Что победители школьных олимпиад 90-х думают о России?

2559
4
0
11 августа
20:55
август
2015

В начале научной работы в России было разочарование: у тебя есть какие-то амбициозные планы, проекты, а ты не можешь купить реактив. Не можешь купить реактив! Когда я попала за рубеж, было, напротив, очарование. Но конкуренция там очень жесткая, поэтому заниматься наукой там в каком-то смысле ничуть не проще. Но там ты больше занят сутью дела, а не закупками, отчетами по грантам. Многие, кто работает в России, просто не выдержали бы. Как правило, зарубежных ученых отличает ещё и отсутствие пафоса. В России очень важен статус, количество перьев, регалий, важно, чтобы тебя уважали и уступали место. А там — нобелевский лауреат совершенно спокойно может сидеть с тобой на одной ступеньке и разговаривать. И его это абсолютно не “обламывает”. Вот это поражает: открытость.

60
0
август
2015

У меня нет оснований переезжать в Россию. Здесь аспирантура. Если бы мне предложили в Москве организовать в университете работу какой-то кафедры, занимающейся приблизительно тем, чем я занимаюсь сейчас, – вот это было бы весьма привлекательно.

А останавливало бы что? Я либерал. Меня беспокоит характер режима, который складывается в России. Пугают настроения в обществе (в той мере, в которой я могу о них судить). Но главное, что меня бы серьёзно останавливало, – это законодательная и судебная системы. Нет ощущения, что законы, которые принимаются, обдуманы. Сегодня кто-то что-то предложил, завтра это уже приняли, а послезавтра кого-то уже посадили по этому закону. Это пугает. Вдруг я приеду, а завтра кто-то примет закон – что-нибудь сделать с теми, кто жил за границей, уволить и не выпускать. Как говорил профессор Преображенский: «Вы можете сказать, что им придёт в голову?». У меня нет уверенности, что я буду в безопасности, остальное – неважно.

42
0
август
2015

Я не рассматриваю перспектив возвращения в Россию. Утечка мозгов — результат выбора конкретного человека. Я приезжаю в Россию раз в два месяца, занимаюсь со студентами и аспирантами. У меня есть ставка в МГУ, я руководитель грантов. Со своим уровнем и авторитетом в российской системе я могу добывать деньги и поддерживать людей с помощью этих денег. У меня есть научная группа, с которой я работаю, порядка 10 человек. Мы сумели получить достаточный объем финансирования на ближайшее время, около 4 млн рублей в год. Это позволяет платить людям зарплату, чтобы они не передохли с голоду в Москве. Если бы я этим не занимался, я не знаю, что бы они делали. Может, кто-то ушел бы курами-гриль торговать, кто-то — мозгами (как мы говорим: ушел на панель в IT индустрию).

39
2
показать ещё 2 ответа
Если вы знаете ответ на этот вопрос и можете аргументированно его обосновать, не стесняйтесь высказаться
Ответить самому
Выбрать эксперта