Chuck Close
Владимир Кивич
сентябрь 2016.
5218

Художник XXI века, кто он и какая у него миссия?

Ответить
Ответить
Комментировать
1
Подписаться
14
4 ответа
Поделиться

Сам факт, что такой вопрос можно поставить, подсказывает одну не очень приятную вещь. Во все предыдущие эпохи люди в принципе знали, что делает художник — иконы, статуи, портреты, выражение своих чувств, революцию в искусстве и т.д. Что делает современный — не знает никто.

Абсолютное большинство художников, чьи работы попадают в общественное пространство (и это именно те работы, с которыми у современного зрителя ассоциируется термин "современное искусство") — этим людям, за редкими исключениями, от 60-и до 80-и лет. Дети послевоенной культуры. Это как Тёрнер, который конечно застал прерафаэлитов, но едва ли его к этому моменту можно было бы назвать современным художником. Во всяком случае, не в том смысле, в котором этот термин сейчас понимаем мы — временной коридор в 21-м веке не тот, что раньше.

Далее есть художники средней волны, примерно 40-50 лет, уже в принципе отточившие собственные практики, состоящие в положительных отношениях с рынком и создающие основной количественный массив всех достойных какого-либо внимания работ. Их хорошо знают интересующиеся, но их общественная связь уже заметно эпизодичнее. А главное — о них конечно всё ещё можно что-либо сказать, но о них уже значительно труднее что-либо сказать. Они оказываются странными полуприсутствующими культурными медиаторами, у которых есть даже не роль, а просто — преемственность.

Нет, они хорошие. Именно их работы возят по всеми миру на биеннале. Только на те же биеннале уже много лет как перестали собирать работы за последние два года. Поскольку когда дело доходит до самых что ни на есть современных и молодых, тех самых, которые наше будущее — стать можно только в ступор.

Единственное, что можно сказать о современном художнике — что он в принципе существует. Наверное, у него есть MFA. Занимается он тем, что делает проект. Иногда у этого проекта есть тема. Лучше бы её не было.

Вот, в общем-то, и всё.

А дело вот в чём. С одной стороны, для художника совершенно нормально, когда его общественная роль следует за его эстетической интуицией. То есть, художник делает не то, что правильно, важно или полезно — он делает то, что хорошо выглядит. А то, что это "хорошо выглядит" затачивается параллельно какому-то мировидению, религиозному, романтическому, революционному или какому ещё идеалу — корреляция, не подразумевающая причинность.

Это совпадение эстетики и сути и создаёт работу. И конечная цель работы всегда состоит в том, чтобы у зрителя внутри возникал эффект, больше всего напоминающий щелчок пальцами. "Троица" Рублёва — щёлк. "Рождение Венеры" — щёлк. "Чёрный квадрат" — щёлк. И так далее.

Но работа не может не иметь сути совсем. Она может её только очень старательно избегать.

Так вот, художники первого послевоенного поколения  — не избегали сути. Им было о чём говорить, и своё совпадение они затачивали всю жизнь. Художники средней волны явно уже отталкиваются больше от чистой эстетики, и суть присутствует там если только пунктиром — в чём не их вина, а просто суть начала исчезать из собственно общественного диалога, и о ней стало намного сложнее пробовать говорить.

А совсем современный художник существует уже в таком вакууме, что и вообще съехал с идеи того, что ему нужно производить щёлкающие работы. Он движется по проложенным тропам актуального и злободневного, и существование своих работ оправдывает одним тем, что это актуальное там присутствует.

Это грубо, тупо, и нахуй никому не нужно.

Но почему это происходит?

Давайте посмотрим честно. Ирония, как главный элемент игры в постмодерне, ушла, поскольку мы начали сталкиваться с вещами, которые нельзя трактовать по-разному. Общественно-социальные вопросы из идеологических стали экономическими, и любая попытка внести туда что-то ещё оказывается неизбежно двухмерной. Личностные переживания не работают, поскольку личность пропала без вести где-то в Первую Мировую. Эстетизация очередного культа точных наук больше не требуется, поскольку точные науки научились сами себя эстетизировать. Материал как суть был слишком недавно. Поп-культура ушла в фольклор. На голый гуманизм мы, кажется, не способны. Насилие отталкивает, да и эпатировать современного зрителя не представляется сколько-нибудь возможным. Чистую феноменологию далеко не протащишь. Религиозного искусства достаточно в прошлом, а про общие духовные вопросы все решили делать вид, что их в принципе не существует.

И вот тут возникает резонный вопрос: и с какой это сутью предлагается работать художнику, если мир в принципе потерял способность о ней говорить?

У нас нет ничего. Опыт двадцатого века лишил нас возможности говорить о чём-либо. Плоскость и бедность на содержание всего, что сейчас создаётся в живописи и скульптуре — всего лишь тождественны плоскости и бедности содержания современного человека. И необходимость задавать вопросы о месте художника в современном мире — тоже симптом не кризиса в искусстве, а кризиса человека вообще.

Единственные хорошие новости тут в том, что в этом состоянии, как оказалось, невозможно долго задерживаться. Мы могли бы постепенно и на долгое время скатиться до состояния, когда вся культура по сути свелась бы к подписям конкистародов на стенах индейских пещер — "это мы, и мы здесь были". Но видимо этого уже не произойдёт (хотя хз, может и стоило бы).

Потребность в сути в мире таки присутствует. В мире искусства она ощущается очень остро. Хотя и недостаточно остро чтобы художники начали уже что-нибудь с ней делать.

А ведь может быть это и есть лучшее, что художник может делать в настоящий момент: напоминать об этой потребности в сути, о необходимости наполнения.

Что на данный момент он делает очень и очень плохо.

Но дальше, может быть, будет лучше.

Gleb Simonovотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
34

Глеб, я возможно совсем не прав, но мне показалось, что Вы формулируете такой подход, в котором художники сродни философов-мыслителей должны решать какую то Высшую задачу.
Но неужели это единственный подход? Я слабо разбираюсь в теме, но насколько сильно влияют все эти изобразительные ценности на реальную жизнь? По моему во все времена изобразительное искусство было зеркалом социальной и культурной жизни. В 20 веке появился дизайн и соответственно изобразительное искусство преобразовало производство товаров. В 21 веке каждому потребителю будет предоставлена возможность максимально унифицировать товары личного потребления и чем черт не шутит - самого человека. Чем ни прекрасная задача, преобразовать города, жилье и самого хомо сапиенс исходя из внутреннего представления о прекрасном. 

+2
Ответить

Нет, Даниил, художники не сродни философам и мыслителям, но то, что делает художник, категорически несопоставимо по масштабу вопросов с тем, что делает дизайнер. Художник, хочет того или нет, всегда предлагает зрителю модель интерпретации мира. А дизайнер да — унифицирует товары личного потребления. Просто к настоящему моменту унифицировать товары мы научились, а мир интерпретировать разучились.

+1
Ответить

Глеб, мне кажется Вы лукавите. Интерпретация мира (по Вашему определению), что ни на есть самая настоящая философия)

+2
Ответить
Ещё 12 комментариев

Даниил, ну поставьте рядом картину Ротко и томик Кьеркегора, и сами смотрите, чем они отличаются.

0
Ответить

Глеб, я дискутирую с Вами только потому что мне интересно Ваша точка зрения, но если абстрагироваться, и взять на вооружение определение, да хоть википедии

Филосо́фия (др.-греч. φιλοσοφία, дословно — «любомудрие», «любовь к мудрости») — особая форма познания мира, вырабатывающая систему знаний о наиболее общих характеристиках, предельно-обобщающих понятиях и фундаментальных принципах реальности (бытия) и познания, бытия человека, об отношении человека и мира 

Ротко я к сожалению не знаю, но если в картине есть элементы интерпретации мира (вероятно человеческого мира), то это уже структуированная информация и о об общих фундаментальных принципах реальности и бытия, и об отношениях человека и мира. Просто она обычно не полная и не замкнутая. Что с натяжкой можно сравнить с притчей, которую иногда называют философской притчей, где интересная история несет какой то элемент интерпретации бытия. Так что условно можно сказать, что и то и это объекты которыми философия может пользоваться, а значит и строить более общие теории на них.

Впрочем я могу ошибаться. 

+1
Ответить

Даниил, я не совсем понимаю, есть ли у вас вопрос, и если он есть, то в чём он состоит.

Про философию я уже ответил. Нет, художники не философы. Нет, дизайнеры не художники. 

-1
Ответить

Вау.

+1
Ответить

Ты про что именно? )

0
Ответить

Мне было очень грустно, и я зашла с надеждой на новые твои ответы. А выяснилось, что это еще и один из лучших ответов  и по форме, и по содержанию.

+1
Ответить

Не знаю, мне пока не нравится, как он написан — получилось сильно затянуто, и тоже местами нитки видны. Но я рад если тебе стало менее грустно. )

0
Ответить

Он проще, чем многие твои ответы, и очень классно и постепенно объясняет вот это вот все обывателю типа меня. И мне стало веселее)

0
Ответить

Похоже на пересказ Ivory Tower Фаулза, если бы Фаулз дожил до наших дней и хотел бы что-то сказать.

А вообще, все что я видел в последнее время из совриска (Берлинская биеннале к примеру) показалось немного инфантильной песочницей. Может быть, это взгляд русского человека, конечно, которому в силу среды, кажется что местным художникам всегда есть о чем сказать. :)

0
Ответить

Ты знаешь, есть и то, и другое, но при этом почему-то изо у нас задвинуто капитально. Иконопись, передвижники, авангард и всё. У нас что-то говорят в литературе, и когда это не слишком реакционно — то да, это работает. А в изо нет никого.

Ладно бы делали как на западе художники средней волны — очень точные, очень хорошие, реально профессиональные, пусть и полупустые работы. Но делают полный треш, который в США на выставке выпускников BFA показывать было бы стыдно.

А Фаулза я, ко стыду своему, не читал ещё. )

0
Ответить

очень. очень внятное эссе. класс! Но смутил комментарий и появился "у меня вопрос, и вот в чём он состоит":

в же идеале: а) Хорошие художники = философы; б) Хорошие дизайнеры = художники. Почему категорическое нет? тут даже появляется в) Хорошие дизайнеры = философы. (исторически - баухаус там всякий, вхутемас, даже тонет...) и не только о предметном дизайне речь, а скорее о проектировании в принципе.

0
Ответить

Не, ну если докрутить все определения до предела, то конечно дизайнеры = философы, а философы = пожарники. ) Художники не философы, потому им не обязательно. "Видению Савла" Караваджо не обязательно согласовываться с Первым Никейским Собором чтобы быть правдивым, а Ротко для красного не нужен Ницше. Конструирование смысла там происходит принципиально другими средствами — если угодно, средствами прямого восприятия, нежели философской дедукции. При этом, характер этих конструируемых смыслов достаточно далёк от всего того, на что максимум может претендовать дизайнер. Что и отличает в преподавательском составе Баухауса, допустим, Клее, от его остальных проектирующих коллег.

+3
Ответить
Прокомментировать

Художник XXI века одновременно отвечает на вопрос прохожего "Какой же ты художник, если даже я так смогу?" или "За такое разве не сажают?" и сам задает вопрос "А кто ты?"

Современное искусство отказывается от искусности и мастерства в привычном понимании и прячется глубоко внутри сознания художника и ищет такого же глубинного феноменологического отклика у зрителя. То-есть современные художники искусно придумывают идеи, события со зрителем, а КАК это воплотить - вопрос позапрошлого века.

Современный художник - это герой, противостоящий сильнейшим противникам, делающими его ремесло ненужным. Фотография изменила живопись, звукозапись изменила музыку, телевидение изменило кино, интернет изменил литературу. Качественные технологии тиражирования и комбинирования, все эти трехмерные принтеры, рисующие нейросети неизбежно меняют все жанры искусства. Художник ищет прописку в мире смыслов, вещей и форм, свое уникальное место, где бы он поднял знамя выше Машины. ) Он хочет сделать некопируемое в мире совершенных копий.

Машина умеет делать ровно, красиво, натуралистично, похоже, надежно и даже хаотично. Машина (мифологическая) ведет за собой людей (мифологических), увлекает их, меняет их привычки. Люди и машины как бы сотрудничают и дополняют друг друга, они часто похожи по поведению. Художник же делает наоборот: не ровно, не похоже, не правильно, спонтанно, телесно. Он кричит о том, что у него все еще 2 руки, 2 ноги, 2 яйца, болят раны и течет кровь. А у машины - нет! И это заявление сейчас важнее и интереснее для многих, чем то, что он может нарисовать интересную, реалистичную картину или похожий портрет. Он не исполняет (как машина), а проектирует, провоцирует, изобретает (как Человек с большой буквы). Машине нужны люди, чтобы измениться, и людям нужны машины для того же. А художники хотят сами себя менять, осознанно, и надеются, что заразят этим людей. А если возникнет умная машина, то художник будет стоять у ее истоков.

Когда-то художники учили людей видеть образ Божий, когда-то показывали величие человека, природы, потом было величие машины, когда-то что-то еще, ну вы знаете историю искусств. Кроме того, раньше художники были ходячими чудесами техники, почти волшебники, они создавали пространство на плоской стене храма, не фиговый аттрацкион для 14-го века, покруче современного Аймакса. А современный художник не является технарем потому, что подражать реальности не так уж трудно. Сегодня художники учат нас не быть машинами. Вместе с писателями, дизайнерами, философами и даже духовниками. Все учат по-разному, но все понимают, что это важно и даже оригинально. 

Если бы да Винчи жил сейчас, разве живопись его бы интересовала? Еще одна загадочная улабка? Как бы не так! ) Его бы интересовало одно - быть на переднем крае знаний и умений, где он в свое время и был! Его бы интересовали нанотехнологии, энергетика, искусственный интеллект (сложный и интересный, как Тайная Вечеря). Его нейросети, наверное, лучше всех распознавали бы и создавали визуальные образы.

Кстати, слово искусство сильно связано в головах обывателей с картинами и скульптурами. Если неожиданно сказать «Искусство!», мы вспомним зал Эрмитажа или Лувра, верно? Мона Лиза… греческие скульптуры. ) Литераторов и музыкантов мы вспомним не сразу… Вот если бы современное искусство, так не похожее на Дискобола и Джоконду (все эти инсталляции, редимейды и перформансы) называли не искусством, а скажем Предметной Поэзией… или Открытым Театром! Тогда бы, наверное, не было столько негодования от ожидавших посмотреть на цветы в вазе, а увидевших акулу в формалине. Они бы сразу шли в открытый театр и все – что не понятно? )) И говорили бы так: «был сегодня на вечере поэзии вещей, так интересно! Мне запомнилась одна комната с текстом «Физическая невозможность смерти в сознании живущего», и в центре комнаты, прикинь, акула в формалине, вот это сильно подмечено!

2
Прокомментировать

Художник в XXI веке и художник XXI века это разные вещи. Понятие художника сильно размылось. В XX веке искусство разделилось на low art и high art. В первом случае вам не надо обладать профессиональными навыками для создания произведения искусства, во втором надо обязательно. И чем дальше мы идем, тем больше начинает доминировать low art. Ритм жизни ускоряется, времени становится всё меньше. Человек может за час перед монитором просмотреть 1000 картинок в интернете. А на некоторых картинках будут произведения искусства, на которые создатели тратили годы. Непритязательный зритель скорее посмотрит новые произведения через монитор, чем пойдет или поедет на выставку. Выставки во многом потеряли свою функцию шоу, представления новинок. По этим и многим другим причинам ценность мастерства падает. Лучше попробовать побольше всего разного и быстрого, нащупать из многих тем одну, что выстрелит, проверив множество разных. Что-то действительно выстреливает, художник получает минуту славы. Минуту по меркам тысячелетий истории искусства. Акционизм, претенциозность становятся мейнстримом художника XXI века.  Популярность, широкая огласка, имя как торговая марка - это тот путь. Причем не важно бизнес ли это проект, или просто человек жаждет славы. А возможно и просто хочет поднять перед обществом какие-то проблемы. 

Тем не менее если вы все же художник в XXI веке, то это немного о другом. Куда мы идем - сложный вопрос. Но нужно помнить , например, что просто исходя их определения искусства, нельзя забывать об эстетическом удовольствии, которое должен получать зритель. А также нужно задумать над тем, что делало великих художников прошлого великими. Думаю главная задача художника - оставить что-то после себя. А оставались, как правило, художники которые работали над вечными филосовскими темами или были летописцами своего времени. Демон Врубеля вечен. Над ним задумался бы и человек, живший в XI веке, конечно же с позиций своего мировоззрения, и человек XXI века и человек, что будет жить через 500 лет. Также как бесценны произведения искусства, отражавшие важные исторические события своего времени или просто быт. 

Отсутствие сути и прочие проблемы, поднятые в вопросе безусловно присутствуют. Но они не создают тупика. Много ли сути в натюрмортах голландцев или пейзажах Бирштадта? Да на самом деле нет. Она есть, но она просто и понятна всем. А много ли из известных сейчас художников поднимают религиозные темы, не ради кича и осмеяния? А где сложный символизм? Не мейнстрим? Ну тогда это к первой части - где быстро и без умений. Порой надо заточить себя в башню из слоновой кости лет на 10, работая над техникой, созерцая себя. А хороший коллекционер есть и сейчас. Вы работаете не на фэйсбук, а на человека, который не светится, но собирает свою коллекцию, о которой сейчас никто не знает, но может лет через 100 именно она будет ездить по всему миру и греметь. 

Проблема в том, что многим хочется всего здесь и сейчас. А настоящие художники растят себя десятелетиями. 

Немного в дополнение порекомендую обратить внимание на картины David Gluck, Jeremy Mann, Jeremy Lipking, Jaoming Wu, Carlo Russo. Да полно сейчас художников, которые просто работают. Хорошо работают, и стоят дорого. Думаю и через 100 лет о них будут помнить и стоить они будут больше. 

2
Прокомментировать
Читать ещё 1 ответ
Ответить