Каких вы знаете литературных героев с необычными особенностями речи (нарушения дикции, акцент, капс как у Праттчета и т. п.)?

Ответить
Ответить
Комментировать
1
Подписаться
1
1 ответ
Поделиться

Литература. Отечественные авторы
-Л. Н. Толстой, «Война и мир» — каг’тавый офицер Василий Денисов (под этим именем выведено реальное лицо — поэт и воин Денис Давыдов).
-«Кондуит и Швамбрания»: две из трёх тёток Лёли и Оси имеют такие ФФ: тётя Сэра вместо «л» произносит «р» («С ума сошёр!»), тётя Нэса — наоборот. У неё получается что-то вроде «Валяги Люлик, Тлувол и Синеус плишли плавить Лусью».
-Михаил Булгаков, "Белая Гвардия": полковник Най-Турс постоянно картавит.
В ранней редакции картавит также его красавица-сестра Ирина Най.
-Юлиан Семёнов, «Ещё не осень»: девушка Лида немного заикается.
-Н. Носов, «Незнайка на Луне»: когда коротышка Козлик разволнуется, он начинает заикаться. Причина — давняя автомобильная авария, закончившаяся для Козлика разорением: «…с тех пор, как начну волноваться, никак не могу слово „ав-то-аха-мобиль“ ска-аха-сказать, каждый раз говорю „авто-аха-мобиль“, вот…»
-Андрей «Малыш» Блинов из «Момента истины» (известного также как «В августе сорок четвёртого») Владимира Богомолова заикается после контузии. Трудно назвать это фишкой, но из десятков проблем и неурядиц ни одна не была вызвана заиканием.
Братья Стругацкие:
-«Понедельник начинается в субботу» — Фёдор Симеонович Киврин. Он вальяжен, радушен, уравновешен и оптимистичен, и его лёгкое заикание ничуть не мешает ему жить. Не путать с Кивриным из фильма «Чародеи»!.
-«Второе нашествие марсиан» — журналист-любитель (по профессии ветеринар) Калаид с тяжёлым заиканием. Главный герой сообщает, что читать его статьи трудно: от начала до конца не отпускает впечатление, что автор «пишет и заикается».
-Лиза Свечина из романа Окуджавы «Свидание с Бонапартом» не выговаривает букву «л».
-Таня Аверина из рассказа Владимира Рыбина «И сегодня стреляют», возлюбленная главного героя и, что интересно, школьная учительница. Её заикание — «изюминка» в чистом виде: жить и флиртовать с главным героем оно ей совершенно не мешает, и ни с какими сюжетными ходами не связано.
-Лера из книг Камиля Икрамова «Улица Оружейников» и «Круглая печать». Как и в предыдущем случае, заиканием её наделили исключительно для «изюминки».
-Б. Акунин, «Пелагия и красный петух» — пророк Эммануил/Мануйла. По-русски он смешно картавит, его иврит описан как «похожий на клёкот птицы». А ещё он имеет привычку вставлять в речь «книжные» слова.
-Эраст Фандорин, главный герой другой серии романов Акунина, слегка заикается. Это его «визитная карточка» (как и седые виски), но она имеет трагический смысл: заикание появилось из-за контузии и юношеской психотравмы от гибели возлюбленной. При этом, подобно Шерлоку Холмсу, Фандорин является великим мастером перевоплощения, и "в образе" от своего психосоматического дефекта избавляется.
-Жанна Аббатикова из серии книг «Таня Гроттер» глотает согласные, когда волнуется (причём в каждой последующей книге цикла педаль всё сильнее уходит в пол).
-Михаил Нисенбаум, «Тёплые вещи»: картавит школьная любовь главного героя (Лена Кохановская), и он любит её пегедгазнивать.
-Также картавит Илона, подруга главного героя (на этот раз платоническая) из повести Арсения Снегова «Странная девочка».
-Заикается Алёна Белкина из цикла повестей Сергея Канашевского «Возвращение в Атлантиду». Повести нещадно эксплуатируют идеи нью-эйдж, и заикание является кармической расплатой за проступок героини в прошлой жизни, когда она была жрицей в Атлантиде.
-Роман Петра Краснова «От двуглавого орла к красному знамени» — Вера Константиновна (впоследствии жена главного героя Александра Саблина) картавит.
-Техник Михалыч из цикла «Космобиолухи» пчти н’прзнсит глсн’е.
-Кира Измайлова, «Возвращение к практике» — девочка Аю. Мало того, что она говорит на ломаном языке («Аю знать»), так ей ещё и отрезали часть языка, и она произносит почти одни гласные («Аю ать»). Выходит нечто среднее между этим тропом, немотой и странным грамматикой.
-Юрий Псковитянин, «Смута»: красавица Иджам (Махфуза) картавит, главного героя зовёт «Югий».
-Ольга Яралек, «Фруечки»: Мямля немного заикается (за что её так и прозвали).
-Повести-ужастики Галины Гордиенко («Вкус твоей крови», «Проклятая кукла» и др.) — хрупкая и застенчивая девочка Дина Зимина заикается.
Зарубежные авторы
Множество дамских романов, в которых стеснительная заикающаяся героиня ждёт своего Прекрасного Принца (и всегда дожидается).
-отнюдь не стеснительная Марго ле Брюн из романа «Обет любви» Мэри Спенсер (что интересно, к концу романа от заикания так и не избавляется, в отличие от большинства таких героинь).
-В произведениях Легендарной Расширенной Вселенной «Звёздных войн» у некоторых вуки встречается необычный фефект фикции — речевой аппарат, больше похожий на человеческий, чем на вукийский (видимо, некий врожденный дефект типа заячьей губы). Они неразборчиво разговаривают на рычащем и воющем языке вуки, но при этом способны вполне сносно произносить звуки Основного Галактического.
-«Собака Баскервилей» — красавица мисс Стэплтон шепелявит (в оригинале «lisped», но некоторые переводчики перевели это как «картавит»). В её репликах это не прописано, так что нельзя точно понять, какой именно дефект речи имеется в виду.
-Я. Гашек, «Похождения бравого солдата Швейка» — мимо мелькнувший дурачок Пепка-Прыгни. У него вообще дефект на дефекте и дефектом погоняет: «Батюська, вчела пан вахмистл говолил, что гоцудаль импелатол скотина, а войну мы плоиглаем. Ме-е… Гоп!»
-«Оно» Стивена Кинга: Уильям Денбро в детстве — и эпизодически в зрелом возрасте — заикался, за что получил кличку Заика Билл. См. эпиграф.
«Гарри Поттер»: Все долгое время думали, что профессор Квиринус Квиррелл стал заикой после того, как был контужен в магическом поединке с нечистью. На самом деле Квиррелл — предатель; он носил при себе (точнее, внутри себя) очень опасный «сюрприз». Всячески стараясь скрыть это, он искусно имитировал заикание: стремился выглядеть жалким, пострадавшим, комичным и безобидным. «Кто подумает на „б-б-бедненького, за-за-заикающегося“ профессора Квиррелла?..»(с). Но здесь всё не так просто. Возможно, дело не только в имитации: в диалогах с Тёмным лордом он заикается — то ли чтобы не отвыкать от своего притворства, то ли (что вполне вероятно) от великого страха.
Там же — фʀанцуженка Флёʀ Делакуʀ каʀтавит. Надо думать, она пʀосто пʀоизносит английские слова с фʀанцузским увуляʀным ʀ, пʀивычным ей.
-«Песнь Льда и Пламени»: капитан безумной наёмной роты «Бравые ребята» Варго «Козёл» Хоут вутко фепелявит. «Шапфиры! Не трогать её, она долвна офтатьфя девичей, тогда нам ва неё дадут челый мефок шапфиров!!»
-Гэри Дженнингс, «Путешественник»: красавица Илария заикается на некоторых согласных (таких как «п» и «ч»), и это кажется влюбившемуся в неё главному герою (ни много ни мало самому Марко Поло в юности) особенно привлекательным.
-Юкио Мисима, «Золотой Храм». Главный герой за-за-заикается всегда, если только не поёт сутры. В экранизации просто зап-п-пинается, когда нервничает.
-Серия книг Буса Таркинтона про Пенрода — косноязычный негритёнок Верман.
-Серия книг Джорджии Бинг про Молли Мун — миссис Тринкелбери заикается.

8
0

Отличный ответ! Прямо таки захотелось некоторые вещи перечитать! Браво!

+1
Ответить

Спасибо)

0
Ответить

Это же целая литературная энциклопедия! Восхитительно!))

+1
Ответить
Прокомментировать
Ответить
Читайте также на Яндекс.Кью
Читайте также на Яндекс.Кью