Святой грешник
Крещение Руси является без преувеличения эпохальным событием в истории Восточной Европы. Духовные искания более чем тысячелетней давности до сих пор вызывают много разногласий. Также как и фигура самого крестителя – князя Владимира. На самые важные и спорные вопросы отвечают эксперты TheQuestion.
10 вопросов
1. Обоснованно ли князя Владимира Святославича называют создателем Древнерусского государства?2. Какова сущность языческой реформы в Древней Руси?3. Почему князь Владимир отказался от своих богов ради чужого?4. Почему христианство на Руси в конце Х века было принято от Византии?5. Почему князь Владимир выбрал христианство, а не другую религию?6. Правда ли, что Владимир Великий выбрал христианство византийского образца из-за того, что оно не порицало употребление алкоголя?7. Почему РПЦ считает допустимым причислять к лику святых насильника и убийцу?8. Зачем устанавливать памятник князю Владимиру, у которого было 800 наложниц и который изнасиловал будущую жену при ее родителях, а затем убил их и ее брата?9. Если бы восточные славяне не были крещены, могло бы язычество через много веков эволюционировать в единобожие?10. Как сложилась бы судьба России, если бы в ней не было православия?

Ответ на этот вопрос упирается в произнесённое слово "государство", т.к. любые теоретические построения должны опираться на устойчивую терминологию, а с ней-то как раз не всё ладно.

Когда мы говорим о государстве в истории, нужно разграничивать два уровня проблемы: государство как метафизическое понятие, не привязанное к конкретной эпохе и существующее вне времени, и государство как исторически обусловленное представление об устройстве и организации сообществ людей, существующее на разных этапах развития человечества.

Оба мнения имеют свои pro et contrae. Используя слово "государство" терминологически, то есть безотносительно лексики источников, мы сможем описать общества более "научно", дать более строгие определения и ответы. Один старший коллега из ИВИ РАН как-то в споре после своего доклада о деятельности норвежского конунга Харальда Прекрасноволосого даже сказал: если мы отказывается использовать этот термин, то мы просто остаёмся без инструмента описания исторической реальности; факт, что он не существует в тех или иных источниках, не означает, что таковая реалия не существовала в действительности. С другой стороны, многие исследователи обращают внимание на семантику этой лексемы и её реальное употребление в исторических источниках. Так, известный историк понятий Кв. Скиннер отдельно фокусирует внимание на происхождении слов, обозначающих "государство", в основных европейских языках. В частности, Скиннер справедливо замечает, что если в западноевропейских языках они восходят к латинскому status (т.е. положение или состояние), то русский термин исторически связан со словом "господство" (библиография Скиннера огромна, из доступного сошлюсь на The State : пер. с англ. / Квентин Скиннер // Понятие государства в четырех языках : Сборник статей / ред. О.В. Хархордин . – СПб. : Летний сад (СПб), 2002).

Есть и другие работы на эту тему. Например, сборник Исторические понятия и политические идеи в России XVI-XX века(СПб., 2006), где в частности есть статья Р.Козеллека «Социальная история и история понятий», характеризующая роль «истории понятий» и вслед за ней статья М.М. Крома (ЕУСПб) «Рождение "государства" : из истории московского политического дискурса XVI века». Более популярно и без акцента на историю можно почитать так же тут strana-oz.ru (за ссылки благодарю доцента кафедры исторической информатики исторического факультета МГУ А.Ю. Володина).

Эти наблюдения выводят нас на новый уровень проблемы: а эти слова вообще описывают одни и те же реалии или разные? Обратите внимание, например, что в русском языке США делятся на штаты, а не государства, но в английском они все по-прежнему states. И более того, когда мы сегодня пытаемся разобраться в ней, используя современные доступные нам языковые средства, не загоняем ли мы себя в ловушку, не обращая внимания на коннотации? Два простых примера из реальной практики:

  1. Не так давно во время урока английского языка делал небольшое отступление и объяснял ученице, когда для русского слова "государство" надо использовать state, а когда — government. И хотя в русском тоже есть "правительство", у нас все же скорее "государство" вмешивается в частную жизнь граждан, а в английском — the government (см. выше).
  2. В русском языке существует довольно неопределённое понятие "государственность", т.е. противопоставление по принципу организации общества. Ему хорошо соответствует немецкое die Staatlichkeit. А вот английское statehood имеет совсем другое значение: суверенность, особенно в отношении тех же США, т.е. противопоставление по принципу независимости thefreedictionary.com И как историки должны выходить из этого лингвистического тупика?

Таким образом, ответ на ваш вопрос будет обусловлен тем, что вы вкладываете в слово "государство". Если не выдаваться в подробности, то созданное Владимиром политическое объединение называть современным государством, конечно, нельзя. Оно появляется самое ранее в XVIII в. в связи с общим историческим прогрессом. Безусловно, у современников было представление об социо-политической организации территории, "земли", где они жили. Пожалуй, самым правильным эквивалентом будет древнерусское слово "княжение", но у него очень много контекстуальных значений.

Тем не менее, существует теория т.н. "раннего государства", разработанная в 1978 г. Х. М. Классеном и П. Скальником (Claessen, H. J. M., and Skalník, P. The Early State: Theories and Hypotheses. The Hague: Mouton). Она чем-то похожа на концепцию "дофеодального периода" А.И.Неусыхина (Неусыхин А.И. Дофеодальный период как переходная стадия развития от родоплеменного строя к феодальному (на материале истории Западной Европы раннего средневековья) // Проблемы истории докапиталистических обществ / под ред. Л. В. Даниловой. — М., 1968. — С. 596—617). В рамках этой теории Владимиром было создано раннее государство, но лично я больше практик, чем теоретик. По той же логике современная Владимиру англо-саксонская Англия — тоже раннее государство, но при этом оно гораздо сложнее устроено, более тонко управляется и заметно глубже социально стратифицировано, хотя вроде бы описывается тем же термином.

В чем у серьёзных историков нет сомнений, так это в наивности возведения нынешнего российского государства к политии князя Владимира рубежа тысячелетий.

2/10 Какова сущность языческой реформы в Древней Руси?

Вопрос сформулирован странно. 
Сущность. Была Русь. Был Владимир. Ему страшно хотелось эту Русь объединить под своей властью, и устроить вертикаль власти. Но Русь на тот момент состояла из нескольких сильных центров, каждый из которых претендовал на центральное место (Киев, Псков, Новгород и иже с ними), помимо больших центров Русь состояла из множества племен. Большая часть из них была славянскими (хотя были и меряне, чудь и прочее), которые верили хоть и, примерно в одном направлении (Общеславянских богов. Таковыми сейчас считают Перуна, Мокош, Даждьбога - боги, упомянутые в разных источниках у разных славянских племен), но все же отличались. 

Чем можно объединять государство? Понятия "идеология" тогда не существовало. И ее функцию зачастую выполняла религия. это показывал опыт соседних стран (на тот момент уже во всю католических, православных или же исламских). 

Языческая реформа Владимира - это его первая попытка создать из языческой религии объединяющую идеологию, которой можно было бы сколотить Русь в единое целое, со стройной вертикалью власти. Беда в том, что языческая религия славян этому не способствует. По этому его установка идолов в Киеве, с Перуном, Мокошью, Стрибогом, Хорсом и другими особо не поспособствовало чему либо. 

Так первая, неудачная, попытка построить вертикаль власти и стержень государства из религии не увенчалась успехом Владимир решил не изобретать велосипед, а взять готовый. То есть перенять религию (благо это была распространенная практика по тем временам). Тем более что такое перенятие религии давало еще и сильные бонусы во внешней политике. 

Так мы подходим к моменту крещения Руси. Вторая реформа Владимира. 

3/10 Почему князь Владимир отказался от своих богов ради чужого?

Основной задачей князя была - объединить Русь, сплотить все народы. Постоянная вражда, каждое племя ходило молиться к своему Богу, в каждой семье свой Бог мешал объединению. Поэтому решили создать единый центр, ходить всем к одному Бог, выбирать из своих не могли, это привело бы к войнам между племенами, поэтому пригласили бога со стороны. А также по политическим особенностям. Принятием новой веры он связал Византию и Древнерусское государство. У Руси появился союзник. В 988 году он захватил Корсунь (ныне территория города Севастополя) и потребовал в жены сестру византийских императоров Василия II и Константина VIII Анну, угрожая в противном случае пойти на Константинополь. Императоры согласились, потребовав в свою очередь крещения князя, чтобы сестра выходила за единоверца. Получив согласие Владимира, братья прислали в Корсунь Анну. Там же, в Корсуни, Владимир с дружинниками принял крещение от епископа корсунского, после чего совершил церемонию бракосочетания. В крещении Владимир принял имя Василий, в честь правящего византийского императора Василия II. Благодаря принятию новой веры князю удалось усилить своё господство и власть. Но Крещение, как известно, давалось очень плохо. Крещение Руси в целом затянулось на несколько столетий - в 1024 году Ярослав Мудрый подавил восстание волхвов во Владимиро‑Суздальской земле (аналогичное восстание повторилось в 1071 году; тогда же в Новгороде волхвы противостояли князю Глебу), Ростов был крещен только в конце XI века, а в Муроме сопротивление язычников новой вере продолжалось до XII века. Дольше всех славянских племен оставалось в язычестве племя вятичей. Их просветителем в ХII веке был преподобный Кукша, принявший мученическую смерть. 

4/10 Почему христианство на Руси в конце Х века было принято от Византии?

Решающим фактором обращения князя Владимира к религиозно-идеологическому опыту Византии явились традиционные политические, экономические и культурные связи Киевской Руси с Константинополем. К 988 г. эти контакты имели уже более чем столетнюю историю.

С восточными славянами ромейские императоры впервые вплотную столкнулись в VIII-IX вв. В это время начались набеги русов на византийские территории в Крыму и на побережье Чёрного моря. Существует предположение, что легендарный поход Аскольда на Константинополь в июне – июле 860 г. значительно изменил отношения между двумя сторонами. По легенде, князь и его свита приняли крещение в Киеве от присланного из Византии епископа. После этого Аскольд начал первые шаги по пути христианизации населения. В историографии эти события иногда именуют первым крещением Руси.

Константинопольский патриарх Фотий I в 867 г. писал: «… и даже для многих многократно знаменитый и всех оставляющий позади в свирепости и кровопролитии, тот самый так называемый народ Рос - те, кто, поработив живших окрест них и оттого чрезмерно возгордившись, подняли руки на саму Ромейскую державу! Но ныне, однако, и они переменили языческую и безбожную веру, в которой пребывали прежде, на чистую и неподдельную религию христиан, сами се бя с любовью! поставив в положение подданных и гостеприимцев вместо недавнего против нас грабежа и великого дерзновения. И при этом столь воспламенило их страстное стремление и рвение к вере (вновь восклицает Павел: Благословен Бог во веки! (ср. 2 Кор 1:3; 11:31; Еф 1:3)), что приняли они у себя епископа и пастыря и с великим усердием и старанием встречают христианские обряды».

Таким образом, можно считать, что уже со второй половины IX в. начались первые мирные контакты Киевской Руси и Византии. Эти межкультурные связи продолжились и в дальнейшем.

Оказало своё влияние и утверждение восточного христианства в соседней Болгарии, где в 864 г. в городе Преслав хан Борис вместе со своим двором принял крещение от патриарха Фотия I. Здесь новая религия сыграла роль унификационной идеи. Она интегрировала в единое общество кочевых болгар и местных славян. Отсюда стали проникать в Киевскую Русь христианские проповедники и богослужебные книги. Пример Болгарского царства как государственного объединения на основе единой религиозной идеи был очевиден для Владимира, стремившегося в своей внутренней политике к этой же цели.

Другим важным аспектом в выборе князем восточного христианства являлся тот факт, что в системе византийской государственности духовная власть занимала подчинённое положение по отношению к императору. Это соответствовало политическим устремлениям Владимира.

В Европе в это время активно развивалась идея папоцезаризма, которая впервые была последовательно сформулирована в период понтификата Николая I во второй половине IX в. Согласно ей, римский престол имеет верховенство над властью светских государей. Именно нежеланием Владимира подчиняться папской воле можно объяснить отказ князя от христианства западного обряда.

Расплывчатая летописная фраза «яко отци наши сего не прияли суть» в данном случае являлась лишь формальным поводом к отказу немецким послам. Для обоснования своего решения Владимир просто сослался на изгнание из Киева христианской миссии Адальберта Магдебургского в 962 г.

Не последнюю роль сыграли и династические соображения. Владимир хотел породниться с византийскими императорами-соправителями Василием II и Константином VIII, заключив брак с их сестрой Анной. Однако этого не позволяла сделать ромейская традиция, предписывавшая не заключать династические союзы с варварскими северными народами. К их числу относились и русы.

Византийский правитель Константин VII Багрянородный в 949 г. в своём трактате «Об управлении империей» писал: «Если когда-либо народ какой-нибудь из этих неверных и нечестивых северных племен попросит о родстве через брак с василевсом ромеев, т.е. либо дочь его получить в жены, либо выдать свою дочь, василевсу ли в жены или сыну василевса, должно тебе отклонить и эту их неразумную просьбу... Об этом деле также страшное заклятие и нерушимый приказ великого и святого Константина начертаны на священном престоле вселенской церкви христиан святой Софии: никогда василевс ромеев да не породнится через брак с народом, приверженным к особым и чуждым обычаям, по сравнению с ромейским устроением, особенно же с иноверным и некрещеным, разве что с одними франками. Ибо для них одних сделал исключение сей великий муж святой Константин, так как и сам он вел род из тех краев, так что имели место частые браки и великое смешение меж франками и ромеями… С иным же каким бы то ни было народом нельзя этого сделать; а дерзнувший совершить такое должен рассматриваться как нарушитель отеческих заветов и царских повелений, как чуждый сонму христианскому – он предается анафеме».

Принятие веры из Византии позволило князю Владимиру породниться с царствовавшей в империи Македонской династией. Таким образом, ещё в большей мере были закреплены дружеские отношения с такой влиятельной державой, как Византия. Союз с Константинополем не только открывал дорогу к расширению торгово-экономических и культурных связей, но и отчасти защищал Русь от набегов многочисленных кочевых племен, населявших Великую степь к северу от Чёрного моря.

В выборе Владимиром византийского христианства сыграл своё значение также и лингвистический фактор. В западной традиции богослужение происходило на латыни. Тексты Библии и других священных книг также использовались лишь на этом языке. В восточном христианстве таких канонов не существовало. Поэтому население Киевской Руси получало возможность знакомиться с новыми религиозными традициями на своём родном языке. 

5/10 Почему князь Владимир выбрал христианство, а не другую религию?

Потому что именно такая религия как Христианство наиболее подходила для решения задачи становления религиозного единства государства, а также соответствовала формировавшимся феодальным отношениям. К этому надо добавить, что гуманное Христианство легко сливалось с внутренним, духовным содержанием русского человека. Т.е. Владимир стремится укрепить государство и его территориальное единство. Попытка достичь этих целей с помощью создания единого пантеона языческих богов во главе с Перуном не привела к преодолению племенного сепаратизма и усилению княжеской власти. Только единобожие могло сплотить страну и осветить авторитет единоличной княжеской власти.

К 10 веку нашей эры Русь представляла собой очень молодое, но быстро развивающееся государство. С чем же было связано это быстрое развитие? Дело в том, что развитие практически любого государства зависит от развития ремесла.

Русское же ремесло развивалось в основном вследствие активной торговли. В то время Русь граничила на юге с Византией – государством, имевшим двух- тысячелетнюю историю, и являющимся обширным кладезем знаний. Конечно же Византия намного обгоняла Русь в развитие и с этим связан распределение потока товаров – из Руси шло в основном сырье – мех, зерно, а из Византии – предметы ремесла – различные приспособления, оружие, книги, картины. Но вместе с материальными товарами, Русь получала от Византии технологии, научные открытия, знания, культуру, ИДЕИ. Русские люди "питали всегда благоговейное уважение к Империи, к блестящим формам ее жизни, которые так поражали их воображение; таковы бывают постоянно отношения народов необразованных к образованным." Они, приезжавшие в Константинополь неизмеримо удивлялись культурным достижениям византийцев, величию христианских храмов. "Не одна надежда корысти могла привлекать нашу Русь в Константинополь, но также и любопытство посмотреть чудеса образованного мира; сколько дивных рассказов приносили к своим очагам бывальцы в Византии. Как вследствие этого возвышался тот, кто был в Константинополе, и как у других разгоралось желание побывать там!"

Таким образом процветающая Византия демонстрировала пример тому, что может сделать монотеистическая религия для развития государства. Как важно идеологическое единство народа, живущего в нем.

Следует учитывать и то обстоятельство, что принятие христианства вводило Русь в семью европейских народов, а язычество обрекало на изоляцию и враждебность со стороны христианизированных соседей, относящихся к язычникам как к нелюдям. При этом надо иметь в виду, что окончательный раскол христианства на католическую и православную ветви произошел лишь в 1054 г.

Вероятно, сказались и какие-то личные соображения Владимира и некоторые эпизоды его жизни. Он, наверное, принимал во внимание крещение своей бабки Ольги, оставившей по себе добрую память. Не исключено, что его греховное языческое прошлое, например, братоубийство во время борьбы за власть, насилие, многоженство, в итоге, заставили задуматься о духовном очищении, которое могло бы оставить о нем добрую память. Но, скорее всего, он действовал, исходя из прагматических соображений. Дело в том, что принятие им христианства было обусловлено женитьбой на сестре византийского императора. Это необычайно поднимало его авторитет, а следовательно, укрепляло и княжескую власть.

6/10 Правда ли, что Владимир Великий выбрал христианство византийского образца из-за того, что оно не порицало употребление алкоголя?

Об истории выбора нового вероисповедания для Руси рассказывает «Повесть временных лет» Нестора. Она была написана в начале XII столетия, а Крещение Руси началось в X веке. Оригинал ПВЛ был утрачен, до нас дошёл только в доработанном и переписанном варианте. Поэтому правдивость описанных событий относительна.

Согласно ПВЛ, Владимир учитывал сложившиеся на Руси традиции, по одной из которых князю полагалось делить трапезу с дружиной. Трапеза, разумеется, предполагала и хмельные напитки. Поэтому это стало одной из причин отказа мусульманским муллам знаменитыми словами о том, что Руси есть веселие пить. Но это не было основной причиной. Коран написан по-арабски, это была абсолютно непонятная письменность, изучение которой представлялось необычайно сложным.

Католики тоже не имели ничего против хмельных напитков. Причина отказа от католичества довольно туманна. Владимир, вроде как, сказал немцам: «Идите, откуда пришли, ибо и отцы наши не приняли этого». Чего там и почему они не приняли остаётся только гадать. Историки чаще сходятся во мнении, что основной причиной перехода в Православие была политическая выгода от союза с Византией, который тогда прельщал оба государства.

7/10 Почему РПЦ считает допустимым причислять к лику святых насильника и убийцу?

По-моему, житие князя Владимира (вы же о нём, верно?) здесь уже обсуждалось. Но не суть.

Мы сталкиваемся с двумя распространёнными ошибками: что святые безупречны, и что раскаяние не бывает искренним. Про второе заблуждение нет смысла говорить, потому что искренность ведома лишь двоим - кающемуся и Богу (примером заметного раскаяния может послужить разве что убийца св. Марии Горетти монах Алессандро Серенелли). А святые не бывают безгрешными, у каждого в шкафу свои скелеты. Просто добра от них больше. Что же до канонизации монархов, то это зачастую вопрос политический (скажем, король Карл II заставил Церковь Англии канонизировать как мученика своего отца, короля Карла I, казнённого не за веру, а за распри с парламентом). Думаю, что основания канонизации князя Владимира можно найти в документах РПЦ. А соглашаться с его гипотетической святостью или нет - это уже ваш выбор. Например, мне не нравятся святые Франциск Ассизский, Никлаус из Флюэ и Тереза из Лизьё; а кому-то наоборот! И что же? Я этих святых игнорирую, у меня другие предпочтения, а кому-то не нравятся близкие мне святые. Это нормально, мы же люди и они люди - симпатии и антипатии работают и здесь. Другой вопрос, что святой должен быть примером праведной жизни (или праведной смерти - как Дисмас или Хилон из "Quo vadis" Сенкевича), святой должен вести к Богу или как минимум к мысли о том, как любить и как поступать.

8/10 Зачем устанавливать памятник князю Владимиру, у которого было 800 наложниц и который изнасиловал будущую жену при ее родителях, а затем убил их и ее брата?

Мой комментарий предложено оформить ответом. Наверное есть смысл, хотя я ради ссылки это писал.

Относительно жестокости Владимира и его 1000 наложниц -- это у язычников считалось доказательством его силы, на то он и князь.

Упоминания о насилии есть в летописях, и, что важно для понимания, собственно, в его житии принятом и людьми, и церковью.

Кратко можно познакомиться в книге Карпов. Владимир Святой:

---------------------------

«…Послал [Владимир] к Рогволоду в Полоцк, — рассказывает об этом «Повесть временных лет», — с такими словами: “Хочу дщерь твою поять себе в жены”. Тот же спросил у дочери своей: “Хочешь ли за Владимира?” Она же отвечала: “Не хочу розуть робичича, но Ярополка хочу”». («Розуть» — то есть вступить в брак: по обычаю, невеста разувала своего супруга, тем самым признавая его власть над собой.) «И вернулись отроки Владимировы, и поведали ему всю речь Рогнедину»{83}.

Итак, это был отказ, означавший не только личный выбор гордой княжны, но и политический выбор ее отца, полоцкого князя. Прозвучал же этот отказ вызывающе оскорбительно для Владимира. Назвав новгородского князя «робичичем» (сыном рабыни), Рогнеда как нельзя больно уязвила его. Это была пощечина, снеся которую, Владимир превращался бы в посмешище для всех. Ведь слова княжны стали известны и в Новгороде, и в Киеве.

....

Обиду надлежало смыть кровью самих обидчиков. «И пришел Владимир к Полоцку, и убил Рогволода и двух его сыновей, а дочь его поял себе в жены», — кратко сообщается в «Повести временных лет».

Более обстоятельный рассказ содержит Лаврентьевская летопись, в которой под 1128 годом записано предание о полоцких князьях. Главную роль в событиях, разыгравшихся в Полоцке, этот рассказ отводит Добрыне. Именно он, охваченный яростью, повелевает войскам двинуться на Полоцк. «Идоша на Полоцк, — продолжает летописец, — и победили (Добрыня и Владимир. — А. К.) Рогволода. Рогволод же вбежал в город. И приступили к городу, и взяли город»{84}. Об осаде города и о сражении, «учинившемся» «на поле» пред градом, сообщает и В.Н. Татищев, использовавший не дошедшие до нашего времени летописные своды (Лаврентьевскую летопись Татищев не знал).

-------------------------

Так кровью и слезами завершилось сватовство Владимира. Так неизменно, в различных записях русских былин, будет завершаться и сватовство былинного князя Владимира, в образе которого, как мы увидим, воплотились многие черты реального Владимира Святославича. О том, насколько впечаталась в память потомков полоцкая кровавая свадьба, свидетельствует тот факт, что даже в церковно-историческое сочинение — так называемую особую редакцию Жития святого Владимира, в повествование о крещении князя и о взятии им греческого города Корсуни (центральный эпизод всего Жития Крестителя Руси) — вошел вымышленный рассказ о том, как Владимир сначала заслал сватов к корсунскому князю, а затем, разгневанный отказом, обесчестил корсунскую княжну на глазах князя и княгини{87}.

---------------------------------------

Мощный и хорошо укрепленный город[17],{85} пал на удивление быстро. Внезапность нападения и натиск варягов принесли Владимиру победу — первую (если не считать бескровного овладения Новгородом) в длинной цепи его военных успехов.

Участь правящей в Полоцке династии была ужасной. Рогволода, его жену и сыновей{86} убили. Но прежде чем это сделать, Добрыня в отместку за нанесенное ему оскорбление решил унизить и обесчестить их. «И поносил Добрыня Рогволода и дочь его, и нарек ее робичицей, и повелел Владимиру быть с нею пред отцом и матерью». И, следуя совету всегдашнего своего наставника, Владимир силою овладел Рогнедой на глазах ее родителей. «И нарек он имя ей — Горислава».

------------------------------------------

litmir.cowww.litmir.co

Там же, но номер страницы не сохранил:

О страшных подробностях первых дней пребывания Владимира в завоеванном городе рассказывается в Житии князя Владимира особого состава:

«…А князя корсунского и с княгинею поймал, а дщерь их к себе взял в шатер, а князя и княгиню привязал у шатерной сохи и с дщерию их пред ними беззаконство сотворил. И по трех днях повелел князя и княгиню убить, а дщерь их за боярина Ижберна дал со многим имением, а в Корсуни наместником его поставил…»

Этот рассказ, несомненно, слишком напоминает известное предание о насилии, учиненном Владимиром над полоцкой княжной Рогнедой около 978 года. Во многом, как мы уже отмечали, он имеет фольклорное происхождение. Но в сокращенном, лишенном какого-либо сказочного обрамления виде этот же рассказ читается в особой (распространенной) редакции Проложного жития святого Владимира («Успение благоверного великого князя Владимира»), сохранившейся в рукописях XV–XVI веков, но имеющей, по-видимому, более древнее происхождение: по взятии Корсуни, сообщается здесь, Владимир «князя и княгиню убил, а дщерь их дал за Жберна»{278}.

----------------------------------

Так что Владимир был обычный князь язычник, но среди обычных именно он один крестился и отказался от своих прежних "подвигов". В этом смысл памяти о нем церкви. А памятник. Думаю он был бы против. У них было принято храмы строить, а не памятники.

9/10 Если бы восточные славяне не были крещены, могло бы язычество через много веков эволюционировать в единобожие?

До крещения Владимир около 10 лет насаждал в своих владениях фактический монотеизм в лице главного бога Перуна, с принижением значения прочих богов языческого пантеона. В частности, поэтому для него было проще принять христианство - концепция одного главного бога была понятна и логична. Христианство - имевшее бога, который один, но при этом их трое, но при этом Христос и бог и человек, но при этом еще несколько сот вспомогательных святых, которым нужно молиться по конкретным нуждам, - для Владимира было понятно и вообще мало отличалось от его незрелого монотеизма-перунизма.

Точно так же умирающему императору Константину Великому христианский священник Евсевий в свое время внушил, что его любимый покровитель - Непобедимое Солнце (Sol Invictus), эллинистический гибрид Митры и Гелиоса - по-настоящему называется Иисус Христос и является еврейским плотником. И уже готовая практически монотеистическая государственная система Восточной Римской империи подпала под влияние христиан.

В истории большинства языческих народов в то или другое время любимый бог правителя или бог-покровитель его семьи мог надолго становиться главным и единственным богом целого народа. И если бы не насаждение христианства (а потом и ислама), идея монотеизма завладела бы этим путем довольно значительным количеством народов. Не говоря уже о том, что идея единого бога-творца буквально пронизывает верования древних греков и римлян, в то время как все их пантеоны рассматриваются философами как нравоучительные аллегории из жизни старших детей этого бога-творца.

10/10 Как сложилась бы судьба России, если бы в ней не было православия?

Что было бы, если бы Русь не приняла православие

Знаменитая легенда о том, как Владимир Красно Солнышко сделал свой выбор в пользу православия, сейчас кажется совершенно неправдоподобной. Через тысячу лет сложно представить себе, что Русь могла пойти другим путем. Но в IX–Х вв., когда христианство восточного обряда только проникло на Русь, выбор был неочевиден. Римские миссионеры вели плодотворную работу с западными славянами. В тюркских городах на Волге арабские купцы распространяли ислам. Южные соседи - хазары - состояли в активной переписке с раввинами из Европы. Кругом возникали сотни религиозных течений, разница между которыми была ясна только теологам.

"Выбор Владимира" определил слишком многое. Дело не только в том, что Русь, не принявшая ислам, теперь находится по эту сторону баррикад в борьбе с международным терроризмом. И даже не в том, что Россия сама отделила себя от западной цивилизации, не пускает к себе Папу Римского, а русские верующие считают главным религиозным праздником Пасху, а не, как католики, Рождество. Дело в том, что если бы он решил по-другому, России, может, и не было вовсе. А что было бы - попытался представить Newsweek.

Крестный ход

Когда Владимир - до того, кстати, ярый поборник язычества - вел на крещение подчиненные ему славянские племена, он, наверное, руководствовался политическими мотивами. Политически старая вера киевских князей уже не устраивала - им для объединения племен требовалась "универсальная церковь". Но ведь на неокрепшие языческие умы влияла не только Византия - арабские летописцы утверждают, что какой-то восточнославянский князь незадолго до Владимира принял ислам.

Конечно, Константинополь притягивал славян как магнит. Киев тогда уже был полон христиан, с которыми Красно Солнышко поначалу конфликтовал. Принять же византийскую веру - значило признать себя младшим партнером империи. Между тем сама империя была явно не в лучшей форме - один кризис следовал за другим.

Правда, прочие варианты выглядели не лучше. Арабы после поражения в 732 г. от франков при Пуатье прекратили - как потом выяснилось, навсегда - военную экспансию. Достраивали исламский мир уже новообращенные народы. В IX–Xвв. арабы больше воевали друг с другом и покоренными народами, записывали своды законов и занимались науками, чем пытались обращать кого-либо в свою веру. Иудеи в Европе тоже были заняты законотворчеством - например, именно в тот момент раввины отменили многоженство. Владимир, стань он иудеем, был бы против - в язычестве он, по преданию, был многоженцем.

Принимая христианство от "византийских философов", Владимир не мог предполагать, что он выбрал для Руси долгое одиночество - или, как сказали бы славянофилы, "особый путь". Тогда западная и восточная церкви еще были "сестрами", пусть и не слишком жалующими друг друга, а значит Русь вступала в единую семью европейских христиан. Сын Владимира Ярослав Мудрый еще старался это подчеркнуть - выдал дочерей за французского и венгерского королей.

Римская "церковь-сестра" все еще считалась старшей. Константинопольский патриарх в 988 г. признавал формальное главенство римского престола."Ты - Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою", - говорил Спаситель "главному" апостолу. Константинопольские патриархи уже тогда пытались доказать, что Папы не могут считать себя безусловными наследниками Петра. Но даже для них самих это еще звучало неубедительно.

Спор между церквями славян не касался - ссорились давние враги: греки с латинянами. Это сейчас греки русским почти братья, а тогда - скорее коварные соперники. Вряд ли Владимир вникал, от кого исходит святой дух - только от Отца, как учили в Константинополе, или от Сына тоже, как настаивал Рим. Но вот подчиняться Риму, а точнее германским императорам Священной Римской империи, которые тогда без лишних формальностей назначали Пап, ему вовсе не хотелось. С греками все же было привычнее.

В 1054 г. даже с формальным христианским единством было покончено. Папские легаты отлучили константинопольского патриарха Михаила Керулария от церкви, и раскол - схизма - разлучил две "сестринские" церкви на столетия. В том же году умер Ярослав Мудрый, и с единством Руси тоже было покончено.

В 1204 г. Константинопольская и Римская церкви объединились на целых 50 с лишним лет, но самым чудовищным образом - крестоносцы IV похода взяли штурмом столицу Византии. Улучшению отношений между церквями это совершенно не способствовало, а вот Восточная империя вскоре после этого рухнула. Через двести лет после ухода крестоносцев Константинополь пал под ударами османов. Вслед за ним турки поглотили и балканские православные княжества.

Русь на эти двести лет совершенно выпала из европейской политики - она была разорена монголами. Кто знает, может, Рим и собрал бы крестовый поход на помощь своим братьям в Киеве, если бы не схизма - ведь дали же крестоносцы отпор Батыю, когда тот, разгромив Русь, пошел на Европу.

На Западе на столетия почти забыли о существовании Руси. Великий путешественник Марко Поло, составивший тогда первый путеводитель по Азии, четко обозначил ее место в мировой политике: "Росия (Так в оригинале. - Newsweek) - большая страна на севере. Живут тут христиане греческого исповедания. Тут много царей и свой язык; народ простодушный и очень красивый; мужчины и женщины белы и белокуры. […] Дани они никому не платят, только немного царю Запада [Золотой орды…]. Страна эта не торговая, но много у них дорогих мехов. […] Добывают они много серебра. О другом чем нечего тут говорить, а потому пойдем из Росии".

Русь католическая

Римская церковь всегда приветствовала миссионерство. Это едва ли не главное ее отличие от православия, где священникам вменяется "окормлять паству", а не охотиться за потенциальными новообращенными. Наверное, поэтому православных в мире около 150 млн, а католиков - миллиард.

России по-своему повезло. Рим ругал Константинополь за малую активность в обращении язычников, а сам, наоборот, подозрительно усердствовал на восточном направлении - вот Константинополь и принял меры, послав к славянам Кирилла и Мефодия.

Латинская церковь стремилась на восток уже давно - собственно, до реконкисты в Испании и открытия Америки именно восток - от Палестины до Прибалтики - был целью римских миссионеров и орденов. Потерпев поражение на Ближнем Востоке, но обратив в христианство венгров (которые до того навели шороху в Европе) и западных славян, католики столкнулись с русскими и, что хуже, с монголами - с таким противником справиться крестоносцы не могли. Уже хорошо, что кочевники прекратили свой "поход к последнему морю".

Последним приобретением на Востоке Рима была западноукраинская паства, принявшая власть Папы после краха Византии. Речь Посполитая, которая к XVI в. стала авангардом католицизма, еще целый век продолжала борьбу с Москвой, но тщетно. Восточный поход Рима уже закончился - основные миссионерские силы были брошены на Запад, через Атлантику.

Если бы Русь не стала последним оплотом "греческой веры", а подчинялась бы Риму, то крестовый поход на восток продолжился бы. Католики не ограничились бы взиманием дани с покоренных народов, а поголовно обращали бы их в христианство. И не только в Сибири, но и на Кавказе.

Сибирь бы осваивали не только казаки, но и авантюристы со всей Европы. На Амуре бы они не остановились, а потому столкновение Европы и Китая произошло бы не в XIX в., а на 300 лет раньше. Православная же Россия предпочла заключить с китайцами мир.

Могла бы сбыться мечта славянофилов о панславянском единстве. Скорее всего, тот же Грозный, будь он католиком, имел бы куда больше шансов стать королем Речи Посполитой, чем трансильванец Стефан Баторий. В таком случае и вопрос объединения с Украиной вообще не стоял бы.

Москва бы к тому времени наверняка порвала с папской властью - вряд ли ревностный католик Иоанн Грозный захотел бы, чтобы в его государстве Рим собирал налоги и назначал епископов. Причем скорее так, как это сделали другие абсолютные монархии - Франция и Испания, присвоив себе часть власти Рима, чем через протестантизм.

Но все это могло произойти только в том случае, если после ухода монголов существовало бы единое русское государство. Единые национальные государства в Европе в Средние века создали только самые сильные - те, кто мог противостоять давлению Рима или соседей, которые тогда "контролировали" Пап. Но скорее ослабленная Русь быстро получила бы короля из Западной Европы и была бы оккупирована иностранцами "по праву наследства". У православной России был иммунитет от чужих правителей - даже иноземец должен был принять русскую веру и, значит, местные правила игры.

Россия мусульманская

Если бы Русь в X–XIвв. приняла ислам, то начало истории киевского халифата не слишком бы отличалось от истории православного княжества. Кругом - те же беспокойные кочевники, а Запад, нетерпимый к захватчикам Гроба Господня - далеко.

Потом бы пришли монголы. Правда, уже через несколько десятилетий сами монголы западной Орды стали переходить в ислам. Ислам просто растворял в себе захватчиков - он провозглашал равенство верующих вне зависимости от национальности. Можно сказать, что в мусульманской умме стиралось само понятие национальности: русские были бы как все - народом торговцев и воинов.

Может быть, от монголов киевский халифат страдал бы недолго, но вот решительное столкновение с Западом было бы почти неизбежно. Так же и тюрки, выдавленные монголами из Азии, обрушились на Византию.

Наверное, все бы сложилось не так уж плохо для русских. Возможно, Россия все же подчинила бы себе "братьев-мусульман" на Урале и Кавказе и продвинулась дальше в Сибирь - а может, если бы она этого избежала, было бы даже лучше. Возможно, ей не пришлось бы тратить силы на войны с Турцией.

Но мусульманская страна была бы еще больше изолирована от Запада, чем православная. И так же, как Османская империя, однажды обнаружила бы себя "больным человеком Европы". Правда, и Западу пришлось бы несладко. Турок остановили объединенные силы Центральной Европы под стенами Вены. А что было бы, если бы с востока нанесли вспомогательный удар русские мусульмане?

Россия иудейская

Иудаизм отрицает миссионерство в принципе. Какой же это богоизбранный народ, если он делится сокровенным знанием с кем попало? Лучше страдать за свою избранность в гордом одиночестве, остальным рекомендовав соблюдать сокращенный список заповедей. Желающих присоединиться к народу Израиля не по праву рождения принято отговаривать.

Хазарских правителей это не смутило - они приняли иудаизм и пытались обратить в него сородичей, чтобы обезопасить себя от проникновения верований врагов: арабов и византийцев. Из Европы к хазарам потянулись другие иудеи. Но еврейское государство за пределами Земли обетованной не состоялось - оно рухнуло после внутренних религиозных войн. Добивали его язычники из Киева.

Если бы князь Владимир и принял иудаизм, то он не смог бы распространить его на Руси. Трудно себе представить раввинов-миссионеров, сгоняющих славянские племена учить Тору.

Русь Православная

Красно Солнышко выбирал союз с Византией, а выбрал судьбу своего народа. Русские с середины XVв. остались единственными защитниками своей веры. Одиночество и понимание, что нужно рассчитывать только на собственные силы и никому не доверять (плюс, конечно, обширная территория и многочисленное население), сделали Россию одной из великих держав. А то, что это принесло нам так много бед, - так русские тоже чувствуют себя избранным народом, и ни с кем не хотят поделиться своим страданием. Бог терпел и нам велел.

Борис Позняков / "Русский Newsweek".По материалам сайта "Единое Отечество"