Почему провалился российский госпоисковик «Спутник»?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
2
13 ответов
Поделиться

Проект действительно оказался неуспешным. Запускать этот «Спутник» — изначально была не самая лучшая идея. В тот момент проект олицетворял смелость и желание государства показать, что оно может что-то сделать через свои большие компании, что оно может производить качественные и конкурентные продукты, которые будут в российском интернете играть значимую роль. Прошло три года, было потрачено 20 миллионов долларов, и мы видим, что «Яндекс» постепенно теряет свою долю в пользу Google, а «Спутник» вообще ничего не получил. Сейчас «Спутник» вроде как и не закроешь просто так, но там и не найдешь ничего, у них же поиск до сих пор толком не работает.

Гипотеза о том, что государство или государственные компании могут создавать успешные интернет-сервисы, не подтвердилась. К сожалению, государство не только такие интернет-сервисы не может делать, оно не может делать почти никакие сервисы, кроме «Госуслуг», которыми занимается лично глава Минкомсвязи Николай Никифоров, а он умеет это делать. У госкомпаний очень мало компетенции там, где речь идет о производстве продукта с потребительскими характеристиками, которые должны быть в общем конкурентном поле.

Обычно государственные компании для достижения конкурентных преимуществ используют административный ресурс, давление, картельный сговор, идиотские законопроекты. А в интернет-отрасли ему очень сложно конкурировать, потому что государство должно сражаться с компаниям и предприятиями, которые делают очень качественные и хорошие продукты, когда в открытой конкуренции нужно показать что-то новое, более интересное, более востребованное. Как показывает опыт не только «Спутника», но и Национальной электронной библиотеки, у государства это не получается.

Это связано в основном с тем, что государство не может позволить себе те кадры, которые могут позволить себе коммерческие компании или общественные организации в сфере новых медиа. Во-первых, коммерческие компании платят очень большие зарплаты. Во-вторых, даже если они платят не самые большие зарплаты, то они могут компенсировать это предоставлением опционов, доли в будущих доходах, доли в компании. Кроме того, они дают мечту, многие люди готовы работать за мечту. В Америке фигура инноватора, инженера или создателя сайтов очень мифологизирована, все знают, что это самый лучший и легкий путь к богатству, все хотят быть такими же. Соответственно, в этот сектор большой приток амбициозных людей с хорошими навыками, они все стараются придумать какие-то сервисы. О покупках в интернете Что самое дорогое и необычное продавали на eBay?Какие есть лайфхаки, чтобы выгодно совершать покупки в интернете?Можно ли на AliExpress купить не поддельные iPhone или другие известные бренды?Спросите эксперта

В общественных организациях эта кадровая проблема решается тем, что люди очень мотивированы. Тот же Максим Мошков — он гений просто. Он как меценат, у него больших денег нет, но у него есть ресурсы личные. Он программист, он все понимает, вот он и делает один за другим крутейшие проекты. Ни с кого денег не берет и сам особо не тратит. А в государственных структурах над вами всегда будет начальник, который вообще ничего не понимает, но зарабатывает больше вас в сто раз, а у вас как у инженера будет 60, 100 или 200 тысяч рублей — это абсолютная планка в зарплате, вы никогда выше не прыгнете. А любой человек, который хоть что-то понимает, он пойдет в Google и возьмет стартовую зарплату 5-10 тысяч долларов. Как с этим конкурировать, вообще непонятно.

У нас вся эта деятельность носит имитационный характер, даже с точки зрения запуска стартапов. Государство говорит, каким должен быть интернет, а на деле не получается. Доктрина, которая была принята, очень благожелательная, но как показывает пример «Спутника», ставка на свои ресурсы, особенно если под ними понимаются госкомпании, очень опасна. Время пройдет, решение по блокировкам, по ограничению доступа к информационным ресурсам будут приняты, но выяснится при этом, что у нас ничего нет. 

В экономике есть понятие «насыщенность рынка». Вот в интернете есть какая-то услуга (в данном случае поиск сайтов по ключевым словам), которая уже распределена равномерно по пользователям (новые же не смогут сориентироваться вне поля известных франшиз), а переходить на какую-то новую неизвестную систему никто не хочет, так как оценить качество поиска очень сложно и громкое имя будет основным фактором, которое и будет удерживать людей на привычных им сайтах. Если бы сайт предлагал какую-то новую услугу или старую услугу, но с какими-то новыми возможностями и усовершенствованиями, то можно было бы перетянуть себе аудиторию при условии успешной маркетинговой тактики. Маркетинговая тактика была неправильная у «Спутника»: нельзя позиционировать поисковик государственным, поскольку это стойко ассоциируется с советским прошлым, а не с свободным рынком, не с перспективой, а с какой-то бюрократией. Нужно было «частично финансировать инновационный стартап» или что-то модное вроде этого — можно было иначе преподнести этот поисковик обществу, хотя всё равно при отсутствии очевидных преимуществ по сравнению с другими поисковиками он был бы никому не нужен (не было возможности серьёзно улучшить сервис, сделать его более интересным и привлекательным).

Не думаю, что название "Спутник" как-то специально мешает. По крайней мере крутить баннеры на баннерообменной сетке во второй половине 90-х домен sputnik.ru совершенно не мешал, а совсем даже наоборот.

Увы, через идею построить маленький, но прибыльный проектик в Интернете, - ничего не тратить, а просто влезть на правильную волну и по ней плыть, - проходят все. И предприниматели, и компании. Сегодня прочитал, что VEON собирается тратить на свой мессенджер 100 миллионов долларов в год. А это - всего лишь мессенджер одного сотового оператора, грубо говоря, ни на какое глобальное или национальное лидерство не претендующий.  Если серверный парк Google составляет 5-10 миллионов серверов, то только на обновление железа компания ухлопывает порядка 5 миллиардов долларов в год. Ясно, что мессенджер VEON со своими ста миллионами играет в весовой категории на два порядка ниже.

А что уж говорить про проект, не являющийся революционно новым, работающий на зрелом рынке, все затраты на который составляли не более 5 миллионов долларов в год. Ну нельзя ведь вылезти со своим ларьком против розничной сети, если вокруг уже конкурирует пять таких сетей. Точнее говоря, можно вести свой малый бизнес, но это, очевидно, не будет торговая сеть - там другие масштабы, другая экономия масштабов, другие технологии.

Тут оговорюсь - ходят легенды, что некоторые умельцы, вроде Германа Клименко, способны радикально сбивать затраты на железо, софт и прочее. Может быть. Но, кстати, поисковик Германа Клименко тоже далеко не так популярен, как его счётчик. Но счётчик - это b2b сервис, а поисковик - b2c. Вполне возможно, что и "Спутник" может оказывать услуги некоторому числу корпоративных клиентов при тех инвестициях, которые владельцы считают целесообразными. Судя по сигналам от компании, особо наращивать эти инвестиции не планируется, а , скорее, наоборот.

Опыт покупки интернет-проектов телекомами был практически весь негативен. Даже из слияния AOL и Time Warner ничего не получилось, не говоря уже о покупках Excite, Lycos, Infoseek и прочих поисковых систем прошлого. Golden Telecom тоже не сумел развить Апорт.

Соответственно, я бы сказал, что цели сделать реального игрока поискового рынка, видимо, никто не ставил. Сделали на чёрный день, чтобы не остаться совсем ни с чем. Но так и не потребовался.

Показать ещё 10 ответов
Ответить