Артем Волков
май 2016.
1089

Есть ли книга, в которой много черного юмора, а купить ее можно в обычном книжном магазине?

Ответить
Ответить
Комментировать
0
Подписаться
4
6 ответов
Поделиться

Я бы посоветовал творчество Дмитрия Горчева. Абсурд, черный юмор, мизантропические байки и "подпольные" притчи даровитого нарушителя всех литературных конвенций и табу.  

"Когда москвич идет по улице с сотовым своим телефоном, который выдали ему при рождении и положат ему в гроб после смерти, он обязательно говорит в свой телефон: «Я иду». Если он садится на скамейку, он обязательно скажет: «Я сел на скамейку». Потом скажет: «Вот я встал и пошёл». Понятно, конечно, что никакой живой или мёртвый человек такие сообщения слушать бы не стал, поэтому на обратном конце телефона сидит Робот, Которому Всё Интересно. Этот робот, например, от сообщения «я иду» страшно волнуется, кричит: «Да ну нахуй!!! Да не может этого блять быть!!! А куда идёшь? А откуда? А когда придёшь? Ну? Ну?!!! Да это же просто охуеть можно!!!» Особенность этого робота заключается в том, что ему на самом деле страшно интересно. Потому что это у него такая одна-единственная функция. Если ему вдруг станет неинтересно, то его просто-напросто выключат, и пиздец."

5
0
Прокомментировать

Смотрите, вот пьшаговый план действий:

1) приходите в книжный;

2) берёте Пелевина, Зотова, Довлатова, ежели хотите ещё и подзагнаться - Генри Миллера;

3) готово! Вы восхитительны!

0
0
Прокомментировать

Помимо вышеупомянутых Джозеф Хеллер "Уловка 22" ( или Поправка 22) -отличная книга, насыщенная черным юмором и абсурдом. Также можно в этот список добавить Владимира Сорокина.

0
0
Прокомментировать

На ум сразу приходит Чарльз Буковски, там есть и черный юмор и бездны печали. Много черного юмора в трилогии Роберта Антона Уильсона "Иллюминатус". Ну и классики "крутого" детектива - Чандлер, Хэммет.  Владимир Сорокин периодически крайне смешон.

0
0
Прокомментировать

Буду банален и предложу Хармса.

Не хвастаясь, могу сказать, что, когда Володя ударил меня по уху и плюнул мне в лоб, я так его схватил, что он этого не забудет. Уже потом я бил его примусом, а утюгом я бил его вечером. Так что умер он совсем не сразу. Это не доказательство, что ногу я оторвал ему ещё днем. Тогда он был еще жив. А Андрюшу я убил просто по инерции, и в этом я себя не могу обвинить. Зачем Андрюша с Елизаветой Антоновной попались мне под руку? Им было ни к чему выскакивать из-за двери. Меня обвиняют в кровожадности, говорят, что я пил кровь, но это неверно: я подлизывал кровяные лужи и пятна — это естественная потребность человека уничтожить следы своего, хотя бы и пустяшного, преступления. А также я не насиловал Елизавету Антоновну. Во-первых, она уже не была девушкой, а во-вторых, я имел дело с трупом, и ей жаловаться не приходится. Что из того, что она вот-вот должна была родить? Я и вытащил ребенка. А то, что он вообще не жилец был на этом свете, в этом уж не моя вина. Не я оторвал ему голову, причиной тому была его тонкая шея. Он был создан не для жизни сей. Это верно, что я сапогом размазал по полу их собачку. Но это уж цинизм обвинять меня в убийстве собаки, когда тут рядом, можно сказать, уничтожены три человеческие жизни. Ребенка я не считаю. Ну хорошо: во всем этом (я могу согласиться) можно усмотреть некоторую жестокость с моей стороны. Но считать преступлением то, что я сел и испражнился на свои жертвы,— это уже, извините, абсурд. Испражняться — потребность естественная, а, следовательно, и отнюдь не преступная. Таким образом, я понимаю опасения моего защитника, но все же надеюсь на полное оправдание.

1
-1
Прокомментировать
Читать ещё 1 ответ
Ответить
Читайте также на Яндекс.Кью
Читайте также на Яндекс.Кью