекса об административных правонарушениях.

Соответственно, тут именно в случае со 116-й я не вижу ухудшения положения вообще жертв и потенциальных жертв. Плохо то, что аргументация вокруг этого (и именно аргументация со стороны депутатского корпуса, со стороны инициаторов) ровно крутилась вокруг какого-то абсурдного совершенно обсуждения того, какие есть традиционные там методы воспитания детей, какие нетрадиционные. То есть это подавалось как, действительно, разрешение на побои при том, что никакого разрешения в этом нет.

Наказание остается. Значит, давайте не будем забывать, что у нас есть 3 статьи в Уголовном кодексе причинения вреда здоровью легкое, средней тяжести, тяжкие. Они на месте, с ними ничего не произошло.

Значит, еще раз. Побои – это причинение боли без причинения вреда здоровью. Почему я сказала, что это плохая, мутная статья? В большинстве случаев она применялась не против каких-то домашних насильников, а оно довольно часто применяется против, например, гражданских активистов. Против тех людей, которые сопротивляются рейдером в жилищно-коммунальных конфликтах. Доказательств никаких, только справка из травмпункта. Вреда здоровью не обязательно. При этом уголовная статья. И главное, долгий, выматывающий процесс. Это применялось для давления, поэтому в принципе декриминализация 116-й статьи как таковая – это вещь скорее хорошая, чем плохая.  

Пользователю можно написать личное сообщение вBadoo
Ответить