Вячеслав Загрийчук
октябрь 2016.
2082

Что обычный человек, нехудожник, должен узнать или вынести для себя от просмотра картины?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
6
9 ответов
Поделиться

Все наверное знают эту детскую головоломку, когда нужно нарисовать квадрат с крестиком, не проводя два раза по одной линии, и не отрывая ручки от бумаги. Все наверное помнят, что сделать это невозможно. А головоломка состоит в том, чтобы подставить дополнительный лист бумаги и провести по нему лишнюю грань.

Так вот, картины — это лист с дополнительной гранью, остающийся после решения головоломки.

Вот я не художник, и не искусствовед, и не культуролог, и не критик, и не историк, и не даже не бабушка на музейной табуретке, гоняющая школьников от голой мраморной Венеры. Собственно, я гораздо ближе к этим школьникам, нежели к какой-либо из вышеупомянутых профессий. К тому же, присутствующий в моём случае конфликт интересов с литературой и не позволяет придвинуться ближе.

Но разве это чем-нибудь важно? Механизм интерпретации у всех работает более-менее одинаково, пусть и разводит подчас в прямо противоположные стороны. Мы интерпретируем картину точно также как книгу, музыку или даже события собственной жизни — и в плане самого механизма интерпретации между картиной и собственной жизнью нет практически никакой разницы.

А это подсказывает вещь, которую все, в сущности, понимают, но очень мало кто формулирует: картины предлагают нам больше, чем сюжеты или стереотипы, или исторические реалии, или воплощения каких-то художественных стилей.

Картина — каждая картина — это интерпретация мира. Вольная или невольная.

779px-Conversion_on_the_Way_to_Damascus-Caravaggio_(c.1600-1).jpg

Вот Карраваджо изображает апостола Павла на пути в Дамаск. Историю все знают: Павел, тогда ещё Саул, был фарисеем и гонителем христиан. По пути в Дамаск у него произошел религиозный опыт, в ходе которого он ослеп и упал с лошади, и жил ослепшим до принятия крещения.

Так вот — Карраваджо не изображает видения Павла, хотя, очевидно, мог бы. Вместо этого, его Павел, падая, как бы обнимает находящийся перед ним овал — что-то, что он с закрытыми глазами видит, а мы не видим. С него падает шлем, меч откинут в сторону, и над ним занесённое копыто — он уязвим и беззащитен. Буквально прямо затылком чувствуешь, что он сейчас треснется и разобьёт голову.

При этом его лицо абсолютно умиротворено, и его руки явно принимают всё, что ему в этот момент даётся.

Потом замечаешь, что на картине странное освещение: Павел освещен сверху, лошадь снизу. Источник невозможно увидеть, но его можно высчитать: свет идёт из середины овала.

Это и есть то, как Карраваджо воспринимал христианство, что, кстати, есть во всех его картинах — принятие уязвимости, разоружение, абсолютно личный опыт, который со стороны вообще может не выглядеть религиозным и восприниматься как таковой. Прозрение — это когда ты обнимаешь светящуюся пустоту. Ну охренеть же.

Это работает со всеми. Боттичелли — красота, не природная, но надприродная. Микеланджело — неразделимость плотского и духовного. И так далее.

И в этом смысле между абстрактной живописью, поп-артом, импрессионистами, классицизмом, барокко, иконами и наскальной живописью — нет абсолютно никакой разницы. Они все это делают.

Другое дело что чтобы вычленить оттуда этот смысл, человек должен быть способен сам его сформулировать — и здесь нужно учиться открывать собственные калитки восприятия, поскольку дикарь конечно ткнёт в музее в шедевр, но вместо "Критики способности суждения" выдаст максимум "ммээ ммээ". Вот и толку от этого шедевра будет для него столько же.

Но в картинах это всё есть — так же как есть в литературе, музыке, хорошем кинематографе. И это, может быть, и есть главный критерий искусства не как формы, не как метода, а как сути — это то, что привносится для решения головоломки.

И далеко не всё что угодно туда подходит.

Gleb Simonovотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
26
-4

Мне очень понравился ответ, он оказался самым доходчивым! Вопрос 2, как это вообще увидеть/ощутить? То есть воспользоваться информацией, которая по сути закодирована в картине? И реально ли это вообще?:)

0
Ответить

Да элементарно — просто много смотреть картины, и каждой уделять достаточно времени. Для разбора большинства картин хотя бы на базовом уровне вообще не требуется никаких знаний (правда, ключевое слово тут базовый). А для более плотного — ну просто выбираете картину, которая интересует, и начинаете выяснять всё, что можно по поводу неё выяснить. См. пример в ответе.

И всё это выводится с минимальным знанием контекста. Расширяя контекст — расширяются и смыслы.

+1
Ответить

Вот вообще не понимаю, откуда это берётся, я не вижу ничего такого. Я вижу потягивающегося после сна мужика в древней одежде и коня, который странно смотрит, при этом передвигаю конечностью, не более)

-1
Ответить
Ещё 3 комментария

Ну как бы, что это Павел будет написано в названии, а всё остальное просто на холсте. Нигде ничего искать не надо.

+2
Ответить

То есть, всё-таки, без знаний о том, что же это такое нарисовано, вряд ли понять что-то можно?

+1
Ответить

Легенда об ослеплении Павла — наверное, сама известная во всех Деяниях, ну а при необходимости гуглится по названию и прочитывается минут наверное за одну, можете с секундомером засечь. Так что "знания" — это в данном случае слово великоватое.

Ну или можно вообще ничего не знать, как вот я ничего не знаю о контексте восточной гравюры, но глядя на "Большую волну в Канагаве" как-то таки допираю, что рыбакам придётся сейчас несладко.

+1
Ответить
Прокомментировать

Строго говоря, никакого «правильного» подхода к произведению искусства нет и быть не может. 

Может быть более эрудированный способ взаимодействия с картиной, текстом или фильмом; может быть — менее эрудированный, профанный (или -- любительский). Можно контекстуализировать искусство, представлять, как его воспринимали или оценивали современники; можно — ориентироваться исключительно на собственный вкус, сравнивать с тем, что нравится лично Вам (и уже отсюда — производить какое-то субъективное суждение). 

В традиции  герменевтики и ее более поздних вариантов вроде рецептивной эстетики (литературная теория, изучающая не тексты, а их читателя), принято считать, что любое произведение искусства моделирует сразу несколько тактик для своего понимания и, соответственно, несколько же разных возможностей для создания своей интерпретации; а значит — и несколько же способов получения удовольствия. Фактически — искусство оказывается сложной структурой, не поддающейся однозначному прочтению, где конечное впечатление выстраивается не самим произведением, а скорее тем, как оно взаимодействует со своим рецепиентом (читателем/зрителем/слушателем); или в радикальных случаях — только самим рецепиентом. Так, в качестве примера искусства, где нет содержания и где нет возможности что-либо интерпретировать, где нет художника, а есть только зритель, — Сьюзен Зонтаг приводила абстрактную живопись.

Соответственно, и эффект, когда Вы «ничего не ощущаете», — также легитимен, также может быть итогом взаимодействия с искусством. Французский композитор Эрик Сати, когда размышлял о своей «меблировочной музыке», рассчитывал примерно на тот же самый эффект: этот вид музыки, в его представлении, должен исполнять лишь функцию фона для увлекательных разговоров слушающей публики; а следовательно, и сам по себе должен ничего не значить: то есть, не давать «никаких ощущений». В конечном итоге обман ожиданий, связанных с тем, что произведение искусства позволит что-либо почувствовать, — тоже продуктивный результат.

Мой личный же метод взаимодействия с искусством основывается на той предпосылке, что каждое произведение обладает своей рецептивной спецификой, — то есть, своим уникальным механизмом коммуникации с конечным рецепиентом. Моя задача здесь состоит в том, чтобы обнаружить этот механизм и, опираясь только на него, — попробовать прочитать это произведение. Я бы сказал, что это своего рода «этический» тип взаимодействия с искусством.

7
0
Прокомментировать

Прежде всего нужно знать предысторию той или иной картины, век, в который она была написана, стиль живописи, иначе лббование техникой не несет познавательной ценности, а только художественную

2
0

Хмм.. А в чём заключается интерес знать такой набор данных? Или это нужно быть хотя бы чуть-чуть искусствоведом, чтобы это интересовало?

-1
Ответить
Прокомментировать

Вам не обязательно что-то "узнать или вынести". Картина может просто 1) нравиться, 2) не нравиться и 3) не вызывать у вас никаких эмоций. Этого достаточно. Хорошо, конечно, хотя бы немного разбираться в живописи и совершенствовать свой вкус, но большинство людей и так отличат плохую картину от хорошей :) Я думаю, повод для беспокойства есть только когда ни одна картина не вызывает у вас никаких эмоций. В таком случае можно только посоветовать расширять свой кругозор.

1
0
Прокомментировать

Искусство, это в первую очередь метод познания. Если вы смотрите на картины определенных художников и ничего не испытываете, не можете сказать о своем мнении и т д. Значит вы еще не нашли либо своего художника, либо данный вид искусства, как метод познания, вам просто не подходит на подсознательном уровне. Здесь стоит задаться вопросом, скорей, нужно ли вам оно? Искусство многогранно, это кино, музыка, архитектура и т д. Вы можете отдать свое предпочтение одному из этих вариантов, и кто знает, может Растрелли для вас будет Богом.

Sebastian Polakотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
0
0
Прокомментировать
Читать ещё 4 ответа
Ответить
Читайте также на Яндекс.Кью
Читайте также на Яндекс.Кью