Alexander Kalinchuk
февраль 2017.
499

Можно ли считать вклад Хрущёва в разрешение Кубинского кризиса таким же значимым как вклад Кеннеди?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
4
1 ответ
Поделиться

Кубинский кризис мог быть решён мирно только 2-мя людьми и только совместно - Хрущёвым и Кеннеди.

Но в создании кризиса виноват только Хрущёв - это была исключительно его личная инициатива. Ему тогда показалось, что он (СССР) наравных может вполне противостоять США и начать перекраивать карту мира на своих условиях, ставя Вашингтон перед свершившимся фактом и добиваясь нужных уступок в различных международных вопросах.

Обстоятельства видимого периода развития и разрешения кризиса в октябре 1962 г. хорошо задокументированы и известны. Припёртый к стенке американским ультиматумом военного удара по позициям советских ракет на Кубе Хрущёв вынужден был пойти на попятную и убрать ракеты (правда, как позже выяснилось, далеко не все). Для сохранения «хорошей мины при плохой игре» Хрущёв согласился на американское обещание не планировать впредь военных операций против Кубы – вариант, который Вашингтон изначально, ещё до ультиматума, в качестве компромисса и предлагал наравне с удалением своих ракет из Турции.

Однако обстоятельства, а главное - причины возникновения кризиса известны не очень широко. Кстати, инспирирование на пустом месте и последовавшие в итоге бесславные уступки Вашингтону стали немаловажной причиной составленного позже заговора и решения снять Хрущёва в октябре 1964 г. на Пленуме ЦК КПСС.

Кубинский кризис был не о Кубе и не о Кастро. Кубинская сторона играла в этой драме советско-американского противостояния роль декораций. Кастро не спрашивали ни тогда, когда принималось решение разместить у него на острове ракеты, ни тогда, когда их надо было срочно убрать. Надо сказать, Кастро на всю жизнь запомнил эту подставу Москвы и хорошо усвоил себе, что его могут «слить» ради более важных стратегических целей. Позже, задушевно общаясь с Хрущёвым и Брежневым на совместных охотах в подмосковном Завидове, он иногда с улыбкой, полуиронично говорил об этом.

Кризис явился следствием произошедшей к началу 1960-х гг. в СССР и США смене эпох и настроений и того, как эту смену оценивал тогдашний советский лидер.

К этому времени Хрущёв существенно консолидировал свои властные позиции в советском руководстве в качестве единственного лидера. Расправившись с Берией и Маленковым, порвав со сталинским прошлым на ХХ съезде партии в 1956 г., уничтожив сопротивление сталинской гвардии в 1957 г. в лице «антипартийной группы», устранив Жукова в качестве конкурента (Г.К. видел пример Эйзенхауэра, ставшего президентом США в 1953 г.), Хрущёв стал неоспоримым лидером партии и государства.

На волне антисталинской оттепели новое молодое поколение, знавшее о репрессиях и различных ограничениях уже только понаслышке, активно включалось в экономическую и социальную жизнь страны. «Физика» и «лирика» стали модными занятиями. Песни, фильмы, стихи, повести всё больше о любви, человеческих отношениях, а не о борьбе с врагами народа. Вся изменившаяся в стране общественно-политическая ситуация приводит в к небывалому взрыву общественного энтузиазма, который породил поколение «шестидесятников», свято веровавших в «социализм с человеческим лицом». Они придут к власти почти через 30 лет вместе с Горбачёвым.

В конце 1950-х гг. СССР выходит на траекторию экономического роста на уровне 10% в год. Страна развивается исключительно бурными темпами. Всё растет, всё доступно, всё по зубам. Именно в эти годы стараниями Хрущёва, неподдельно восхищавшегося научно-техническими новшествами, создаётся ракетно-ядерный потенциал СССР. Именно в эти годы Советский Союз превращается в супердержаву. Принятая в октябре 1961 г. на ХХII съезде новая программа КПСС обещает: «Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!»

Гагарин в космосе – это не только достижение всего человечества. Для Кремля это, пожалуй, второй после победы в войне повод для легитимизации коммунистической власти и мощный удар под дых «империализму». «Мы вас похороним», - несколько раз обещает Хрущёв Западу в 1956-60 гг. У него чешутся руки – из-за Берлина, Венгрии, Ближнего Востока, новых очагов конфликтов, возникших на волне начавшейся деколонизации. У Хрущёва вызревает настроение «врезать», доказать, что с Москвой, с ним лично, надо, мол, считаться.

А что в США? Президентом в 1961 г. становится молодой и харизматичный Дж.Кеннеди, на целое поколение младше Хрущёва. Он – герой нового поколения, которое против войн, против расизма, против колониализма, которое, как и в СССР, мечтает о космосе. С 1950 до 1960 г. ВВП США почти удвоился – с $300 млрд. до $500 млрд. Почти у всех по машине, по дому. Количество торговых моллов взрывается с 8 (восьми) в 1945 г до 3.840 в 1960 г. Правительство реализует самую грандиозную за всю историю США программу строительства новых хайвэев (highway – шоссе) на фантастическую по тем временам (да не малую и по нынешним) сумму $26 млрд. Всё растет, всё доступно, всё по зубам. Тоже ракетно-ядерный потенциал. Тоже полёты в комос.

Как недавно мы это увидели на примере Обамы, Кеннеди хочет решать проблемы помягче, спокойнее, умнее. Коммунизм надо сдержать и ограничить, но без столкновения, аккуратнее.

«Слабак», - решил Хрущёв после встречи с Кеннеди в Вене в июне 1961 г., через полгода после инаугурации Кеннеди. В январе 1959 г. появляется «социалистическое» государство в 90 милях от Флориды. В мае 1960 г. успешно сбит американский разведсамолёт U-2. В апреле 1961 г. – советский человек в космосе. В августе 1961 г. успешно, быстро, с эффектом неожиданности для Запада возводится Берлинская стена. Мы - можем, а Запад - нет. Пора врезать.

Новогодние каникулы 1962 г. Хрущёв провёл в плодотворных размышлениях. Неплохо знавший его А.Добрынин, назначенный в 1962 г. послом в Вашингтоне, рассказывает в своих мемуарах, что Хрущёв любил на отдыхе обдумывать крупные планы, которые вскоре выдавал своим коллегам по Политбюро (тогда это называлось Президиумом ЦК).

8 января 1962 г. состоялось первое в новом году заседание Политбюро ЦК КПСС. В повестке «Вопрос Министерства иностранных дел СССР» - о Германии. Запад ещё не готов фиксировать раздел Германии на 2 государства и заключать мирные договоры с каждым из них, на чём настаивает Москва. Берлин разделён советской стеной – варианты о чём-то договариваться сильно сузились. Речь о его статусе как Вольного города.

Хрущёв ещё не читал записки МИДа по этому вопросу, но предлагает сначала «поговорить», а потом перейти к конкретике. У него есть, что сказать и далеко не только по Германии, а, как тогда выражались, «по широкому кругу вопросов», прежде всего по стратегическому положению в мире и отношениям в этом контексте с США.

Задаваясь вопросом, кто на Западе принимает решения по Германии, Хрущёв говорит на заседании: «Решает Кеннеди. Но Кеннеди, конечно, это не авторитет ни в моральном, ни в политическом, ни в государственном отношении. Он не является авторитетом. Это человек, который мечется и выбирает такое направление, которое возможно, исходя из сегодняшнего дня. Сам человек очень малоавторитетный в кругах, которые решают и направляют политику Соединённых Штатов Америки. Он не авторитетен ни для Рокфеллера, ни для Дюпона, ни – как подбрасывает брат Кеннеди – для Моргана…Это молодой человек, способный – этому надо отдать должное. Но чтобы пойти наперекор и повести за собой американскую общественность он не может».

Хрущёв говорит о том, что военно-политические позиции СССР укрепляются, после возведения Берлинской стены и танкового противостояния с американцами Москве волноваться по Германии особенно не о чем – проблемы у Запада. Хрущёв не хочет втягиваться в войну, но понял, что одну кость в горло Западу засунул (Стена), можно попробовать это сделать и на новых направлениях.

Всё выступление Хрущёва сфокусировано на главной идее – не уступать Западу; сил достаточно экономических и военных: «…Сейчас говорить, что мы не выиграем, – рано. Мы ещё должны нажимать. Я беру худшее – они не пойдут. Но это уже сейчас соглашаться с тем, что ничего не принесёт, рано. Так что эта игра стоит свеч. У них положение не блестящее. Мы ещё какие-то нажимы будем делать, у нас ещё ходов много».

После этого, судя по всему, начинается проработка «ходов». Уже через 4 месяца, на заседании Политбюро 24 мая 1962 г. Хрущёв впервые ставит вопрос о размещении на Кубе ракет средней дальности с ядерными боеголовками. Решают, как об этом сообщить ещё ничего не ведающему Кастро. Идея письма от имени Громыко отклоняется и сходятся на том, что это надо сделать устно во время визита Хрущёва на Кубу в ноябре 1962 г. Но уже в ходе рассмотрения этого вопроса в тот же день на Совете Обороны с участием военных все планы ускоряются, по всей видимости, из-за климатических условий на Кубе, принимается окончательное решение ракеты развернуть летом-осенью 1962 г. Поэтому уже 29 мая в Гавану срочно отправилась советская делегация во главе с первым секретарём ЦК Узбекистана Рашидовым, который и сделал Кастро предложение, от которого тот не смог отказаться. Одним из лозунгов Кастро была ликвидация иностранных военных баз в Латинской Америке, а тут... ракеты, да ещё ядерные. Но деваться было некуда.

В ходе переговоров по выходу из кризиса Москва пыталась разменять вывод ракет на додавливание ситуации по Берлину, но Кеннеди, как, впрочем, и все его министры и помощники по международным и военно-политическим вопросам были едины в том, что отступать нельзя, ракеты должны быть убраны безусловно; в противном случае, выбить их силой.

Только тогда Хрущёв понял, что с Кеннеди просчитался, что силы неравны и что всё может закончиться очень плохо для Москвы. Ему хватило здравого ума отступить. В 1962 г. у США было 27.000 ядерных боеголовок, у СССР - 3.600. Хрущёв много кричал и топал насчёт того, чтобы "похоронить", но реальных сил для этого у Москвы не было.

Стратегического баланса по ядерным вооружениям с США Советский Союз достиг только к 1985 г.

С 1963 г. дела у Советского Союза пошли неважно: энтузиазм прошёл, сил и денег вложено много, а результаты не очень – коммунизм не просматривался на горизонте. Темпы роста неуклонно начали снижаться, возник кризис продовольствия. который не прекращался уже до распада СССР в конце 1980-х гг. В октябре 1963 г. Хрущёв уже миролюбиво оправдывался, что он никогда не хотел похоронить Запад, что это было сказано по-другому и фигурально.

Андрей Авраменкоотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
23
-5
Как мило, что Вы забыли упомянуть Турцию) Но от Вас я и не ждал другого, молодец!
-1
Ответить
Комментарий удален модератором
Комментарий удален модератором
Ещё 2 комментария

Тапки мои не смешите. Если вы не заметили упоминания ракет в Турции это не моя проблема. Но не переживайте, errare humanum est. Ракеты в Турции, а заодно и в Италии, как известно, были размещены после Берлинского кризиса 1961 г. Тогда Хрущев в нарушение Потсдамского договора поставил ульматум Западным державам, от которого впоследствии отказался. Не забываем также американские ракеты в Великобритании, разместившиеся там до Турции и Италии и способные достичь Европейской части СССР, но не заботившие Хрущева ни коим образом. Dixi.

0
Ответить

А с чего это Вы решили, что я к Вам обращался? Вам тапки сказали? Ну да ладно, это не мои проблемы.  Si tacuisses, philosophus mansisses.

+1
Ответить
Прокомментировать
Ответить