Почему религиозные структуры фактически не публикуют отчеты о доходах и расходах, хотя это общественные учреждения, финансируемые за счёт пожертвований?

63
1
0
27 мая
18:42
июнь
2016

Потому что этого не требуют те, кто жертвуют. Более того, попытки даже просто обсудить в прихожанами православных храмов эту тему наталкиваются на жесткое непонимание - "Как можно с жертвы Богу требовать отчёт?"

Акт пожертвования верующего "на храм" - это не покупка морального удовлетворения (как в случае с благотворительностью) и не инвестиция в решение проблемы (как в случае с поддержкой гражданского активизма). Это акт в отношениях с Богом, это очень личное действие. В центре внимания тут находится не нуждающийся (Богу ничего не нужно) и не проситель (он лишь орудие в руках Всевышнего), а жертвователь. 

Собственно, у меня была статья об этом. Вот оттуда:

В мотивировках верующего есть одна важная деталь, которая собственно и делает верующего — верующим. Светский человек оценивает свои действия с точки зрения той или иной морали, просчитывает последствия со стороны общества, он может принимать во внимание влияние своего поведения на баланс политических сил или своё существование завтра и послезавтра, но у верующего в любом случае внутри на одну инстанцию больше: верующий чувствует на себе постоянно Божий взгляд, любящий и судящий.

Всякое свое действие верующий человек стремится соотносить с Волей Божьей. Господь для православного понимается как Некто очень близкий, как Тот, Кто знает всё и Которому необходимо доверять и Который подлинно, искренне, до Крестной Смерти любит всякого человека. Верующий всегда помнит, что «ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе». И если Господь, в лице Церкви просит у тебя денег — то оскорбительно даже предполагать их «нецелевое использование». Благой Бог всегда лучше знает, как распорядиться и в этом случае тоже. Поэтому деньги на храм, деньги для Церкви стоит давать не требуя отчёта, передавая их — психологически — непосредственно в руку Божию. Место же требований отчётности занимает обращение опять же непосредственно к Господу — молитва.

Таким образом, в ситуации церковного сбора требование отчёта выглядит оскорблением, нарушением близости между верующим и Богом, как в описанном выше случае, когда близкие люди помогают друг другу и не нарушают своей близости денежным вопросом. Опять же, Церковь и её служители в данном случае выступают как тот несущий важнейшую функцию субъект, который достоин награды и поддержки. Потому что Церковь для православного верующего — это то, без чего жить просто нельзя, и потому материальная поддержка Церкви для верующего естественна и безотчетна: эти люди помогают мне в том, что важнее жизни и смерти, неужели я буду давать им деньги расчетливо? Российская традиция понимания добра исключительно как снятия последней рубашки, когда величина добра прямо пропорциональна последнести рубашки, родом, возможно, именно отсюда.

Верующие вообще живут — или как минимум должны жить — каждый день как последний, в состоянии вечного духовного и нравственного напряжения. В данном случае несущественно, что подобную жизнь порою путают с постоянным нагнетанием нервной истерики — важно то, что на фоне постоянной борьбы со страстями, попыток противостоять не кому-нибудь, а князю мира сего, разговоры о деньгах выглядят мелочно.

Сталкиваясь с ситуацией выбора, когда нужно определиться, совершить некоторое действие или избежать его, верующий оценивает прежде всего является ли его действие греховным или праведным. Встретив просьбу о помощи, верующий человек вступает во внутренний диалог не столько к тем, кто просит, сколько с Господом. Для верующего естественно спросить «Что ты хочешь от меня, Господи?», а не прикидывать целесообразности и не просчитывать последствия. Верующий по заповеди Антония Великого стремится «внимать себе», то есть выяснять, что будет с его собственной душой от того ил иного действия, а не искать «мирской пользы».

Говоря попросту, жертвуя на храм или нуждающемуся, верующий человек стремится прежде всего не храму помочь, а своей душе. Верующий знает, что ни один волос не упадёт у человека с головы без Воли Божьей, и что никакие усилия не превозмогут Господа. И потому ценность пожертвования не во влиянии на храмовые финансы, а во влиянии на душу жертвователя. Фактический размер пожертвования не имеет здесь никакого значения, о чем прямо указано в Священном Писании, в эпизоде с двумя лептами бедной вдовы. И тогда какая разница, что, собственно, произошло с деньгами? Самое правильное — забыть об этом эпизоде поскорее, чтобы не начать надмеваться и тщеславиться собственным добрым делом.

В итоге получается, что весь строй духовной жизни, все его ценности, вступают в противоречие с требованием отчетности. Человека учат думать о вечном, а не о временном, сосредотачиваться на духовном, а не на арифметическом.

0
2
Если вы знаете ответ на этот вопрос и можете аргументированно его обосновать, не стесняйтесь высказаться
Ответить самому
Выбрать эксперта