По ту сторону глянца
Бессменный главный редактор самого гламурного журнала о жизни богатых и знаменитых Ксения Соловьева рассказывает о том, как попасть к ним на обложку и на работу.
7 вопросов
1. Как образ успешной женщины, формируемый глянцем, влияет на общественное сознание?2. Как изменился российский глянец за последние годы?3. Почему современному человеку нравится следить за жизнью известных людей?4. Деньги портят людей?5. Как попасть на работу в глянцевый журнал, не имея никакого опыта?6. Что нужно сделать, чтобы попасть на обложку журнала Tatler?7. Что такое популярность в современном мире?

Попробуйте в семь вечера выйти на какую-нибудь Покровку. Или на Невский проспект. Посмотрите на отлично одетых девушек (пусть в H&M, но какой стайлинг!) После работы они бегут на премьеру к Богомолову или на лекцию в «Стрелку». Потом пьют апероль с подружками в баре. Заходят в экомагазин за печеным бататом. С утра, до работы идут на пилатес. И все благодаря нам. Ну не «Вестнику ЗОЖ» ведь, право!

Мне кажется, нам удалось наконец-то найти хрупкий баланс между материальным и вечным. Убедить страну в том, что можно отличать Лантратова от Овчаренко, быть в курсе, что «Дама с камелиями» – это балет, а «Травиата» – опера. И при этом брать с собой в театр клатч, а не сумку-баул. Глянец добавил нашему ОБВМ, Офигенно Богатому Внутреннему Миру, эстетики. Мне кажется, он в ней нуждался.

2/7 Как изменился российский глянец за последние годы?

Глянец стал мультиплатформенным. Сегодня никто не живет в виде двухсотпятидесяти журнальных полос. У всех – сайты, соцмедиа, мероприятия вроде нашего Tatler Бала или «Человека года GQ». Целый мир под единым брендом. Жизнь ускорилась. Еще лет пять назад можно было хоть каждый день выходить в обед в «Симачев». Сегодня, чтобы за всем успеть, надо сначала усиленно инстаграмить с места событий, потом написать об этом же на сайт, а после подготовить более глубокий, аналитический материал в журнал. Да, конкуренция высока, и в нашей индустрии тоже сильны дизраптеры, «разрушители традиционных форм бизнеса» – такие же, как в сегменте такси или ритейла.

Конечно, на нашу работу теперь влияют социальные сети - теперь любой человек может зайти в Инстаграм любой знаменитости. С другой стороны, подумайте: для чего-то ведь Ким Кардашьян снялась на обложку американского «Вога». Для нее это возможность личного апгрейда, пропуск в мир, к которому она, королева соцсетей в прозрачном платье, никогда не принадлежала. Шанс сделать суперсъемку у суперфотографа, которая войдет в историю (И «Вог» ведь тоже снял Ким не просто так – он живет в реальном мире, где эта замечательная женщина и ее попа занимают сразу два места в первом ряду на неделе моды). Или Светлана Бондарчук – в ее личном инстаграме четыреста тысяч фолловеров. Она сколько угодно может себя там интервьюировать. Но обложка в самом цитируемом глянце страны – вещь особая. В целом, соцсети и журналы – все это взаимодополняющие инструменты построения звездного имиджа.

Моду теперь формируют не только журналы, но и бьюти-блогеры, у которых огромная армия поклонниц. Мы, например, писали про безумно популярный инстаграм-макияж. Это когда ты под диктовку youtube наносишь сто тональных средств, делаешь сначала контуринг, потом стробинг, потом целый час возишься со smoky eyes, потом снимаешь селфи с определенного ракурса. Для жизни такой макияж совершенно непригоден, но это не мешает девушкам нестись в магазины за очередной подводкой или скульптурирующими румянами. Но в том же youtube есть отличники, вроде Елены Крыгиной. Она тоже снимает видео, но не сотрудничает с брендами, чтобы сохранить неангажированность.

Если говорить о тенденции в целом, мой прогноз такой – выживут журналы с уникальной концепцией, узнаваемым лицом, понятной аудиторией. А не «обо всем для всех».

3/7 Почему современному человеку нравится следить за жизнью известных людей?

Это что-то вроде основного инстинкта. «Люди – животные, и у них есть инстинкты. В этом нет ничего постыдного», – так ведь говорил Руперт Мердок? Другое дело, я не понимаю, почему мы ведем речь о человеке современном. Первый номер «Татлера» вышел в Великобритании 1709 году. Это издание распространялось в лондонских кофейнях – кофейни в то время были чем-то вроде сегодняшнего фейсбука или, если хотите, офисной курилки. То есть местом, где слухи распространяются еще до того, как руководство принимает решение. Так вот уже тогда на его страницах писали, за кого вышла замуж дочка экскайера из Беркшира, кто родился в семье старого лорда из Сассекса, кто новая фаворитка Его Величества и так далее. Все события жизни людей из высшего общества становились предметом живейшего обсуждения. Другое дело, что три века назад, чтобы узнать хорошую сплетню, нужно было ждать, пока «Татлер» по подписке в почтовой карете доскачет до твоей английской глуши. Сегодня мы следим за событиями частной жизни звезд – их первыми свиданиями, свадьбами, родами – фактически онлайн, и многие строят свою популярность и монетизацию на контенте, которым делятся с фанатами через свои соцсети и другие медиаплощадки.

4/7 Деньги портят людей?

Они делают их другими, деформируют сознание - наверное, это правда. Так же, как его деформируют бедность, неуспех, невостребованность. Обвинять деньги во всех бедах я бы не стала. Когда они сваливаются на человека внезапно, незаслуженно, попадают на неплодородную почву, последствия могут быть смешными. Или очень грустными. Когда все в жизни происходит постепенно, закономерно, то деньги – приятный бонус.

5/7 Как попасть на работу в глянцевый журнал, не имея никакого опыта?

Прямо сейчас в нашей команде работают три молодые, очаровательные девчонки, которые пока только учатся в университете. Все три начинали стажерами, а это тяжелый труд. В снег и дождь таскать тяжелые пакеты с вещами на съемки, отпаривать, подшивать, развозить, потом снова собирать. Они молодцы, справились. Одна теперь – мой личный ассистент, занимается планированием командировок и прочим. Вторая – помощник фоторедактора. Уверена, что у них замечательные перспективы. Не буду лукавить: штатных мест в глянце не так много, журналов больше не становится, скорее, наоборот. Но и обрубать вам крылья тоже не хочу. Надо верить в мечту, хотеть работать. И не испытывать иллюзий, что вас немедленно пошлют на интервью к Бенедикту Камбербатчу. Вы к нему поедете. Но позже.

6/7 Что нужно сделать, чтобы попасть на обложку журнала Tatler?

Быть Ксенией Собчак. Забеременеть. Согласиться сняться голой. Шучу, разумеется.

У нас двенадцать обложек в год. Мы ими дорожим и не разбрасываемся по не стоящим того поводам. Нужна драма, уникальная история, которая найдет отклик в сердцах читателей. Обязательно эксклюзив – мы не довольствуемся вторым местом. И конечно, героиня не может до нас сняться для ста других обложек – и об этом должны помнить актрисы, с легкостью дарящие себя газетам, журналам и каталогам супермаркетов. Юлия Высоцкая рассказывала о своей личной трагедии только у нас. Татьяна Навка объявила о своей свадьбе с Дмитрием Песковым только нам. Светлана Бондарчук прокомментировала свой развод именно «Татлеру». Достаточно посмотреть на наши обложки, и все становится очевидно.

7/7 Что такое популярность в современном мире?

В 2017 году не бывает всенародной популярности – в интервью с Ксенией Собчак мы как раз говорили о том, что она, да еще Ваня Ургант – последние звезды, с тем или иным знаком популярные в масштабе всей страны. Все остальное – параллельные миры, сообщества, круги, которые не пересекаются и не смешиваются. Например, моя восьмилетняя дочь без ума от украинской группы Open Kids. Пятнадцатилетние подростки взахлеб обсуждают, почему расстались блогеры Ивангай и Марьяна Ро – в то время как мои весьма продвинутые коллеги в офисе спрашивают: «Кто это?», и я не могу их за это осудить. Татлер много пишет о девушках с Рублевки, и даже несмотря на то, что делаем мы это уже восемь лет, все равно то и дело слышим вопросы: «А что такое Ида Лоло?» А мама моя – фанат программы «Большая опера» и Сати Спиваковой. Ну как здесь понять, популярны все эти люди или нет? Раньше говорили – популярны в узких кругах. Теперь – в своих кругах.