Silver Lining
11 июля 19:42.
26923

Есть ли аспекты, с которыми вы не согласны в философии Айн Рэнд?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
34
5 ответов
Поделиться

Ну — пара расхождений, наверное, наберётся.

Мне не слишком импонирует мысль, что коренные народы не имеют права на землю, если недостаточно её освоили к приходу завоевателей, а экология как принцип вообще является ересью т.к. "осуждает города и интеллект".

Вызывает сомнение теория, что женщина может одобрять изнасилование себя если это делается прямо и без тени стыдливости, к тому же что женщина суть низшее существо, и смысл жизни её в том, чтобы боготворить героя-мужчину.

Я не уверен, что психопат, который убил, изнасиловал и расчленил 12-летнюю девочку, обладает "прекрасным, свободным и лёгким сознанием", и что он является достойной ролевой моделью для современного человека.

Или что альтруизм любого рода является аморальным, и столь же аморальным является милосердие. То есть, допустим, во время войны было бы аморальным не убивать невооруженного противника, умоляющего о пощаде.

Но это всё наверное можно было бы списать на сторонние и исправимые баги, если бы сама лежащая в основе философии Ранд концепция была сколько-нибудь вменяемой. К сожалению, здесь тоже не всё гладко.

Философия

Вообще, профессиональное философское сообщество начисто отказывает Ранд в праве называть свои труды философскими — главным образом на основании банальной безграмотности автора в отношении собственной дисциплины.

Так, в положениях Ранд совершенно отсутствует какая-либо система модальной логики. Если спросить рядового объективиста, какой тип аксиоматики использует объективизм — формальную, полуформальную или естественного вывода — на вас, скорее всего, в лучшем случае сморгнут, после чего продолжат гнать что-нибудь про свободу, капитализм и личные интересы каждого. Вопросы формальной логики никогда Ранд особенно не заботили.

И не удивительно — едва ли какая-либо существующая система смогла бы выдержать творящийся в трудах Ранд семантический хаос. Например, у Ранд есть не одно, а два различных определения здравомыслия, одно из которых предполагает, что здравомыслие это просто то, что приносит счастье (и что звучит примерно как попытка открыть дверь своей квартиры автобусным талоном). К счастью, последователи Ранд в ответ на критику придумали ещё и третье и четвёртое определение здравомыслия, но те уже не считаются каноничными.

Далее, у Ранд отсутствуют такие базовые методологические принципы как разделение между смыслом и значением (сам предмет vs информация о предмете), что является философским эквивалентом незнания таблицы умножения.

Что, впрочем, не удивительно: Ранд терпеть не могла символистскую логику и считала её оторванной от реальности субъективной игрой, так что всякие её постулаты и влияния отрицались, видимо, не предполагая, что в неё входят такие банальные вещи, как, например, математика.

У Ранд с математикой вообще было не очень: например, она сопротивлялась идее бесконечности в математическом анализе на основании того, что ничто бесконечное просто не укладывалось в её якобы аристотелевскую доктрину. Чтобы обойти это абсолютно бредовое противоречие, один из последователей Ранд отговаривался тем, что бесконечность имеет конец, который находится там, где считающий перестаёт считать. Серьёзно.

Опять же, всё это можно было бы списать на чисто внутренне-философские проблемы, не имеющие никакого отношения к вопросам свободы личности и морального эгоизма. Но нет, все распадается на совершенно доступном базовому читателю уровне.

Просто принцип "объективная реальность, рационализм, капитализм и эгоизм" невозможно загнать в один философский дискурс. Нельзя говорить об объективной реальности в обход эпистемологии, и нельзя в обход онтологии говорить о моральности эгоизма. Это как строить мост на отсутствии колонн. У нас нет никакого понятия о реальности, тем более объективной, тем более о нашем положении в оной (см. список нерешенных проблем философии и иже с ними). И утверждать обратное является просто банальной подгонкой решения к готовым ответам без малейшей попытки их хоть как-то обосновать.

Поэтому не удивительно, что философия Айн Ранд легче всего принимается подростками, для которых индивидуализм — это спорить с родителями, а глубже разбираться не обязательно.

Так вот, и на этих недоказуемых, взятых как аксиомы идеологических постулатах Ранд пытается строить не что-то там, а политическую теорию. Которую типа нужно применять. В жизни.

Политика

Проблема в том, что подход Ранд к политической теории – базировать устройство общества на голых метафизических постулатах – на момент появления объективизма вышел в тираж уже лет этак 400.

Во-первых потому, что он банально неэффективен, и у нас есть достаточно полевых исследований чтобы это обосновать — спасибо социологии и статистике.

Во-вторых, потому что когда мы заставляем социум работать таким образом, мы лишаем себя возможности оценить успешность или неуспешность наших усилий и внести в курс действий необходимые коррективы. Иными словами, мы больше не можем оценивать сложившуюся систему в плане того, работает она, или не работает — мы может только следить, насколько она соответствует чертежам.

Так что то, что предлагала Ранд, было ещё дальше от земли, чем действительные программы коммунистов, нацистов и даже самых прожженных капиталистов. Те хоть как-то ещё соотносили теорию с реальным положением дел в стране.

Так, например, идея свободного рыночного капитализма Laissez-faire как высшей формы экономической организации (на основании того, что капитализм, по Ранд, наиболее рационален), сталкивается с той проблемой, что без вмешательства государства частные лица во главе корпораций вполне склонны топить экономику ради достаточно небольшой личной выгоды - что в случае даже небольших отклонений от курса иногда приводит к катастрофическим последствиям. Первая попытка ввести полноценный Laissez-faire работала ровно до первого неурожая, после чего привела к массовому голоду, пока государству не пришлось вмешаться чтобы снизить цены на хлеб. С тех пор сценарий повторяется практически идентичным образом на примере большинства финансовых кризисов - так что надо признать, что по крайней мере на данный момент смешанная экономика много раз эффективнее неконтролируемого свободного рынка.

Но даже если обойти невозможность экономической реализации, остается проблема с реализацией судебной и исполнительной власти. Рандианская утопия предполагает рандианское государство, которое поддерживало бы права граждан, неприкосновенность частной собственности, предотвращало бы насилие, решало бытовые иски и т.д. Но это предполагает вмешательство государства в частную жизнь, что по Ранд есть зло, а главное это подразумевает систему налогооблажения, что по Ранд тоже есть зло. Можно конечно было бы построить систему, которая решала бы подобные вопросы коллективно... но это уже предполагает частичный отказ от собственности, и немного скатывается в социализм. Который по Ранд есть зло. И так далее.

(Тут второй раз можно упомянуть о склонности объективистов запихивать в свою аксиоматику не только социальные, но и точные науки: так, Ранд выступала против квантовой физики на основании того, что видела в ней "дурное влияние Канта".)

К слову, многие главы корпораций действительно пытались строить свои компании по рандианской модели. В частности, известен опыт компании Sears, сети супермаркетов одежды и бытовых предметов, где главам отделений было специально предписано действовать из собственной выгоды, в надежде что невидимая рука рынка сама выкинет наиболее неразумных, а остальные, проникнувшись максимальным рационализмом, выведут компанию на верхушку своего рыночного сектора. Получилось, как вы понимаете, с точностью до наоборот: между отделениями началась масштабная междоусобная война за ресурсы и финансирование, пока большая часть сотрудников массово не перешла работать на конкурентов, а Sears за пять лет практически обанкротился.

Впрочем, можно сказать, что я опять придираюсь, и все эти сугубо политэкономические вещи должны заботить сугубых политэкономистов, а вовсе не рядового юзера, с тоской по меритократии с собой во главе мира. Ведь в конце концов, экономика всё-таки строится на моделях, в которых всё население состоит из отдельных неизлечимых эгоистов, всегда ставящих собственных интерес превыше всего остального. Да?

Нет. Дело в том, что реальные экономические модели, в отличие от умозрительных догматических, время от времени проходят ревизию и анализ. И так вот этот анализ свидетельствует, что люди в массе своей не только иррациональны, не только склонны действовать сообща, но и в целом предпочитают альтруистичные действия эгоистичным, и так или иначе осуждают последние. Банальный пример из статистики — люди гораздо больше и чаще сдают кровь в травмпункты когда за неё ничего не платят. Просто так. Без пропаганды и увещевания и всяких давлений со стороны. Действенные способы поправить финансовое положение Как заставить деньги работать?Как научиться экономить?Блогинг — способ заработать или хобби?

Что прекрасно переводит нас к вопросам объективизма и этики.

Этика

Пример самого банального этического противоречия можно найти в романе "Fountainhead": когда архитектор Роарк уничтожает собственное здание, нам предлагается поверить, что он возвращает себе законные права на видение проекта. Но разве этот проект принадлежит одному ему? Что насчёт людей, которые его финансировали, то есть будущих жильцов, уже выкупивших квартиры, внезапно ставшие грудой железобетона? Что насчет строителей, которые работали над зданием совершенно физически, неиллюзорно рискуя жизнью во время работы? Роарк не принимает в расчёт их совершенно рациональные интересы: его подают как единоличного владельца всего проекта на основании одной задумки, а вопрос реализации игнорируется как второстепенный. Более того: из всех возможных вариантов дальнейших действий он выбирает максимально разрушительный.

Роарка, конечно, оправдывают — очередной совершенно невозможный в реальном мире сценарий. Но такова была позиция Ранд по поводу искусства в целом — везде должны быть позитив, идеологическая выверенность и хеппи-энды. Всякое искусство, прославлявшее тоску и уныние, объявлялось упадническим (ничего не напоминает?) и записывалось в коллекцию мирового зла. Я, кстати, не шучу: Ранд действительно использовала по отношению к нему слово "зло". Но мы отвлеклись.

Концепция морального эгоизма просто не может прийти к какой угодно функционирующей модели общества, поскольку она постулирует какой-то совершенно абсурдный уровень независимости людей друга от друга. А люди друг от друга как бы не независимы. Мы – не острова. Вы можете себе представить людей с идеями и амбициями Джона Галта, которым нужно, допустим, присматривать за детьми в детском саду? Айн Ранд просто игнорирует подобные вопросы, закидывая их крупными лозунгами индивидуальной свободы и личного героизма, а дыра так никогда и не восполняется.

Дело даже не в банальном "поступай со всеми как хочешь чтобы поступали с тобой", нет. Оно разваливается значительно раньше, уже на уровне формулировки, поскольку содержит неизменное противоречие.

К примеру, возьмем проблему владения землей. Капиталистическая доктрина утверждает некоторый абсолютизм частной собственности: земля кому-то принадлежит, и должна передаваться путем наследственности, пока не будет продана кому-то еще. Но всякая земля, куда ни ткни, переходила из рук в руки десятки раз недвусмысленно насильственным путем. В чем тогда заключается оправдание текущего владения землей? Должна ли она быть перераспределена? Ранд обходит этот вопрос утверждая, что землю можно и нужно забирать себе, если у соседа там помидоры, а вы собираетесь построить автомобильный завод. Но это лишает смысла само понятие владения, легитимного или нелегитимного, на уровне словарного определения. В чём состоит понятие собственности, если она вам не принадлежит?

Такие логические цепочки не могут существовать в реальном мире. Они работают только в условиях, противоречащих их собственным, то есть в качестве реакции и оппозиции. Иными словами, философия Ранд может существовать только в форме социопатии и только в условиях привычной нам социальной морали, поскольку в противном случае ей просто не от чего будет отталкиваться.

Так что не удивительно, что сама Айн Ранд не следовала абсолютно ничему из того, что проповедовала в массы. Утверждая, что государственная помощь не должна оказываться тому, кто её не заслуживает (равно как и тому, кто её заслуживает), она тем не менее получала пособие по безработице из-под липовых документов. Заведя себе молодого женатого любовника (сама тоже будучи замужем), и находясь с ним в гласных и открытых всем отношениях (с мужем она была до обеда, с любовником после обеда; двое часто пересекались и даже пожимали друг другу руки) она тем не менее обвиняла его в полном моральном упадке и разложении, когда выяснилось, что молодой женатый любовник тоже нашел себе молодую любовницу. Не меньшей проработке подверглась, кстати, и его жена, за то, что вовремя не настучала Айн Ранд о происходящем. Красиво, правда?

Длинное заключение

Все эти дыры в философии, политике, этике — зияют совершенно очевидно и без прижизненных попыток Айн Ранд хоть как-нибудь их залатать. Что свидетельствует в свою очередь об одной из двух вещей: или Айн Ранд тупо о них не знала (что очевидно не так, ибо профессиональное общество не стеснялось указывать на них пальцем и обводить красными фломастерами), или она просто считала, что ей так можно. Что это нормально.

И тут стоит вспомнить, наверное, самую говорящую из всех её цитат:

"I am done with the monster of “we,” the word of serfdom, of plunder, of misery, falsehood and shame. And now I see the face of god, and I raise this god over the earth, this god whom men have sought since men came into being, this god who will grant them joy and peace and pride. This god, this one word: I."

Чувствуете? На самом деле, весь этот рационализм, эгоизм, объективизм — всё это прикрытия. Главная мысль Айн Ранд — в том, что Я – это бог.

А на эту тему есть прекрасная история.

Есть один человек. Назовем его Анатолем.

Лет в двадцать с копейками он был образцовой моделью рандианского героя: красивый, молодой, творческий, ужасно талантливый. Типичный центр тяжести и душа компании. Он мог позволить себе не только вести фривольный, достаточно токсичный образ жизни, держаться открытых отношений и быстро находить новые, но и снисходительно относиться к общественной морали. А почему бы и нет — когда у тебя всё-всё офигенно, а у всех остальных постоянно какие-то драмы, травмы и нет времени ни на что — очень легко чувствовать себя если не выше и лучше, то как минимум не связанным всем тем, что так или иначе связывает всех остальных.

Он и чувствовал. Другие люди для него не то чтобы не существовали, но он просто всегда держался всего хорошего и никогда не лез ни во что плохое: то есть когда у кого-то в его окружении возникали проблемы, он просто отшучивался, говорил что всё это бред, и пропускал дело мимо ушей. И Анатолю не могло прийти в голову, что от его действий может кто-нибудь пострадать. Тем более он сам.

Таким Анатоль был 10 лет назад.

Не так давно мы столкнулись с Анатолем на улице. Он шел с собрания Анонимных Алкоголиков. Дело в том, что в какой-то момент Анатоль попал в компанию не к тем людям, завёл не ту интрижку, и получил шилом в бок. Выжил, но последствия были так себе. От травмы и прогрессирующего алкоголизма у него полетел обмен веществ — и он пожелтел, растолстел. Когда поддерживать прежний образ жизни стало уже не по корпусу, Анатоль впал в продолжительную депрессию, сел на таблетки, был не в состоянии работать и потерял жилье. Как и следовало предположить, помочь ему было некому, поскольку накопленные им знакомства были не из той среды, что славится повышенным альтруизмом. Пить, тем не менее, не бросил. До первой попытки. Только тогда записался наконец в известное общество — и вот ходит, лечится.

На банальное "как дела" Анатоль сообщил удивительную вещь, которую он осознал только что, в почти уже сорок лет, слушая чужую исповедь в чьем-то бейсменте на собрании:

"Кажется, я понял, что я не бог."

Вот так вот оно и выглядит: первое вступление человека в реальный мир. 

Вся эта чудовищная гордыня, идиотская модель мироздания, в которой вы не являетесь ничем абсолютно (в каком-либо априорном гуманизме Айн Ранд нам тоже отказывает), но при этом тем не менее почему-то встаёте в центр вселенной — она работает в школе, работает в универе, работает иногда даже в ранний двадцатник, но рано или поздно жизнь ставит людей на место. Поскольку так уж получается, что всё, чем мы владеем — временно, что наши желания — иллюзорны, что наше видение других — обманчиво и несправедливо, и никто из восьми миллиардов на этом свете не знает, ни что такое эта объективная реальность, ни как строить общество, ни даже как спасти себя самого, когда всё, что когда-то составляло вашу идею себя, начинает под действием времени просачиваться сквозь пальцы.

А надо — всего-то — признаться, что ты не бог.

Анатоль не бог, я не бог, вы не бог, и уж тем более Айн Ранд не бог.

И поверьте, чем раньше человек это сделает, тем меньше вероятности, что жизнь ему что-нибудь на это ответит.

Gleb Simonovотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии

Критиковать объективизм - это как критиковать паблики для школьников типа "пацанская философия". А искать некие нравственные векторы у Айн Рэнд можно так же успешно, как и у Дарьи Донцовой. Весь ее "обжективизм" суть отрицание вещей и явлений, которыми руководствовалось человечество тысячи лет: взаимопомощь, жертвенничество, стремление к общему благу, эмпатия и взаимоуважение.

очень странно почему появляются такие вопросы относительно человека, вклад которого в развитие философии сопоставим с вкладом Доминика Джокера в мировую музыкальную культуру.  Намного интереснее было бы увидеть вопросы и размышления по поводу философии Юма, Канта, Шопенгауэра, Витгенштейна, Хайдеггера и прочих действительно значимых философоф.

Аркаша Долгорукийотвечает на ваши вопросы в своейПрямой линии
Показать остальные 2 ответа
Ответить