Andrew Demkins
февраль 2016.
6553

Почему такое крупное военное объединение европейских стран и США до сих пор не смогло остановить ИГИЛ?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
26
9 ответов
Поделиться

Сейчас участие западных стран ограничено авиаударами по боевикам «Исламского государства» (далее — ДАИШ), сопряженными с оказанием помощи другим сторонам конфликта. Это и поддержка Свободной сирийской армии, и поставки припасов и оружия для сирийских курдов из YPG/J, и не очень удачная попытка подготовить сирийских добровольцев. С одной стороны, нынешняя стратегия не дает ощутимых результатов — по докладу ЦРУ, за год бомбардировок были убиты до 10 тысяч бойцов ДАИШ, но потоки рекрутов восполняли потери террористов в живой силе. Более успешно проявляется направление для помощи курдам, которые в коалиции со Свободной сирийской армией на западе и фактическим союзом с лояльными режиму фракциями на северо-востоке (например, с Сирийской армией и Национальными силами обороны в Эль-Хасаке) наносят последовательные поражения боевикам ДАИШ.

А теперь о том, почему наземную операцию проводить не имеет смысла:

1. Это будет означать символическую победу ДАИШ, так как апокалиптичная мифология этой организации говорит о сражении с «потомками Рима» (то есть христианами = западной цивилизацией) в северной Сирии, около контролируемого террористами города Дабик (близ Алеппо). По созданному в июле 2015-го плану этот город должен был войти в буферную зону, которую США предлагали создать с помощью турецких коллег, но от изначального плана вскоре отказались (а после речь шла максимум об использовании местных повстанцев, которых Турция могла бы поддержать своей артиллерией и авиацией). Исполнение этого пророчества могло значительно усилить потоки суннитов, желающих присоединиться к организации, ибо оно встречается в хадисах ( см. 52-й малый признак Судного дня: vk.cc ). Одна из главных задач ДАИШ — приобрести как можно больше легитимности в глазах мусульман, и подобное событие могло бы серьезно усилить их восприятие в подобном качестве.

2. Некому передать управление Сирией. Несмотря на то, что Запад поддержал создание Сирийского национального совета, представившего оппозицию режиму, сейчас СНС тяжело назвать серьезной политической силой. Если раньше это объединение представляло из себя союз оппозиционных сил против Асада (включая даже «фронт ан-Нусра», являющийся филиалом «Аль-Каиды» в Сирии и Ливане), то сейчас СНС — это, скорее, финансовый посредник для значительно ослабленной Свободной сирийской армии. В итоге нужны другие претенденты на роль переходного правительства, а умеренных сил, с которыми можно плодотворно работать, в стране попросту нет.

3. Наземная военная операция станет «топором», а для решения основных задач США в Сирии нужен, скорее, «скальпель». Что это за задачи:

— поддерживать местные силы в борьбе против ДАИШ;

— обходиться без прямых атак сил режима (иначе каша заварится похуже Ирака-2003, с сотнями погибших солдат из США и союзных стран, что приведет к значительным внутриполитическим проблемам для лидеров этих стран);

— не позволить усиливаться другим экстремистским группам (вроде «фронта ан-Нусра»).

Решать задачу придется в большей степени дипломатическими усилиями, дабы не антагонизировать режим, но при этом не быть непоследовательными (прямо мириться с Асадом Западу будет невероятно сложно, посему эти шаги будет предпринимать в лучшем случае своенравная Турция, а в худшем США придется серьезно перерабатывать всю свою ближневосточную политику, переосмысляя отношения с большинством стран региона). Но в любом варианте развития событий Запад нуждается в умеренных местных силах, желательно за счет суннитского населения.

К примеру, в 2007 году «Исламское государство Ирака» было почти полностью уничтожено именно благодаря умеренным суннитам в Ираке. Им были обещана интеграция в систему внутренних сил и армии Ирака, и прочие «плюшки» (ибо после свержения Саддама суннитам пришлось достаточно несладко), но в итоге власти Ирака на это не согласились, а Вашингтон решил из-за этого лишний раз свой политический вес не растрачивать, посему не стал оказывать давления на тогдашнего премьер-министра Малики. Думаю, что этот прецедент говорит не только о подорванном кредите доверия к местным властям и Западу, но и о том, что умеренные силы действительно могут одержать верх над радикальными исламистами. Подробнее об иракском опыте я писал здесь — https://tjournal.ru/p/explaining-syria-and-iraq

Так или иначе, самый оптимальный сценарий борьбы рассчитан на несколько лет, а значит кашу эту расхлебывать всем придется еще долго.

Ответ очень прост - они не хотят!

На самом деле, смешно верить в то, что ИГИЛ может восприниматься, как равный соперник для НАТО. Более того, ИГИЛ - это даже не угроза для Турецкой или Израильской армии. Если отвлечься от теорий заговора и аргумента в духе "это все пиндосы", то можно заметить, что Ближний Восток издревле был мировой "пороховой бочкой". В этом регионе пересекаются многие стратегические интересы самых разных государств. Раз вопрос об ИГИЛ, то давайте подробно рассмотрим, что это и кому выгодно.

ИГИЛ и США: для США ИГИЛ это угроза, которая оправдывает раздутый военный бюджет. Бомбардировки - один из способов отмывания денег. Эффективность невысокая (нужна ли она?), но при этом удовольствие очень дорогое. Но эта проблема не стоит человеческих жизней американских граждан. Вернее, таковой её не видят в Белом Доме, особенно, когда перед глазами печальный опыт Афганистана и Ирака.

ИГИЛ и Саудовская Аравия, ОАЭ и Катар: эти страны объединяет одно - все они стремятся к доминированию в регионе и Исламском Мире. В зависимости от ситуации, организация получает финансовую поддержку от того или иного королевства. ИГИЛ для них это инструмент борьбы за власть.

ИГИЛ и Турция: с одной стороны, ИГИЛ - мешает амбициозным планам Стамбула - возродить в новом виде империю Османов (эта идея проскальзывает сквозь многие речи Эрдогана), с другой стороны, Турция против власти Асада и, что еще важнее, против турецких курдов, которые пришли на помощь сирийским курдам и успешно действуют против армии ИГИЛ на территории Сирии и Ирака. Если учесть, что курды давно мечтают о независимом Курдистане (в том числе частично на территории современной Турции) и в данный момент набираются опыта боевых действий и авторитета освободителей, то движение сепаратистов получит новое дыхание.

ИГИЛ и Россия: с одной стороны ИГИЛ в перспективе может дестабилизировать ситуацию на Кавказе, уже сейчас отношение к организации далеко не такое, как должно бы быть к жестоким террористам, но с другой ИГИЛ прямо сейчас помогает Асаду удерживать власть.

Пока действия ИГИЛ в той или иной степени удовлетворяют интересам какой-либо страны, организация будет существовать. Но как только они перестанут или станут слишком сильными, военная мощь развитых стран с легкостью подавит эти силы.

ИГИЛ невозможно остановить без проведения полноценной наземной военной операции в духе иракской или афганской кампании. Учитывая, что население как в США, так и в Европе, выступает резко против проведения такого шага, ни один глава государства не будет инициировать этот процесс.

Сейчас же США и их союзники пытаются мобилизовать на борьбу с ИГИЛ иракскую армию, а также другие повстанческие группировки, поддерживая их военной помощью и ударами с воздухе. Эта стратегия рассчитана на повторение сценария, в результате которого в 2011 г. был свергнут режим Муаммара Кадаффи.

Она не исключает локальных успехов, однако не позволит достичь полной победы над ИГИЛ. В первую очередь в силу того, что конфликт в Ливии представлял собой противостояние различных племен, а конфликт с ИГИЛ носит в первую очередь религиозный характер.

В условиях, когда ИГИЛ принимает в свои ряда всех людей, недовольных политической или экономической ситуации в своих странах и готовых присягнуть на верность радикальному исламу, новоявленный халифат будет постоянно иметь "подпитку" из целого ряда государств Ближнего Востока, отличающихся невысоким уровнем жизни, социальной нестабильностью или религиозными конфликтами. К тому же, те силы, которые воют с ИГИЛ "на земле" зачастую не объединены ничем кроме желания защиты той территории, которую они контролируют. И они совсем не хотят воевать с ИГИЛ где-либо за пределами этой территории.

Таким образом, победить ИГИЛ коалиция во главе с США сможет всего двумя способами - либо через проведение масштабной наземной операции, которая будет сопровождаться существенными военными потерями, либо создав условия, при которых ИГИЛ перестанет получать людскую "подпитку".

Первое невозможно без радикального изменения общественного мнения, которое может произойти только если ИГИЛ совершил масштабную террористическую атаку против одной из стран-участниц военной коалиции. По масштабу сопоставимую с событиями 11 сентября 2001 года. В этом случае поддержка наземной военной операции возрастет и ее можно будет провести в качестве возмездия за атаку со стороны ИГИЛ.

Второй вариант еще сложнее - он потребует принципиальной корректировки ближневосточной политике целого ряда западных государств и больших финансовых вливаний без гарантии стопроцентной отдачи.

В нынешней ситуации США и их союзники ни готовы пойти ни на первое ни на второе. И если не произойдет каких-либо радикальных изменений, такое положение дел может сохранится надолго.

Показать ещё 6 ответов
Ответить