Коржев-Чувелев. Поднимающий знамя. 1957-1960
Рустам Юлбарисов
февраль 2017.
4144

Есть ли в будущем место для глобального левого проекта, как Октябрьская революция?

Ответить
Ответить
Комментировать
1
Подписаться
7
5 ответов
Поделиться
Ответ партнёра TheQuestion
АВТОР ВОПРОСА ОДОБРИЛ ЭТОТ ОТВЕТ

Свойство советского проекта, чье столетие мы отмечаем, не в том, что он был левый, а в том, что он был тоталитарный. Левизна его была довольно-таки условной, на уровне лозунгов, а вот тоталитарность его была на уровне практик. Левая идея совершенно никуда не делась, она чрезвычайно популярна. Северная Европа живет при том, что вполне можно назвать “развитым социализмом”. Франция – весьма социалистическая страна, Швеция – я бы сказала почти полностью, Норвегия. Это страны с развитой системой здравоохранения, с могучим и богатым социальным страхованием, с полноценной пенсионной системой. А в Норвегии фонд благосостояния, Фонд будущих поколений – один из крупнейших инвесторов в мире, одна из самых богатых организаций на планете, которая собирает и инвестирует излишки нефтяных доходов. Они ходят по миру, спрашивают, куда можно на долгие сроки безопасно вложить, а им это нелегко, потому что у них очень строгие этические правила, ограничения на счет того, куда они могут и не могут вкладываться. Нельзя, например, в те бизнесы, которые с природой плохо обращаются, рабский труд используют и так далее - а деньги там огромные. Это вот современный социализм.

Кстати, это тот тип государственного устройства и политического режима, который может быть близок России. Нам близка идея справедливости, у нас холодный климат, мы от государства ожидаем целого ряда услуг и попечений, то есть нам это может ближе, чем либертарианский капитализм по американскому образцу.

Одна из аномалий нашего политического устройства как раз состоит в отсутствии у нас полноценного левого движения и левой партии. На ее месте у нас имеется симулякр под названием КПРФ. Вторая аномалия - отсутствие независимого профсоюза, на месте которого у нас другой симулякр под названием ФНПР. И это в стране, где большая часть работающего населения является работниками по найму, и при этом низкооплачиваемыми работниками по найму. Завяжи глаза любому политологу и спроси: если есть такая страна с такими экономическими параметрами, то какая там должна быть самая влиятельная политическая сила? Профсоюзы, левое движение, защита прав трудящихся. Что может быть актуальнее? У нас этого всего нет благодаря целенаправленным усилиям самой политической машины. 

86
-6

Теория тоталитаризма на просвещенном Западе  уже лет 30 как моветон в академической науке, но в качестве инструмента "новой" идеологии, насаждаемой на территории бывшего СССР, ой как в ходу.



Печально.. 

-10
Ответить
Прокомментировать

Ностальгия по социализму за пределами России практически отсутствует, так что Октябрьская революция вряд ли для кого-то будет вдохновением.  В Латинской Америке, которую советская пропаганда именовала "пылающим континентом", уже после распада СССР в ряде стран  демократическим путём пришли к власти левые режимы. К настоящему моменту их популярность снизилась, и к власти возвращаются правые силы. К тому же, многие леваки, получив в руки власть, оказались больше похожи на европейских социал-демократов, а в Бразилии умеренное социалистическое правительство Лулы и Дилмы к тому же полностью скомпрометировало себя коррупцией. Повстанцы типа перуанского "Сияющего пути" и колумбийских FARC потеряли массовую поддержку и существенно снизили свою активность: они могут контролировать удалённые деревни, торговать кокаином, устраивать теракты, но о карьере Мао или Пол Пота им остаётся только мечтать. 

В принципе, похожа ситуация и в Индии: там есть "системные" левые,  такие, как Индийский национальный конгресс (партия Джавахарлала Неру и Индиры Ганди) и Коммунистическая партия Индии (Марксистская), которая не имеет определяющего значения на национальном уровне, но очень сильна в отдельных регионах,  в том числе таких экономически и политически важных, как Западная Бенгалия и Керала. Однако, эти партии давно уже отказались от практического воплощения идей централизованного планирования экономики, дружелюбно относятся к частному бизнесу и чередуются у власти с правыми, участвуя в демократических выборах. В бедных сельских районах на востоке страны уже больше полувека активно левое повстанческое движение наксалитов. Его активность то затихает, то активизируется но крайне маловероятно, что оно сможет реально угрожать стабильности правительства в Дели.

Полагаю, что точно так же станут куда более умеренными нынешние левые популисты в Греции, Испании, Португалии и других европейских странах, которые уже пришли или потенциально могут придти к власти на фоне экономического кризиса и молодёжной безработицы. А американская молодёжь, которая вслед за Берни Сандерсом называет себя социалистами, вообще хочет всего лишь того, что давно уже есть не только в Европе или Канаде, но и в России, типа бесплатного высшего образования, декретного отпуска или доступных детсадов.

В общем, оказалось, что демократия работает против левого радикализма лучше, чем военные диктатуры с цензурой, пытками и бессудными расправами над оппозицией. 

В исламском мире как раз сейчас происходит процесс распада авторитарных режимов, многие из которых по крайней мере формально являются социалистическими. Он начался даже не с Арабской весны, а с гражданской войны в Алжире 1991-2002 гг. (которую светским социалистам, контролировавшим армию, удалось в итоге выиграть ценой сотен тысяч жертв). Умами молодежи в мусульманских странах овладевает совсем другая идеология - исламизм. Как и в случае с социализмом, есть примеры стран, где исламские партии участвуют в выборах, приходят к власти и превращаются в системные политические силы, как в Марокко, Тунисе, и, конечно, Турции. Думаю, что при всех многочисленных проблемах этот путь более перспективен, чем подавление оппозиции.

19
-4
Прокомментировать

Нет. По парадоксальной причине внутрисоциалистического характера. Для социалистической революции нужно что - если по Марксу и по Ленину? Нужен революционный класс. Пролетариат, не владеющий средствами производства, не привязанный к частной собственности (ее у него нет, даже личной - минимум), разагитированный социалистическими агитаторами и недовольный условиями жизни. На нем - на этом классе - выстроена вся теория социалистической революции эпохи промышленного переворота. И что же мы видим теперь?

Такой класс есть. Это лишенные всего и не имеющие прав ни на что фабричные рабочие, производящие более 60% мировой продукции. Они живут и работают в жутких условиях и потенциально могли бы стать классом социальной революции. Но есть нюанс. Они живут и работают в уже социалистических странах с довольно (даже в наше время) жесткой диктатурой левых партий - в Китае, Вьетнаме, а также в "тяготеющих к социализму" Индии и на Филиппинах. Поэтому вот уж кто не будет фундаментом для социалистической революции, так это они. 

При условии фактической реализации программы умеренных социалистов без всяких революций в Скандинавии и Швейцарии никакой новый "мировой левый проект" миру не светит, к счастью. И так уж наигрались.

15
-4
Прокомментировать

Я думаю, если и может, то очень нескоро. Сейчас я вижу скорее глобальный крен "вправо" во всем мире, который только усиливается. Так что очередной левый разворот возможен только когда текущий тренд достигнет своего пика, до которого, как мне кажется, еще многие десятилетия. 

1
-1
Прокомментировать

Несомненно.
Ещё со времён Энгельса вполне успешно развивается кооперативное движение, которое позволяет пролетариату не только тесно взаимодействовать с рыночной экономикой, получить образование и заиметь свой капитал, но и создать своеобразное "идеологическое братство". Пример тому - "кооперативная партия Канады". 
В будущем это имеет все шансы вылиться в масштабное революционное преобразование.

6
-9

То чувство, когда либерахи и/или борщевики опять всё заминусили.

+4
Ответить
Прокомментировать
Ответить