Ilya Suslyanko
март 2017.
25441

Можно ли верить данным «Архипелага ГУЛАГ»? Действительно ли все было так?

Ответить
Ответить
Комментировать
6
Подписаться
2
9 ответов
Поделиться

Прочитав "Архипелаг ГУЛАГ" Проверил цитаты по первоисточникам. Самая вопиющая ложь о том, что Ленин написал "Интеллигенцию нужно выжигать каленым железом", в работе Ленина "О интеллигенции" сказано, кратко, русская интеллигенция внесла огромный вклад в Русскую революцию ... но среди нас есть такая интеллигенция которую нужно выжигать каленым железом. Так как можно верить всему, что там написано.

10
-2

Не в защиту честности Солженицына, а исключительно справедливости ради: вы всерьёз считаете, что письма женам из тюрем содержат информацию о реальном положении дел там? И что они не проходят проверки и т.д. Обычно близких стараются успокоить, в конце концов, чтобы у них были нервы ждать

+3
Ответить

Игорь. Мой комментарий в защиту истории которая должна воспитывать патриотические чувства и гордость за свою страну, а не выливать грязь за на дела минувших дней. По вопросу о письмах. Служил в армии с 1971 по 1973 год и нас официально предупреждали, что все письма вскрывались и прочитывались, со всеми вытикающими последствиями.

+3
Ответить
Ещё 1 комментарий

Если не выливать грязь на дела давно минувших дней и скрывать информацию, то эти самые дела имеют свойство повторяться уже сегодня. Немцы на эти дела вылили и выливают очень много грязи, только ради памяти об этом, тем не менее они совершенно правильно имеют право считать себя патриотами.

0
Ответить

ГуЛаг формировался не один год. "Сидели" в лагерях не только по пресловутой 58 ст. Страну и людей ломали через колено. И не только и даже не столько интеллигенцию! Под каток попал самый многочисленный класс - крестьянство! А как иначе было организовать в крестьянской стране массу рабочих? Массу пролетариата? Как иначе выжечь каленым железом частнособственническую мораль? Сломали! Что же касается Солженицина, то он писатель, а не политик. Он только занавесочку открыл...

+2
Ответить

"Архипелаг" - это прежде всего сильное талантливое литературное произведение, окрашенное болью, обидой и ненавистью автора к советской системе. Сам автор в поздних интервью это признавал. И на полную историчность не претендовал. Но его сильное литературное произведение было активно использовано противниками СССР в холодной пропагандистской войне. 

"ни король, ни папа, ни вельможи —

Не думают о правде слов моих......

Но я предлог раздоров и войны.

Им это лишь и нужно.....".  Правда слов А.И. вообще никого не волновала. А эмоциональный накал книги и страстей вокруг книги был запредельный. Хорошо помню маленький зелёный томик, напечатанный на папиросной бумаге мелким шрифтом, который привезли тайком из-за границы знакомые. И как читал его тайком. И как обсуждали его потом с друзьями. Но сейчас эмоции поутихли. Постепенно ГУЛАГ и сталинизм становятся достоянием истории, достоверной доступной архивной информации по тем временам - полным полно. И никак не подтверждаются 20-30-40 млн невинно репрессированных. Равно как не подтверждаются и бесконечные ужасы сталинских лагерей, перед которыми Освенцим - просто дом отдыха. Спокойнее, граждане. Любимец демократов и либералов советской поры, А.И. пришелся не ко двору демократам и либералам, свергнувшим советскую власть. "Раковый корпус", "200 лет вместе", "Красное колесо" это куда более серьёзные произведения. Только они победившим либералам не нужны, это не эмоциональные агитки на злобу дня, а претензия на серьезную филисофско-историческую работу. Так что возвращаясь к вопросу об исторической достоверности "Архипелага" - считаю его исторически недостоверным, хотя и безусловно талантливым.

Источник: http://pushkin-lit.ru/pushkin/text/boris-godunov/godunov_3.htm

-2
Ответить
Прокомментировать

Прочитал я, как в действительности сидел Солженицын, и обалделДискуссии о политике "Не в стороне"

Все мы читали в книгах Солженицына о зверских условиях, в которых жили заключенные ГУЛАГа. Я считал, что он сам всё это испытал на себе, сам прочувствовал. А сейчас прочитал по его воспоминаниям и письмам из ГУЛАГа жене, как он в действительности сидел, и обалдел. Посмотрите:
Весной 1945 года осужденного Солженицына отправили в Ново-Иерусалимский лагерь.

Это кирпичный завод.

Застегнув на все пуговицы гимнастерку и выпятив грудь, вспоминает Солженицын, явился он в директорский кабинет.

«Офицер? – сразу заметил директор кирпичного завода. – Чем командовали?» – «Артиллерийским дивизионом!» (соврал на ходу, батареи мне показалось мало). – «Хорошо. Будете сменным мастером глиняного карьера».

Солженицын признаётся, что, когда все работали, он «тихо отходил от своих подчиненных за высокие кручи отваленного грунта, садился на землю и замирал».

4 сентября 1945 года его перевели в лагерь на Большой Калужской (в Москве). Здесь ещё на вахте он заявил, что по профессии нормировщик. Ему опять поверили, и благодаря выражению его лица «с прямодышашей готовностью тянуть службу» назначили, как пишет, «не нормировщиком, нет, хватай выше! – заведующим производством, т.е. старше нарядчика и всех бригадиров!»

На этой высокой должности он продержался недолго: «Послали меня не землекопом, а в бригаду маляров». Однако вскоре освободилось место помощника нормировщика. «Не теряя времени, я на другое же утро устроился помощником нормировщика, так и не научившись малярному делу». Трудна ли была новая работа? Читаем: «Нормированию я не учился, а только умножал и делил в своё удовольствие. У меня бывал и повод пойти бродить по строительству, и время посидеть».

В лагере на Калужской он находился до середины июля 1946 года, а потом – Рыбинск и Загорская спецтюрьма, где пробыл до июля 1947 года. Почти всё время работал по специальности — математиком. «И работа ко мне подходит, и я подхожу к работе», – с удовлетворением писал он жене.

В июле 1947 года Солженицын объявил себя физиком-ядерщиком, и его перевели из Загорска в Москву в Марфинскую спецтюрьму – в научно-исследовательский институт связи. Это в Останкине.

В институте кем он только не был — то математиком, то библиотекарем, то переводчиком с немецкого (который знал не лучше ядерной физики), а то и вообще полным бездельником: опять проснулась жажда писательства, и он признается: «Этой страсти я отдавал теперь все время, а казённую работу нагло перестал тянуть».

Условия для писательства были неплохие. Решетовская рисует их по его письмам так: «Комната, где он работает, – высокая, сводом, в ней много воздуха. Письменный стол со множеством ящиков. Рядом со столом окно, открытое круглые сутки…».

О распорядке дня в Марфинской тюрьме, Солженицын пишет, что там от него требовались, в сущности, лишь две вещи: «12 часов сидеть за письменным столом и угождать начальству». Вообще же за весь срок нигде, кроме этого места, рабочий день у него не превышал восьми часов.

Картину дополняет Н. Решетовская: «В обеденный перерыв Саня валяется во дворе на травке или спит в общежитии. Утром и вечером гуляет под липами. А в выходные дни проводит на воздухе 3-4 часа, играет в волейбол». ВСПОМНИТЕ, ЭТО ВСЁ В ГУЛАГЕ!

Недурно устроено и место в общежитии — в просторной комнате с высоким потолком, с большим окном. Отдельная кровать (не нары), рядом — тумбочка с лампой. «До 12 часов Саня читал. А в пять минут первого надевал наушники, гасил свет и слушал ночной концерт». Оперу Глюка «Орфей в аду»…

Кормили, по словам самого Солженицына, так: «четыреста граммов белого хлеба, а черный лежит на столах», сахар и даже сливочное масло, одним двадцать граммов, другим сорок ежедневно. Л. Копелев уточняет: за завтраком можно было получить добавку, например, пшённой каши; обед состоял из трех блюд: мясной суп, густая каша и компот или кисель; на ужин какая-нибудь запеканка. А время-то стояло самое трудное — голодные послевоенные годы…

В ЭТО ВРЕМЯ В МОЕЙ ДЕРЕВНЕ НА ТАМБОВЩИНЕ ЛЮДИ ПУХЛИ И УМИРАЛИ С ГОЛОДУ. В 1947 ГОДУ ОТ ГОЛОДА УМЕР МОЙ РОДНОЙ ДЕД АЛЕШКИН ЯКОВ ИГНАТЬЕВИЧ.

Солженицын весь срок получал от жены и её родственников вначале еженедельные передачи, потом – ежемесячные посылки. Кое-что ему даже надоедало, и он порой привередничал в письмах: «Сухофруктов больше не надо… Особенно хочется мучного и сладкого. Всякие изделия, которые вы присылаете, – объедение». Жена послала сладкого, и вот он сообщает: «Посасываю потихоньку третий том «Войны и мира» и вместе с ним твою шоколадку…»

Страстью Солженицына в заключении стали книги. В Лубянке, например, он читает таких авторов, которых тогда, в 1945 году, и на свободе достать было почти невозможно: Мережковского, Замятина, Пильняка, Пантелеймона Романова:

«Библиотека Лубянки – её украшение. Книг приносят столько, сколько людей в камере. Иногда библиотекарша на чудо исполняет наши заказы!»

А в Марфинской спецтюрьме Солженицын имел возможность делать заказы даже в главной библиотеке страны — в Ленинке.

«Тюрьма разрешила во мне способность писать, – рассказывает он о пребывании в Марфинском научно-исследовательском институте, – и этой страсти я отдавал теперь всё время, а казённую работу нагло перестал тянуть».

Свидания с родственниками проходили на Таганке, в клубе служащих тюрьмы, куда арестантов доставляли из других мест заключения. Н. Решетовская так описывает одно из них: «Подъехала никакая не «страшная машина», а небольшой автобус, из которого вышли наши мужья, вполне прилично одетые и совсем не похожие на заключенных. Тут же, ещё не войдя в клуб, каждый из них подошел к своей жене. Мы с Саней, как и все, обнялись и поцеловались и быстренько передали друг другу из рук в руки свои письма, которые таким образом избежали цензуры».

Вот каков он, оказывается, настоящий, а не книжный ГУЛАГ!

Фото Солженицына в тюремной робе не настоящее. Сделано, как пишут, как реконструкция после выхода из ГУЛАГа.

7
0

Сейчас  в  тюрьме  на  много строже  Ему  бы в наше  время  сидеть  на зоне он  бы не выжил

0
Ответить

Не нравится Солженицын? Читайте Варлама Шаламова, Георгия Жженова... Смертность в советских концлагерях была такая же как в гитлеровских.

0
Ответить

Ну, я-то сам там побывал. Правда,  я прибыл на Колыму, в 1951-м, когда массовых смертей  уже не было, хотя было .очень голодно. Но всё, о чем писал Солженицын, слышал там от многих старых зэков.

Одно время мы работали в штольне всего часов 8 за смену. Но нам не давали дров, а за окном -55. на окне сантиметров 20 льда  Лед  на полу. Спим в том же, в чем работаем. Утром моя шапка примерзает к окну. В конце смены собираем деревяшки-обломки, вешаем их проволокой на шеи и прячем под бушлаты.и в карманы. На выходе конвой отбирает эти дрова и бьёт ими. Пока бьёёт второго, первый снова забирает свои дрова.

+1
Ответить
Прокомментировать

"Архипелаг ГУЛАГ" - литературное произведение, в котором отражено личное мнение и взгляды автора - А.И. Солженицына. Многие из исследователей, занимающихся историей ГУЛАГа и репрессий, опровергают данные, приводимые А.И. Солженицыным. Но тем не менее это не отрицает художественного, публицистического и исторического значения этого произведения.

13
-10

Можно подробней. Какие "многие исследователи" что именно опровергают?

+1
Ответить

Как то уже получается,что вроде бы ГУЛАГ никто не отрицает,но все больше желающих убедить остальных,что там было даже хорошо.А ведь чего уж там:посиди просто в бараке за колючей проволокой хотя бы где нибудь в Норильске.Заодно выполни трудовую норму,Жена жрать не приготовит.

+5
Ответить

В Гулаге ничего хорошего не было, я помню людей отсидевших в тюрьмах. они молчали, потому что боялись повторного ареста. Гулаг - позор СССР. Людей сажали за все- за анекдот, по доносам, высылали целые народы, В анкетах при приеме на работу каждый был обязан сообщить, есть ли родственники в заключении. Если есть, человек считался неблагонадежным и его не брали на работу. Заключенные - это бесплатная раб.сила в самых тяжелых местах. Будь проклято это время!

+3
Ответить
Ещё 1 комментарий

В США в 40-х годах всех американцев с японскими корнями отправили в лагеря ! Позор американцам !

-1
Ответить

ГУЛАГ не санаторий и за дорма нечего сидеть.Попал работай.

+1
Ответить

Самое ключевое в том, что Солженицын стал орудием холодной войны. Как человек умный и образованный, он не мог это не осознавать. Он сознательно целился в Россию. Ложь была не случайной?
Владимир Сергеевич

История - это не предмет веры, а наука и весьма точная. Неточности возникают в интерпретациях, когда исследователь подгоняет события под личную задачу.  Солженицын ссылался на некоего диссидента Курганова (не историка), который насчитал 110 миллионов - цифра абсурдная, о чем писатель не мог не знать. Источник

+3
Ответить

Вы бы вначале почитали бы, что именно считал Курганов, а потом бы истерично вопили, что это абсурдная цифра. Курганов дал цифру косвенных демографических потерь. И она совершенно верная.

+1
Ответить

В молодости довелось работать и разговаривать с бывшими зека,они однозначно о Солженицене отзывались.Говорили на него,,пидор"(типа плохой человек)врёт многое,что написал такого в лагере не было.Люди были ,,сидевшие"в Воркуте и Норильске

0
Ответить
Прокомментировать

Там же сказано "Опыт художественного исследования". Художественное произведение, а не научно-историческое. Естественно, с авторским вымыслом. Кому интересна истина - читайте исторические исследования.

1
0
Прокомментировать

Прочитав комментарии у меня создалось впечатление, что в годы сталинизма, людей отправляли в курорты и санатории. Ну и что, что чуть перепутали Сочи с Магаданом.  Зато и в Магадане кормили хорошо, солнце тоже светит, даже ярче чем в Сочи. Снега много, на лыжах кататься одно удовольствие.  А Солженицын конечно же плохой человек. Не благодарный. Сколько лет бесплатно кормили, одевали.

1
0
Прокомментировать
Читать ещё 4 ответа
Ответить
Читайте также на Яндекс.Кью
Читайте также на Яндекс.Кью