Anton Shved
декабрь 2016.
358

Не станет ли Сирийская операция для России вторым Афганистаном?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
0
4 ответа
Поделиться

Вполне может стать. Меньше по масштабу, но не менее позорной. Сейчас в Сирии примерно 4,5 тыс. российских военнослужащих. Крупнее в Сирии иностранный контингент только у Ирана - от 10 до 20 тыс. чел. Для сравнения:  США имеют порядка 300 советников, помогающих курдам в северной и восточной частях Сирии.

Проблема в том, что у РФ нет ясной для самой себя цели пребывания и действий в Сирии, а соответственно, нет и стратегии выхода.

Недавний провал с Пальмирой, когда боевики ИГИЛ (запрещено РФ) неожиданно вновь захватили этот город, свидетельствует о неспособности российской группировки в её нынешнем составе хотя бы просто контролировать ситуацию на месте, передвижение различных боевых групп и отрядов. Значит, надо либо эту группировку наращивать и расширять её возможности, что потребует увеличения финансовых затрат, либо контингент выводить. Это прямое следствие того, что нет цели пребывания и действий там. Промежуточного положения не получится.

Надо понимать, что Асад рано или поздно уйдёт. На самом деле, он может уйти в любой момент - вольно или невольно. Уже сейчас поэтому надо иметь ответ на вопрос: с чем и кем тогда Москва останется в Сирии?

Надо понимать и следующее: новая администрация США заявила о намерении ужесточить позицию в отношении Ирана. Это сразу же скажется и на ситуации в Сирии. Перед Москвой остро встанет проблема выбора - с Тегераном или Вашингтоном? Если Кремль выберет Вашингтон, - а скорее всего, именно так и будет, - то Иран начнёт действия в Сирии и против российской группировки или, как минимум, осложнит её положение.

Если Москва выберет Тегеран, то можно будет ставить крест на перспективе отмены санкций в ближайшие 1-2 года, и останется только ждать дальнейшего ухудшения экономического положения в России.

Андрей Авраменкоотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
19
-6
Прокомментировать

Смотря что автор вопроса имеет ввиду: если он имеет ввиду человеческие жертвы, потери в технике и ресурсах, то конечно не станет, так как в Сирию мы не вводили сухопутные войска и обычные солдаты срочники там не воюют. Да и контингент войск там значительно меньше. А если автор вопроса имеет ввиду, то, что война в Сирии может стать предтечей крушения режима Путина, то здесь уже сложно ответить однозначно. Несомненно, что сирийская компания обходится нам очень дорого. Алексей Всеволодович Малашенко – член научного совета Московского центра Карнеги, посчитал, что ежедневно война в Сирии обходится нам примерно в 2,3 млн долл. Суточное использование одного танка в среднем обходится в 5 тыс. долл., БМП – 3 тыс., танковый выстрел стоит примерно 200 баксов, час боевой работы вертушки Ми-24 – в 10 тыс. Вылет «Сухого» в зависимости от типа самолета – в пределах 20–50 тыс. долл. Это все на фоне кризиса, постоянно ухудшающейся жизни простых жителей России. Выдержит ли наша страна эту войну или она действительно окажется "вторым Афганистаном" покажет время. В первую очередь это будет зависеть от цен на нефть в 2017-18 годах.

1
-1
Прокомментировать

Сирийская кампания в корне отличается от афганской. Попытаюсь коротко описать ситуацию.

Сперва необходимо понять, что ввод войск в Сирию - сугубо политический шаг, то есть не необходимый. Не-ввод войск также имел бы для России как положительные, так и отрицательные политические последствия. Грубо говоря, это очередная многоходовочка президента - он так решил.

С Афганистаном ситуация была куда сложнее. Ни для кого не секрет, что эта страна была не только процветающим производителем и распространителем наркотиков, но и потенциальным плацдармом для западных войск - этакий южный Вьетнам у границ СССР. Более того, оттуда исходила террористическая угроза, а южные границы у нас, как известны, были слабы, и слабы в первую очередь идеологически. Здесь необходимо вспомнить про афганскую радикальную коммунистическую партию, которая проигрывала прозападным силам, чего допустить коммунистам советским было нельзя, что явилось определяющим фактором для принятия решения о вводе войск. Но в эти подробности лучше не вдаваться, иначе велика вероятность запутаться и совсем ничего не понять.

Итак, что мы имеем? С одной стороны, возможность появления оппозиционных сил у южных границ, которая могла привести к отторжению значительной части региона от СССР. С другой стороны, у нас есть политик, которому симпатизирует (или делает вид, что симпатизирует) наш президент и которому надо по той или иной причине помочь удержать [легитимную] власть (естественно, пророссийскую), а также побороть цитадель всемирного терроризма.

Звучит более чем патриотично, да? Вот так же звучало это и в 1979 году. И, кажется, сценарий отчасти повторяется: оппозиционная сила, западная поддержка её, помощь пророссийскому правительству, ограниченный контингент внутри. Всё будет зависеть от того, насколько успешно российские военные применят технологическое преимущество над противником, а политики затащат катку в ООН.

4
-4
Прокомментировать

Если вы имеете в виду, что это будет внешняя военная операция, на которую будут потрачены колоссальные деньги и погибнет много людей, то все шансы у этой войны есть. Вопрос исключительно в упёртости её идейного вдохновителя, а мы видим, что он упёртый. С другой стороны, могут появиться и какие-то более интересные идеи, так что войска будут выведены. Только время покажет, аналогии - это очень спорный инструмент.

3
-4
Прокомментировать
Ответить
Читайте также на Яндекс.Кью
Читайте также на Яндекс.Кью