Ответить
Ответить
Комментировать
1
Подписаться
29
15 ответов
Поделиться
АВТОР ВОПРОСА ОДОБРИЛ ЭТОТ ОТВЕТ

Приведу классический пример. Этот путь проходят многие пациенты ежедневно. Человек заболел. Его преследуют некие существа или конкретные дьяволы, спецслужбы. В голове звучит осуждающий, комментирующий, руководящий голос. Мучают кошмарные сны, бессонница, страх. Родные вызывают скорую помощь. Приезжает бригада. Человек уверен, что эта бригада в сговоре с преследователями. Всячески сопротивляется, угрожает, пытается их ударить, убежать. Но его фиксируют ремнями на руках за спиной. Больной только убеждается в своей правоте.

Привозят в приёмный покой. Обыскивают на посторонние вещи. Сдаются мультимедийные устройства, украшения, очки, пояса, шнурки. Заводится история болезни. Врач начинает беседовать - собирает анамнез, оценивает психическое состояние. Больной уверен, что врач - это тайный агент спецслужб. Кричит, сопротивляется, требует его отпустить, плюётся, замахивается. На помощь приходят санитары. Пациент фиксируется ремнями и уводится в отделение. Вещи сдаются на склад. В отделении помещается в наблюдательную палату. При сохраняющейся агрессии он фиксируется к кровати, медсестра выполняет назначения врача (инъекция нейролептиков или транквилизаторов). Постепенно агрессия затихает, наступает медикаментозный сон.

Утром больной открывает глаза - он находится в огромной палате с 20-ю странными людьми. У входа сидит санитар и пристально на него смотрит. Тут и подростки, и слабоумные деды, и эпилептики, и психопаты, и бредовые больные. Захотелось ему в туалет - идет на выход. Санитар останавливает: "Стой, куда пошел?! Через 30 минут пойдешь в туалет". Через полчаса у входа выстраивается очередь из 7 человек в туалет и санитар всех ведет в уборную. Внимательно смотрит за физиологическими отправлениями пациентов. От такого внимания желание пописать пропадает (психогенная задержка мочи), хотя мочевой пузырь полон. В палате желание пописать снова появляется. Больной идет к санитару и умоляет его отпустить. Если у санитара хорошее настроение, то пациенту дается возможность пописать.

Приходит лаборант - берутся анализы крови и мочи.

Завтрак. Санитарка зовет по отдельности каждую палату в столовую. Посуда небьющаяся. Еда пресная. Вскоре на обход приходит лечащий врач. Знакомится с пациентом. Позже приходят другие врачи (хирург, терапевт, невролог) для осмотра на возможные сопутствующие патологии.

До обеда надо себя чем-то занять. Кто-то спит. Кто-то коротает время разговорами с мнимыми собеседниками. Кто-то знакомится с соседями по палате. Кто-то смотрит в окно, кто-то - в потолок. Кто-то читает.

Обед. После обеда тихий час. Благодаря транквилизаторам можно проводить это время во сне. После тихого часа наиболее спокойных пациентов приглашают на прогулку (если врач разрешит). Пациенты выходят в специальный загончик возле отделения с забором под присмотром санитара. Там есть лавочка, клумба. Можно весело провести время - покурить, побеседовать, подметать, походить вокруг клумбы, порыхлить землю. Больные очень сильно любят ходить на прогулку. Но такое счастье достается не всем - не более 15 человек за раз (из 60-80 человек в отделении).

Снова коротаем время до ужина. После ужина можно позвонить родным (если врач разрешил) под присмотром санитара. В 22:00 отбой. После вечернего укола или капельницы сон глубокий, хороший.

В течение двух дней в больницу приезжает суд. Пациенты, не давшие свое согласие на госпитализацию приглашаются на заседание. Судья выслушивает врача и пациента и принимает решение. В 90% случаев пациента оставляют.

Через несколько дней пациенту становится легче. Голоса стихают, бредовые идеи становятся не такими актуальными. Пациент постепенно осознает, что врач - это не агент спецслужб, а скорее друг, желающий помочь. Больной в итоге дает согласие на госпитализацию.

Если всё хорошо, то пациент переводится в более спокойную палату со свободным выходом и без постоянного надзора санитара. Уколы и капельницы заменяются на таблетки. Перед человеком открываются небывалые возможности: в свободное время можно ходить по коридору, знакомиться с другими пациентами, играть в шахматы, читать книги, мыть пол, мыть туалет (за это санитар может угостить сигареткой и рассказать врачу, как стало хорошо пациенту - что ускорит выписку).

Три раза в неделю можно повидаться с родными. Для этого есть специальная комната для свиданий. За всем процессом наблюдает санитарка. Свидание - не более 15 минут. За хорошее поведение можно пообщаться с близкими и полчаса.

За особо хорошее поведение врач разрешает трудотерапию. Пациенту разрешают таскать еду из пищеблока в отделение (это самое почётное занятие - ведь можно что-нибудь съесть), работать на улице (убирать снег, мусор, рыхлить землю), таскать бельё на прачку. Для пациента это означает, что лечение подходит к концу.

Ну вот, 1,5 месяца позади. Голоса и бред кажутся страшным сном. Приезжают счастливые родственники со слезами на глазах. Пациент идет домой.

Страшно. Особенно до наступления совершеннолетия.  Я очень сильно поругалась с парнем, когда мне было лет 16. Он себя вообще не контролировал, руки распускал, в выражениях не стеснялся, а я его просто очень сильно любила, как мне казалось на тот момент.  В общем в одну из ссор соседи вызвали полицию и скорую, так как он меня просто до истерики довел. Ну не реально было адекватно принять все то, что он тогда себе позволил по отношению ко мне. Я умереть хотела просто. К моменту,  когда приехала скорая, полицейские нас уже разняли и я успокоилась, но из-за того, что высказывала суицидальные мысли меня за руки вывели и увезли. А я тогда и не против была от этого ада по дальше. Ехали очень долго. Я вопросы задавала, что там и как, можно ли родителям позвонить, но меня игнорировали. Уже тогда страшно становилось. Привезли. Заставили полностью раздеться, дали пижаму какую-то непонятную. Рост, вес проверили. Записали все шрамы, синяки, татуировки, пирсинг, ссадины. Лак с ногтей и косметику смыли, ногти отстригли. На мне ничего своего, кроме нижнего белья не оставили. И отвели в палату. Сначала все было более или менее безобидно. Мне было интересно.  В палате было человек 5, а кроватей больше 10. Я впервые видела таких 'настоящих' сумасшедших, которые смеются, смотря на стену, или совсем 'овощи'. Была ночь уже, мне принесли стакан воды и снотворное.  Я долго не могла уснуть, я после такого стресса и так, как во сне находилась. Утром в 6 нас подняли, и я увидела все уже в другом свете. Из палаты выходить нельзя, в туалет под надзором. Первые 3 дня лежишь в палате для особо буйных. Если нормально себя ведешь, то переводят к 'нормальным'. На вопросы не отвечают. Звонить категорически запрещено. Еда безвкусная и из пластиковой посуды. Даже воды не попить, когда захочешь,  ибо первые три дня воду тебе носит санитарка, а ей глубочайше на тебя насрать, ее еще уговорить надо. Втечение этих трех дней на тебя надеваю наручники и отводят в другой корпус, где проходишь диспансеризацию и отправляют на беседу к психологу. Вот хоть один нормальный человек за три дня. Она мне на все вопросы ответила по посещениям, когда что и как. Посещения были по вторникам и четвергам с 16 до 18 и по субботам с 11 до 13. В остальное время от внешнего мира ты изолирован полностью. За три дня я ни разу подряд не поспала нормально больше пары часов, несмотря на снотворное, так как в палате была девочка, которая постоянно качалась и иногда громко угарала, когда что-то видела на стене. Она, кстати, живет там. Сирота. Ну и на девочку она была мало похожа. Естественно ухода там никакого, так что смотреть на нее жалко было... На 4 день мне назначили лечение и перевели в нормальную палату, где было полно нормальных девушек. Я столько историй наслушалась...Ведь они все СОВЕРШЕННО НОРМАЛЬНЫЕ , просто оказались в сложной жизненной ситуации. Ну одна ненормальная была- наркоманка 14 лет, которая дикие трипы ловила. Ей вкололи что-то и она сутки в отключке провела. Короче, я держалас и думала, что вот вот мама меня заберет. Нет. На посещении мама пришла и сказала, что пыталась, что с заведующей отделения разговаривала, но, мол, не имеют права они меня даже под расписку отпустить, если высказывала суицидальные мысли. И отпустят меня только после курса лечения через месяц. Ух как я рыдала, когда осознала всю свою безысходность. Мама тоже. Казалось бы, чего такого, ну полежать месяцок, таблеточки веселые попить, ммм... Помимо полнейшей изоляции и невозможности  с кем либо связаться, помимо того, что кто-то за тобой постоянно следит, жестокое обращение. Я была тихой, только бы отпустили по быстрее. А вот некоторых, у которых нервы не выдерживали, к которым не приезжали родители по неизвестным им причинам, начинали проявлять себя, плакали, просили хотябы 1 звонок родителям. И тогда им кололи аминазин, если не ошибаюсь. И привязывали к кровати на 24 часа. И добавляли пару недель 'срока'. А вы только представьте,  как страшна подобная неопределенность.  Каждый день ты живешь этой встречей с мамой, ждешь ее, часы считаешь, а она не приезжет, хотя всегда приезжала. И что думать? А если что-то случилось? Что тогда? Постоянно накручиваешь себя... Это большой стресс. 1 раз и моя мама не приехала. Я только на следующем посещении узнала, что из-за работы. А до этого тихо рыдала в подушку, каждый день. А то мало ли что могло случиться... Страшно. И кстати, самая жесть- карандаши, ручки и т.д. категорически запрещены. Периодически приходилось наблюдать ужасающее зрелище, как самых больных и детдомовских санитраки били. Из развлечений- мультики одни и те же каждый день, и книги. Из книг только дебильные русские романы и "Преступление и наказание", которое я раза два прочитала. Моешься не ты сам, а тебя моют раз в неделю.  Ногти тоже тебе стригут две санитарки. Одна держит, другая стрижет. После таблеток не можешь часа два разговаривать, рот немеет. А разговоры там- единственное,  что спасало. Нас там много было, мы постоянно о чем-то разговаривали. Была одна санитарка, которая рассказывала про то, как во взрослом отделении. Тоже страшно. Все там в основном пожилые и никому не нужные, отношение персонала аналогичное. Лежать в психбольнице такое испытание, что мы с остальными девушками очень сблизились и долгое время общались после выхода. 

Да вполне себе неплохо. Хорошее место.

На этом моменте стоит жирной линией подчеркнуть, что я говорю об открытом отделении неврозов. На территории психбольницы находится множество отделений, практически все они закрыты. Каково там лежать можно только догадываться, сопоставляя увиденное краем глаза и услышанное краем уха. 

Отделение неврозов - маленький рай. Это скорее санаторий, чем психбольница. Есть даже впечатление, что ты приехал ИЗ дурдома, а не В дурдом :)

Персонал доброжелательный, пациенты тоже. Контингент разношерстный: студенты, учителя, домохозяйки, пенсионеры, участники АТО, начальники разных уровней, бизнесмены... Все, в общем-то, милые люди.
Как-то раз в отделении очутились итальянцы-испанцы из ОБСЕ, которые по русски говорили только "здравствуйте" и "спасибо", с врачами общались через переводчиков, но это уже другая история)

Лечение простое: принимаешь прописанные лекарства, ходишь на всякие разные процедуры, беседуешь с врачом. В свободное время(которого очень много) - занимайся чем душе угодно, расслабляйся как умеешь, насколько хватит фантазии. В рамках приличия разумеется.

Можно тихо страдать, можно спать в палате, можно читать, писать, рисовать, сидеть в интернете, общаться с людьми, смотреть телевизор, гулять в уютном дворике отделения или по всей территории больницы. Можно гулять и вне территории, даже поехать развлекаться куда-нибудь в город. К тебе вход тоже практически свободный. На выходные возможно отпросится домой. Хотя в некоторых случаях это неполезно и врач может настойчиво попросить остаться)

Вообще место удивительно умиротворяющее. Только самые тёплые воспоминания. Я бы осталась там жить, если честно)

Показать остальные 12 ответов
Ответить