Андрей 🏳️‍🌈
декабрь 2017.
149

Какое было мнение уже римлян-христиан, в том числе и императоров о языческом прошлом, о «основателях» империи- Цезаре и Августе, например?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
2
2 ответа
Поделиться

Вопрос не совсем корректен, так как подразумевает некую единую историко-политическую парадигму, свойственную всем христианским авторам (собственно, мы можем говорить только об авторах, так как их мнение выражено в написанных ими трудах). Но в числе этих людей были представители разных социальных групп, разных культурных и языковых традиций. Скажем, мнение профессионального ритора (преподавателя красноречия) Лактанция, воспитанного на Цицероне, могло не быть тождественным мнению Евсевия, который был выходцем из христианской среды Восточного Средиземноморья и воспитан был на греческих мыслителях. Сложнее вопрос обстоит с императорами, так как Римская империя оставалась Римской империей, и уважение к политическим традициям прошлого никуда не исчезло. Характерно, что Евтропий (автор середины IV века, т.е. уже когда императоры были в массе своей христианами) свидетельствует о традиционной формуле добрых пожеланий от сенаторов новому императору: быть счастливее Августа и лучше Траяна. Лучше всего об императорах прошлого нам известно мнение Константина Великого, который клеймил предшествовавших ему тетрархов (Диоклетиана и соправителей, за исключением Констанция Хлора, который был отцом Константина) за гонения и бестолковую внутреннюю политику, приведшую в итоге к политическому кризису; из императоров прошлого он высмеивал Траяна (его раздражали многочисленные почетные надписи в честь этого императора, в связи с чем Константин называл его травой, растущей на стенах, т.е. лишаем) и Марка Аврелия (видя шутовство в его нарочито философском образе жизни). Однако нарративная традиция рисует Константина острословом и честолюбцем, так что эти оценки объясняются не только его тяготением к христианству, но и желанием установить некий новый исторический период, связанный с его именем; все это обуславливало его антагонизм по отношению к прошлому (ср. мнение его племянника Юлиана, называвшего Константина разрушителем прежних устоев и любителем новшеств).

В целом же отношение христиан IV/V вв. к императорам прошлого обусловлено отношением оных императоров к христианству, т.е. масштабом гонений на них в правление данных императоров. Полезно прочесть Historia Ecclesiastica Евсевия Кесарийского и Historia adversum paganos Павла Орозия. Первый труд являет собой очень тщательное рассмотрение истории жизни христиан в Римской империи в течение первых трех веков, т.е. до утверждения власти Константина Великого. Автор рассматривает масштабы гонений, учиненных теми или иными императорами. Второе произведение, принадлежащее перу талантливого христианского писателя, являет собой опыт рассмотрения всемирной истории с христианских позиций. Основная задача состоит в том, чтобы продемонстрировать языческой публике преимущества Христианства и его благую роль в истории. При этом автор, будучи представителем римской культуры, является римским патриотом, потому воспринимает римскую же историю не в отрыве от своей личной позиции. Опираясь в т.ч. и на латинских историках он хвалит, например, Антонина Пия, отмечает военную славу Клавдия Готского. Октавиан Август для него также очень важная фигура: поскольку Орозий считает Римское государство величайшей мировой державой, то в самом ее создании он видит Промысел Божий, в котором предусмотрен был и приход к власти Августа. Особенно он отмечает, что на время правления основателя империи приходится рождение во плоти Иисуса Христа. Что касается Цезаря, то Орозий, вполне в духе классической традиции, на которую он в т.ч. опирается, видит в нем одно из важнейших действующих лиц периода кризиса республики, описывает его кампании (при этом сама гражданская война у него вызывает чувство огорчения; в ней он видит, прежде всего, мировое бедствие), однако не видит в его деятельности какого-то поворотного момента.

Если подводить итоги, то стоит сказать, что христиане никогда не были в оппозиции к римской государственности. Они признавали и римского императора, и его правительство, требуя по сути лишь права на следование своей религии и отказывались почитать императора по языческому образцу, т.е. через жертвоприношения с признанием его божеством. Тертуллиан отмечает, что христиане молятся за императоров, т.е. христиане были готовы почитать императора, но в соответствии со своими религиозными убеждениями. В течение долгого времени этот момент, однако, был камнем преткновения: римская администрация упорно видела в этом фрондерство, пока, наконец, после продолжительных гонений сама их практика не была признана бессмысленной; эдикты Галерия 311 года и Константина-Лициния (Миланский) 313 года позволили христианам выражать свое почтение к императорам по-своему. В дальнейшем христиане уже существовали в правовом поле Римской империи и относились к ее истории разнообразно. Дальнейший византийский книжный опыт показывает, что авторы, справедливо критикуя императоров-гонителей, интересовались, однако, и их политической деятельностью, выделяя те или иные положительные или отрицательные моменты на основании соответствующих критериев.

Иван Миролюбовотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
9
0
Прокомментировать

В трудах древних христиан политических оценок не содержится. Единственнонное на чём настаивают авторы 2—4 веков так это то, что культ императоров, поклоние им как "сынам богов" (т.е. по сути как богам) несовместимо с христианским единобожием.

Олег Нагорныйотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
1
-1
Прокомментировать
Ответить